О деле Абдулмумина Гаджиева. Подробно. Письмо 4

Дагестанской общественности будет сложно привыкнуть к тому, что Надира Исаева на самом деле агент «Аркадий»
Дата: 
29 янв 2021
Номер газеты: 

Уважаемый заместитель председателя Совета безопасности Российской Федерации Дмитрий Анатольевич Медведев! Мы давно не писали Вам, извините. Целый ряд политических событий, к сожалению, отвлёк нас от подробного рассказа о том, что происходит с делом, возбуждённым в отношении нашего коллеги Абдулмумина Гаджиева.

Это письмо мы начнём с объяснения того, почему нижеприведённый текст мы адресуем Вам: Вы единственный из руководителей страны, к которому мы – редакция газеты «Черновик» – ранее не обращались в связи с уголовным делом Абдулмумина Гаджиева.

Напомним, что Абдулмумина Гаджиева силовые структуры обвиняют в участии в деятельности террористической организации, а также организации финансирования терроризма. Мы же – редакция «Черновика» – неоднократно называли эти обвинения чушью: следствие не смогло представить ни одного объективного доказательства виновности Гаджиева во вменяемых ему преступлениях и передало в Южный окружной военный суд 39 томов уголовного дела, заполненного макулатурой и сфальсифицированными доказательствами. Об этом мы неоднократно писали и скоро расскажем об этих «доказательствах» более подробно.

Кстати, первые три наших письма, Дмитрий Анатольевич, Вы можете прочесть, обратившись к своим помощникам, или же заглянув в подшивку «Черновика» за прошлый год, в номера 43, 44 и 45.

Понимаем, что остановили своё повествование на интриге, заявив о прокурорских отписках, содержащих откровенную ложь. Ну, или полуправду, что порой хуже, чем ложь. Но Вы не переживайте! К прокурорским мы ещё вернёмся. А пока расскажем Вам о другом...

 

НТВ лжёт

 

Наверное, и это письмо появилось бы с существенным запозданием, если бы не репортаж из зала Южного окружного военного суда, показанный 22 января в передаче «ЧП» на телеканале НТВ.

Когда мы его увидели, у нас аж «забрало запотело»! Этот сюжет, полный откровенной лжи и журналистских ляпов, мы не можем оставить без внимания, так как видим, что этот телеканал поставил перед собой задачу не просто оболгать нашего коллегу, а сформировать у своих зрителей, общества в целом, совершенно искажённое понимание того, что происходит с этим уголовным делом.

В сюжете Марат Сетдиков и Илья Ушенин рассказывают о том, что начался суд над нашим коллегой Абдулмумином Гаджиевым, который, по версии силовиков, призывал жителей республики помогать сиротам и раненным в Сирии людям, «но на самом деле собранные средства уходили на нужды боевиков запрещённой ИГИЛ». Сюжет сразу начинается с ляпа: Сетдиков даже не знает, как правильно произносится имя Гаджиева, поэтому выдаёт в эфир, что он Абдулмамин.

В конце 2012 года НТВ показало Саситлинского как образец семейных ценностей

Ушенин, чьими устами озвучивается основная часть репортажа, начинает со 100-процентной правды: он заявляет о том, что за судом над Абдулмумином Гаджиевым (имя и фамилию журналист произносит правильно) пристально следят в Дагестане. Правда, недоговаривает о том, что в Дагестане очень многие суд над Абдулмумином Гаджиевым считают произволом и заказом силовиков, а не справедливой карой преступнику.

Ушенин вместо этого заявляет, что «главный обвиняемый – до недавнего времени журналист издания ‘‘Черновик’’», хотя Абдулмумина из газеты никто не увольнял, да и сам подсудимый (что следует из репортажа) чётко и ясно отвечает на вопрос судьи: «Работаю журналистом в общественно-политическом еженедельнике ‘‘Черновик’’». (Мнение Абдулмумина Гаджиева о репортаже НТВ, см. на сером фоне. – «ЧК».)

Далее Ушенин лжёт своим зрителям, заявляя о том, что вместе с Гаджиевым судят двоих местных предпринимателей, которые якобы помогали ему собирать донаты.

