![](/sites/default/files/styles/wide_1200_/public/2020/02/snegirev_na_1-1582876830.jpg.webp?itok=C_QUtTNQ)
27 февраля Народное собрание Дагестана де-факто признало работу министерства информации, связи и массовых коммуникаций республики неудовлетворительным. Первый вице-премьер НС РД Сайгидахмед Ахмедов, председательствовавший в этот день в парламенте, заявил, что в республике нужно создать новый орган власти, который возьмёт на себя вопросы, связанные со СМИ и печатной деятельностью…
В зале отсутствовали глава РД Владимир Васильев (он выехал во Владикавказ, на совещание Совбеза РФ) и спикер НС РД Хизри Шихсаидов (он был в Москве, где в рамках рабочей группы вместе с Путиным писал для всей страны принципиально новую конституцию России).
В повестке февральской сессии НС РД, помимо 20 вопросов, связанных с рассмотрением законопроектов, было два доклада. Первый – доклад Уполномоченного по правам человека в РД Джамала Алиева. Он отчитывался о своей деятельности за 2019 год. Второй – доклад руководителя Мининформсвязи РД Сергея Снегирёва. Он отчитывался в рамках «Правительственного часа» о том, как выполняется республиканская госпрограмма на 2015–2020 годы «Развитие СМИ в РД».
Доклад омбудсмена в повестке сессии был указан первым, а доклад министра – последним.
Пауза между докладами была заполнена принятием депутатами целой массы законопроектов, к которым у них вопросы, как правило, не возникали. Большинство из рассматриваемых в этот день документов представляли собой поправки и уточнения (отдельных понятий или названий статей законов), вносимые в существующее законодательство.
Доклад омбудсмена мы приведём в ближайших номерах. Скажем лишь, что он носил чрезвычайно общий характер и вызвал много вопросов у депутатов… С другой стороны, вопросы народных избранников вызвали вопросы к ним самим: судя по вопросам, было очевидно, что многие из них мало понимают, чем на самом деле занимается Уполномоченный по правам человека в РД.
Характерные черты
О том, какие изменения вносятся в ст. 22 Закона РД «Об образовании в РД», рассказал депутатам замминистра юстиции РД Сергей Караченцев. Эта статья содержит в себе меры социальной поддержки педработников образовательных учреждений, работающих в сельских населённых пунктах, так как устанавливает для них повышенные на 25% тарифные ставки (оклады) по сравнению со ставками педработников, работающих в городских условиях. Караченцев объяснил, что предыдущая редакция статьи содержала в себе неоднозначно трактуемые определения, а также термины, не содержащиеся в федеральном законодательстве. В частности, содержание понятия «сельская местность». Депутаты решили эту проблему, написав в законе «в сельских населённых пунктах» (для единообразного понимания). Эта статья потребует из республиканского бюджета почти 39 млн рублей.
Депутату Гамидулаху Магомедову не понравилось, что в законопроекте от смены терминов не поменялась его суть. Караченцев с ним не согласился. Депутат Анна Безрукова поставила перед замминистра вопрос: рассмотреть отдельно каждый (сельский) населённый пункт, о котором в законопроекте идёт речь, так как «очень много жалоб» и «лично ко мне», по поводу посёлков, относящихся к городам Дагестана. То есть считаются ли они сельскими населёнными пунктами, на которые распространяются повышенные тарифные ставки. Депутат предложила детально обсудить (в будущем) этот вопрос и разработать некие методические (разъясняющие) материалы к законопроекту.
Караченцев уверил её, что подобный анализ уже проведён, а посёлки, о которых ведёт речь народная избранница, относятся к городским округам. «Поэтому там потребуется ещё и изменение в административно-территориальном делении республики…» – показал глубину вопроса замминистра.
Из других законопроектов, принятых в этот день и вызвавших любопытство, были «О регистре муниципальных нормативных актов РД», а также «О наказах избирателей депутатам НС РД».