Дело в том, Дмитрий Анатольевич (ну, Вы в курсе), что один из подсудимых – Абубакар Ризванов – скорее, юрист, чем предприниматель. Годы, которые он провёл в СИЗО по ранее сфабрикованному в отношении него делу (привычный подброс оружия), превратили его в сильного знатока уголовного процесса.

Другой подсудимый – вовсе не дагестанский, а московский предприниматель с карачаево-черкесской пропиской – Кемал Тамбиев. Ну, тот выпускник Бауманки, которого оперативники сильно избили во время задержания в Москве, а уже потом в здании Следственного управления СКР по Республике Дагестан, запугав, вынудили подписать протокол допроса, содержащий совершенно недостоверные данные. (Подробно об этом в статье «Дело Абдулмумина Гаджиева: фантазия или “воздух”?», «ЧК» №43 от 8.10.2019 г.)

Мог ли Ушенин перепутать КЧР с Дагестаном? Нет конечно. Просто он не стал акцентировать внимание своих зрителей на подсудимом, за которого вступился Общественный совет при МВД по КЧР. Зачем зрителям эти подробности о Тамбиеве, которого срочно надо назвать пособником террористов, да, Ушенин?

Но это мелочь. Видимо, принцип современной тележурналистики: «Врать так по-крупному!». Поэтому следующим кадром Ушенин показывает Абу Умара Саситлинского (Исраила Ахмеднабиева) и уже врёт дуплетом: 1) заявляет, что Саситлинский – близкий друг Гаджиева и 2) что Саситлинский, будучи в международном розыске, скрывается в Турции.

И первое, и второе утверждение – ложь. Гаджиев и Саситлинский утверждали и утверждают, что они пересекались пару раз в жизни и могут (с большой натяжкой) именоваться знакомыми. 

Абдулмумин Гаджиев никогда не скрывал, что два раза в своей жизни виделся с Абу Умаром Саситлинским: один раз в 2009 году, а во второй раз – в 2013 году. И оба раза для того, чтобы по заданию редакции взять интервью. И это было то время, когда Саситлинский не был в розыске, а был вполне популярным дагестанским проповедником.

Репортёр НТВ почему-то не говорит, что второе интервью («А для нас и один день без воды – испытание», «ЧК» №17 от 7 мая 2013 г.), в котором Саситлинский рассказывает о совместной с официальным духовенством Дагестана работе по гуманитарной помощи беженцам из Сирии, послужило основанием для следствия и самого Ушенина громко заявить, что Гаджиев помогал собирать деньги для боевиков. Следствие считает, что, разместив это интервью в газете, Гаджиев «побуждал у читателей желание внести пожертвования» в благотворительные фонды Саситлинского.

Возможно, Ушенин не делает этого, потому что знает, что в аналогичном «побуждении» общества финансировать Саситлинского можно будет обвинить и саму телекомпанию НТВ.

В середине ноября 2012 года, за полгода до того, как Гаджиев возьмёт интервью у Саситлинского, репортёры НТВ демонстрировали Абу Умара в качестве главного и (это важно) позитивного героя передачи «Профессия – репортёр», своеобразно спасающего Россию от демографических проблем.

В YouTube репортаж НТВ с Саситлинским набрал 1 миллион 700 тысяч просмотров! Согласитесь, Дмитрий Анатольевич, что не каждое видео, даже с Навальным, набирает столько просмотров.

А что касается нахождения Саситлинского в Турции… В конце автор репортажа уверенно заявляет, что наша страна сильно надеется на то, что Турция выдаст Саситлинского. Для чего Ушенин так настойчиво вклинивает в репортаж турецкую тематику, непонятно. Любой сотрудник дагестанского МВД или ЦПЭ скажет, что Абу Умар уже несколько лет находится в Республике Нигер.

Думается, Дмитрий Анатольевич, этот репортёр умышленно желает ухудшить отношения двух стран – России и Турции. А иначе для чего в репортаже эта чушь про Турцию?

Но Ушенина можно и похвалить: разбирая репортаж НТВ, мы обратили внимание на то, что тот же Ушенин, говоря о подсудимых и о том, в чём их обвиняют, хотя бы иногда делает отсылку на силовиков: «он, как считает следствие...», «по словам силовиков…», «как считают силовики…». Это, с точки зрения пресловутой журналистской этики и учебников по журналистике, правильно. Такое цитирование как бы означает, что сказанное – это не личное мнение журналиста, а мнение других лиц, которое ещё необходимо проверить.

В отличие от журналиста, другой медиаспециалист – пресс-секретарь Южного окружного военного суда Алёна Катькало – более категорична. Она, как приводит её цитату НТВ, не дожидаясь решения военного суда (а суд ещё толком даже и не начался!), заявила о виновности Гаджиева, Тамбиева и Ризванова: «Ими организован сбор денежных средств путём создания различных благотворительных фондов и групп в сети Интернет, на которые поступали денежные средства от лиц, не осведомлённых об истинных намерениях создателей этих фондов и полагавших, что они вносят пожертвования…»

Указанные ею обстоятельства надо ещё в судебном порядке доказать, но… Возможно ли такую цитату Катькало объяснить только тем, что она знает негласные правила военного правосудия? Ну, вроде того, что раз человек попал в военный суд, то он будет признан виновным в обязательном порядке, даже если невиновен и нет доказательств его вины?

Если это так, и если на принципы независимого и объективного правосудия в Южном окружном военном суде наплевали, то, Дмитрий Анатольевич, просим Вас поднять в Совете безопасности России вопрос о передаче судебной власти в подчинение Следственному комитету страны. Так хоть будет честнее...

Что ещё можно сказать об этом продукте НТВ? Марат Сетдиков и Илья Ушенин поработали над сюжетом хорошо: с учётом того, что судебное заседание по делу Абдулмумина прошло 21 января вечером, а уже 22 января в полдень «обличающий» нашего коллегу репортаж был готов, очевидно, что над ним они корпели довольно долго. Поэтому нельзя сказать, что они не знали о тех фактах, которые мы перечислили выше. Всё знали. Всё легко могли проверить. Но решили, что лгать (и быть пособниками тому, что невиновные люди могут получить пожизненные сроки) для них привычней, чем быть достойными людьми.

 

Привет, Надира!


Но вишенкой на торте этого горе-репортажа оказалась экс-главный редактор «Черновика» Надира Исаева.

Наверное, горемыки из силовых пресс-служб и НТВ думали, что в редакции «Черновика» челюсти упадут от удивления в тот момент, когда услышат в эфире давно забытый голос бывшего коллеги. Уверяем вас, Дмитрий Анатольевич, это не так.

В конце лета – начале осени 2019 года мы знали, что Исаева, долго скитавшаяся по зарубежным странам, прибыла в Дагестан. А когда увидели, как Надира, испуганно озираясь, переходит дорогу в районе Советского суда Махачкалы, не исключили, что она может быть секретным свидетелем в деле Абдулмумина Гаджиева. И не ошиблись.

В 37-м томе уголовного дела №11902820021000043 (дело Абдулмумина), начиная с 63-й по 69-ю страницу, содержится протокол допроса секретного свидетеля, именуемого Аркадий Смирнов. Содержание ответов, а также приводимые в допросе обстоятельства и даты прямо указывают на то, что эти показания дала Надира Исаева. Допрошен столь «ценный» свидетель был в  шесть часов вечера 25 февраля 2020 года.

«Ну, даёт показания и даёт, бог с ней!» – была наша первая реакция. А потом, подробно ознакомившись с тем, что «Лучший редактор газеты» Надира Исаева сообщает Лучшему следователю России Надиру Телевову в своих показаниях, мы… очень сильно удивились.

В целом, показания Надиры (Аркадия) Исаевой можно разделить на три части.

В первой части она рассказывает про то, какой плохой Абдулмумин Гаджиев. «Он больше хитрый, нежели умный, ведомый, неоригинальный и человек, который практически ни в чём не преуспел», – даёт Абдулмумину свою субъективную оценку Исаева.

Вторая часть показаний секретного агента Аркадия посвящена тому, как Надира Исаева покидает Россию, уезжает учиться в США, но продолжает читать «Черновик» (уже как читатель, а не его руководитель).