В закон о регистре вносились изменения, устанавливающие требование к руководителям муниципальных образований присылать в уполномоченный орган копии актов, принятых (изданных) органами местного самоуправления. Как указывается в пояснительной к законопроекту записке, Дагестан, состоящий из 761 муниципального образования, является третьим по количеству МО в России, уступая Татарстану и Башкирии, и первым – в границах СКФО. И каждое из этих муниципальных образований должно присылать копии принимаемых ими актов для регистрации в соответствующем федеральном регистре.
По данным Минюста Дагестана, в первом полугодии 2019 года к ним поступило 633 муниципальных нормативно-правовых акта. Это не много, так как Агульский, Ахтынский, Ахвахский, Ботлихский, Гергебильский, Казбековский, Лакский, Новолакский, Рутульский, Тляратинский, Тарумовский, Хунзахский, Цумадинский, Цунтинский и Шамильский районы, а также Хасавюрт, Избербаш, Южно-Сухокумск и все три района Махачкалы – Кировский, Ленинский и Советский – за указанный период в Минюст не прислали копии принятых ими нормативных актов.
Депутаты, судя по поправке в закон, нашли причину того, почему муниципалитеты не шлют свои документы на регистрацию: в МО не успевали за семь дней (такой срок был закреплён в законе раньше) с момента принятия документа отсканировать его, перевести его в формат PDF (или иной) и загрузить в соответствующую базу. Теперь у них есть срок на это в два раза больший…
Законопроект «О наказах избирателей депутатам НС РД» представлял Тимур Гусаев. Он сообщил, что этот законопроект – инициатива спикера НС РД Хизри Шихсаидова, который выступил с ней «на основании изучения практики выборной кампании депутатов различного уровня, большого личного опыта и серьёзного анализа ситуации, складывающейся не только в нашей республике, но и в других субъектах страны».
Депутат уверен, что наказы избирателей – это одна из форм участия граждан в управлении делами государства, что способствует связи между депутатами и избирателями. В принципе, этот тезис (о том, что гражданам дают участвовать в управлении делами государства) был не характерен для Народного собрания РД, раз за разом и систематически, в том числе под председательством Шихсаидова, принимавшего законы, наоборот, ограничивавшие формы участия граждан в таких делах. Достаточно вспомнить, как дагестанцев лишили права избирать глав городов и районов, а потом и сёл. Поэтому законопроект выглядел любопытно и несколько спорно.
Так, наказами законопроект предлагает считать предложения, исходящие от населения и: 1) одобренные собраниями избирателей и направленные кандидатам в депутаты НС РД в ходе избирательной кампании; 2) направленные уже действующим депутатам НС РД, имеющий общественно значимый характер и утверждённые НС РД.
Правда, закреплённый в законопроекте механизм рассмотрения наказов, попадания их в соответствующий перечень, а также порядок реализации наказов показывает, что они (без соответствующей и существующей и так в коридорах НС РД группы лоббистов) шансов на реализацию не имеют… Контролируемый контроль. Вот это как раз характерно для дагестанского парламента.
Допиздержки министра
Наконец в завершение сессии на трибуну вышел министр Сергей Снегирёв. До этого, по слухам, министра депутаты жёстко допросили на президиуме НС РД, расспрашивая о республиканских СМИ на национальных языках, показателях, вопросах реализации печатной продукции и прочем. Подтвердить или опровергнуть эту информацию мы («Черновик») не можем, так как республиканские органы власти, в том числе НС РД, не прозрачны для частных СМИ. Это тоже стародавний элемент информационной политики властей Дагестана…
На сессии НС РД Снегирёв рассказал о ключевых моментах реализации госпрограммы развития СМИ в Дагестане за 2015–2019 гг. По его словам, на реализацию программы было предусмотрено 2 млрд 54 млн рублей (на самом деле больше 2,540 млрд), из которых 1,771 млрд – из республиканского бюджета. Как следует из доклада, больше половины расходов (53,2%) – это расходы на оплату труда работников медиаотрасли.