Так называемый Аркадий сообщает следователю, что в 2013 году в «Черновике» появляется второе интервью Саситлинского, взятое Гаджиевым. Прочитав это интервью (оно называется «А для нас и один день без воды – это испытание», «ЧК» №17 от 2013 г.), она пришла к выводу, что Абдулмумин продолжает пропагандировать деятельность Саситлинского. (Брать по одному интервью раз в пять лет – хороша пропаганда! «ЧК».)

Третья часть посвящена описаниям сложных, мало чем объективно подтверждаемых, данных о родственниках, друзьях и знакомых Саситлинского. Изложение удобных для следствия показаний она завершает умозаключением о том, что Саситлинский является членом запрещённого в России ИГИЛ, так как у него было много знакомых из этой организации. Соответственно, и Абдулмумин, по её мнению, имеет отношение к ИГИЛ, так как он знает Абу Умара.

Правда, сложно, Дмитрий Анатольевич? Но вы не удивляйтесь: у Исаевой склонность видеть то, чего нет, отточена до уровня природного таланта!

Не будем сейчас подробно говорить о показаниях Надиры против Саситлинского. К последнему мы в будущих публикациях вернёмся. Остановимся на сказанном ею против Гаджиева.

В своих показаниях Исаева, будучи предупреждённой о даче ложных показаний  качестве свидетеля, уверяет Телевова, что Гаджиев, взяв в 2009 году (11 лет назад!) интервью у Абу Умара Саситлинского для газеты «Черновик», тем самым «раскрутил его», сделав популярным, презентовав проповедника как «благородного и образцового мусульманина». (Это интервью называется «Ислам – это не похороны и нашиды», «ЧК» №46 от 13.11.2009 г.

И там же, в протоколе допроса, бескомпромиссно заявляет, что Абдулмумин Гаджиев, будучи редактором отдела «Религия» газеты «Черновик», взял интервью у Саситлинского и опубликовал его в газете, ни с кем этого не согласовав! В последующем Исаева заявит на своей странице в Facebook, что Гаджиев подставил её, сказав, что интервью с Саситлинским он сделал по заданию редакции, то есть по её заданию.

«Надира, где ты так научилась лгать? Умная же девушка была…» – удивились мы в редакции «Черновика».

Дело в том, дорогой Дмитрий Анатольевич, что в 2009 году наша газета не присутствовала так активно в Интернете, как сейчас. Тогда на сайте газеты – www.chernovik.net – новые материалы, в том числе и новости, появлялись раз в неделю, в пятницу, вместе с выходом в свет печатной версии газеты.

Каждый материал «Черновика», будь то новостишка, репортаж или аналитическая статья, обязательно обсуждались редакцией на ежедневных планёрках. Иногда планёрки могли идти по два часа! Практически каждый тезис каждой будущей публикации (ещё до того, как будет набран автором в компьютере!) скрупулёзно изучался в первую очередь главным редактором.

Затем каждый текст еженедельника читали и редактировали редактор отдела, замглавного редактора, главный редактор, юрист. И только потом текст от главного редактора газеты переходил в руки ответственного секретаря, контролирующего процесс попадания текста на вёрстку (в газету). Это чётко и ясно прописано в Уставе «Черновика», который мы (возможно, вы удивитесь этому) соблюдаем.

Чтобы вы понимали: Надира Исаева, будучи главным редактором «Черновика», была крайне ответственным человеком, подходившим к каждому вопросу, касающемуся газеты, с позиции высокопрофессионального менеджера. При этом она, как менеджер, очень властная и амбициозная!

Поэтому в те годы в газете никак не мог появиться не санкционированный ею лично материал. При этом было неважно, чей это материал: Абдулмумина Гаджиева или, к примеру, учредителя «Черновика» Хаджимурада Камалова. Она всегда знала, что она – главный редактор газеты, соответственно, несёт ответственность за всё, что публикуется в газете.

Теперь же этот принцип работы любого российского СМИ ею яростно отрицается.

 

«‘‘Черновик’’ – это я!»