Тут Снегирёв откровенно хвалился перед депутатами, чем ввергал в удивление представителей республиканских СМИ. «Рост среднемесячной зарплаты работникам госучреждений СМИ составил от 17 400 в 2015 году до 31 600 в 2019 году. Сравнительно с 2015 г. среднемесячная заработная плата возросла на 24,1%», – говорил он, утверждая, что дагестанские зарплаты в госСМИ выше, чем у соседей. В Чечне средняя зарплата в СМИ – 20 тысяч рублей, в Северной Осетии – Алании – 15 тысяч рублей.
Дагестан, как уверяет Снегирёв, лидер не только по зарплатам в отрасли, но и по количеству зарегистрированных СМИ.
«Всего у нас 354 издания. Из них электронных и печатных – 278 и 76 сетевых.
Министерство является учредителем 47 СМИ. Из них: на национальных языках 10 журналов и 17 газет, на русском языке выпускается два издания. Функционирует два электронных СМИ и 16 сетевых изданий. Численность работников государственных СМИ с начала 2020 года составляет 899 человек. Из них: в возрасте до 35 лет – 28%, от 35 до 60 лет – 60%», – рассказал он.
Снегирёв поведал, сколько журналистов за отчётный период получили различные звания и награды, какие плановые показатели достигнуты или перевыполнены.
«Показатель продолжительности программ перевыполнен на 118,7%, выпуск радиопрограмм – на 101,4%. Охват населения телеинформацией составляет 100%. Численность пользователей, ежедневно посещающих интернет-портал РИА «Дагестан», при плане 17,4 тыс. человек в сутки составляет 17,8 тыс. человек, что превышает план на 2,3%», – заявил министр.
В области книгоиздания Дагестан удерживает лидерство в СКФО, так как, по отчёту министра, реализованные тиражи увеличились на 2,7%, в то время как на рынке российских издательств фиксируется падение книгоиздания на 5,3%.
«В 2019 г. издано 2 018 экземпляров, включая частных издателей, в то время как в Ставропольском крае – 178 тыс., в Северной Осетии – 121 тыс.», – заявляет Снегирёв.
Согласно оценкам эффективности программ, госпрограмма развития СМИ Дагестана реализуется эффективно.
Снегирёв перечислял количество баллов и периоды, за которые они были получены. Но в зале мало кто даже пытался в них вникнуть. Проверить слова Снегирёва без дополнительных материалов и свободного (примерно неделю) времени возможности и желания ни у кого не было. Поэтому, когда Снегирёв сказал: «Из изложенного следует, что госпрограмм развития СМИ в РД за период с 2015 по 2019 годы реализована эффективно», – ему (не)поверили на слово.
Причина, которая повлияла на показатели, как оказалось, была только одна: недофинансирование отдельных подпрограмм.
«В то же время перед отраслью стоят новые задачи и вызовы, которые необходимо учесть при разработке новой программы, которую необходимо внести до 1 октября текущего года. Мы считаем важным обозначить принципы, на которых должна базироваться новая программа в части развития отрасли. Первое – это развитие конкуренции между изданиями за аудиторию. Чем больше вовлечения читателя в республике и за её пределами, тем выше эффективность СМИ, особенно на национальных языках, которые должны организовать коммуникацию между диаспорами, проживающими вне пределов РД и собственно с населением республики», – сказал, надеемся, осмысленно, министр.
По мнению Снегирёва, равные условия доступа СМИ к ресурсам развития инфраструктуры, производства и распространения информации позволят не только «вовлечь в производство информации новые творческие коллективы, которые раскроют свои таланты», но и «обеспечить работу профессиональных лифтов, создать условия для прихода в профессию нового поколения журналистов, подготовленных на уровне отечественных и международных стандартов». «Обеспечить это мы можем и переформатировав условия оплаты труда, создав их фактически равными, как принято у частных издателей», – говорит министр.
В завершение доклада министр говорил о необходимости разработки новой программы, где эффективность СМИ будет привязана не к количественным показателям, а к качественным (охват аудитории и пр.), где будет подсокращён штат республиканских СМИ, а также отремонтированы здания и кабинеты журналистов республиканских изданий…
То, что министра на самом деле мало кто в зале слушал, кроме нескольких заинтересованных лиц, ярко показывали депутатские вопросы. Депутат Мурзадин Авезов, возможно, предполагал, что задаёт Снегирёву каверзный вопрос, интересуясь у него тиражом у «Дагестанской правды». Снегирёв назвал тираж, как бы отвечая: «И что?» Вопросительный пыл Авезова на этом закончился.
Примерно такого же типа вопрос был у депутата Наримана Асварова. Он интересовался тем, как министерство взаимодействует с местными муниципальными телеканалами, а также как министр смотрит на то, что в дагестанских СМИ много статистики и разъяснений информационного характера, а вот аналитических и пропагандистских передач мало. Жалко, конечно, что депутату никто не объяснил, что аналитические и пропагандистские передачи – это суть противоположные жанры, где первый учит человека думать и оценивать, а второй – верить не думая, безоценочно.
Снегирёв ответил только на одну часть вопроса, обозначив тесное сотрудничество с муниципальными телеканалами. Обо всём остальном он сказал только, что «министерство проводит исследование медиапотребления…» Депутат, судя по отсутствию реакции, остался доволен ответом.
В бой со Снегирёвым вступила и тяжёлая артиллерия в виде Сейфулаха Исакова. Тот уже предметно прошёлся по госпрограмме, укорив министра, что он не является инициатором внесения в неё поправок и изменений.
«(Вы) даже не привели в соответствие с бюджетными ассигнованиями объёмы средств, которые вложили в эту программу, на что ваше внимание было обращено и в актах проверки Счётной палаты», – сказал депутат. Он же посетовал, что министр жалуется на то, что уменьшилась доставка печатной продукции до подписчиков, хотя в то же время министерством не привлечены для доставки этой продукции… школьники (оказывается, использование детского труда тоже было в программе… – «ЧК»), а также не проводится работа по повышению квалификации сотрудников министерства. (Примерно то же самое, проводя статданные по медиапотреблению и реализации программы, спросил вице-спикер Камил Давдиев. Правда, интонация вопроса была не вопрошающая, а демонстрирующая недовольство работой министра.)
Снегирёв согласился с Исаковым в той части, что программа требует не просто изменений, а полной перезагрузки.
«В настоящее время программа из себя представляет некий документ планирования развития только средств информации государственных учреждений. Мы считаем, что её нужно полностью переформатировать. Что касается доставки, могу сказать, что впервые в истории республики мы вышли на стратегическое соглашение с «Почтой России», которая позволит обеспечить розничную продажу печатной продукции в каждом почтовом отделении, где мы сфокусируемся на подписной кампании», – объяснил министр.
Совсем другого от Снегирёва требовал Гамидулах Магомедов: его главной задачей он видит печатание художественной литературы на национальных языках для дагестанских библиотек…
Было и выступление вице-спикера Махмуда Махмудова (на фото), как всегда жалующегося на то, что его партию не пускают на экраны и страницы республиканских СМИ, а журналисты этих же СМИ не приходят на проводимые им публичные мероприятия. Махмудов, говоря о проблемах в области информации и СМИ, увлёкся и стал рассказывать о негативном влиянии на организм и психику индивида вышек сотовой связи. Он был возмущён тем, что эти вышки, способные вызвать (в числе многих) психические или раковые заболевания и угнетение половой системы, находятся очень близко к домам и школам.
И эту депутатскую боль можно было бы по-человечески разделить и посочувствовать ей, если бы до этого тот же Махмудов и его фракция не рассматривали изменения в Закон РД «О градостроительной деятельности в РД», позволяющие эти самые вышки (мачты и башни), мешающие депутату жить, устанавливать в более упрощённом порядке, без выдачи разрешения на строительство…
Подвёл итог действу Сайгидахмед Ахмедов. Он был явно недоволен как докладом министра, так и его работой. Поэтому, перечислив рекомендации парламента министерству Снегирёва, он высказался за необходимость создания отдельного органа власти, который справился бы с вопросами СМИ и печати лучше, чем нынешний министр и существующее министерство. Пусть даже этот орган власти будет в виде комитета… ]§[
- 11 просмотров