 

А теперь поговорим о мотивах. В частности, о том, что толкнуло Надиру Исаеву на то, чтобы дать показания против Абдулмумина Гаджиева. У него, когда он узнал, что Исаева дала против него показания, был шок. Гаджиев долго не мог поверить в происходящее, так как за всё время, которое он с ней работал в газете, у них никогда не было даже намёка на какой-то конфликт или же недопонимание. Были отношения, полные взаимного уважения…

Так что же произошло? Вернёмся в 2010 год. Надира Исаева заслуженно номинирована на премию им. Буцериуса. Высшая для «Черновка» награда! У неё берут интервью, её мнением интересуются за пределами Дагестана, показывают как символ успешной дагестанской женщины, не боящейся противостоять государственным репрессиям и смелым словом обличающей несправедливость. Она символ. Она герой! Заслуженно!

Однако испытание «медными трубами» (славой и деньгами) для неё оказалось самым трудным…

Снова вернёмся к Уставу «Черновика». Согласно этому документу, главный редактор газеты избирается раз в два года коллективом газеты – редколлегией. Он, а также лицо, которое претендует на должность главреда, должны представить редколлегии план развития газеты на два года. Не представил план – не участвуешь в выборах и, соответственно, ты не главред.

К концу мая 2011 года завершался срок полномочий Исаевой. Надо было готовить новый план развития газеты, которая уже испытывала кризис: от «Черновика» уходила аудитория, тематика становилась узконаправленной и газета уже с трудом могла именоваться дискуссионной площадкой для различных политических и общественных сил республики.

Однако Исаева, возможно, посчитав, что она уже настолько заслуженный в обществе человек, что уже может не придерживаться требований Устава «Черновика», проигнорировала все требования о плане развития СМИ, посчитав, что перевыборы – это просто формальность.

«‘‘Черновик’’ – это я!» – заявила она учредителю газеты Хаджимураду Камалову, когда тот ей мягко напомнил, что редакционную конституцию (Устав) надо соблюдать и хоть как-то подготовиться к выборам.

Опустим достаточно стыдные моменты, связанные с тем, как Исаева готовилась ко дню выборов. Однако, когда настал тот самый день, она подошла к нему абсолютно неготовая. Ни плана, ни развития. Только амбиции и требования уважать её былые заслуги.

Всё закончилось тем, что выборы главного редактора выиграл юрист газеты Биякай Магомедов. Он представил коллективу план развития «Черновика» на ближайшие два года. Коллектив выслушал его, затем выслушал Надиру Исаеву и… избрал Магомедова.

Сказать, что произошедшее было для Исаевой трагедией – это ничего не сказать. Она посчитала, что весь коллектив газеты предал её. Помыкавшись какое-то время в «Черновике» на позиции заместителя главного редактора, она, устав от собственных скандалов, покинула газету и улетела в Москву.

Вскоре, в декабре 2011 года, был убит Хаджимурад Камалов. Тут же через связанные с силовиками компроматные ресурсы была вброшена дикая версия о том, что к убийству причастна Исаева.

Спустя какое-то время те же ресурсы стали активно обвинять её в убийстве начальника Управления информационной политики и пресс-службы Президента РД Гаруна Курбанова, произошедшем летом того же года. Дело даже дошло до того, что в редакцию «Черновика» приходил следователь, допрашивавший коллектив газеты на предмет того, могла ли Исаева совершить убийство Курбанова.

Тучи сгущались, и Исаева в феврале 2012 года улетела в США. Проработав в этой стране два года на позиции приглашённого научного сотрудника института Гарримана при Колумбийском университете (тот самый, где в своё время учился сам Збигнев Бжезинский), она покидает Штаты.

Несмотря на то что Исаева находится на чужбине, сердцем она тут, в Дагестане. Есть целый ряд публикаций Исаевой в Facebook за 2013 год, в которых она с удовольствием репостит не только Абдулмумина Гаджиева, но и… Кавказцентр. Публикует просьбы в адрес Камиля Абу Султана, Надыра Абу Халида и того же Саситлинского, чтобы те в своих проповедях призывали известных спортсменов вспомнить соответствующий этикет. Вспоминает Раппани Халилова и считает, что Путину грозит будущее Каддафи

Смелые публикации смелого человека! Исаева показывает, что у неё есть своя точка зрения и она готова её отстаивать.

В числе публикаций мы видим и… прямой призыв к своим подписчикам (см. фото на стр. 5) помогать проектам Абу Умара Саситлинского!

Надира Исаева считала  своим долгом помочь Саситлинскому

Из США она прибывает в Египет. Там она пытается осесть, но ничего не выходит. Общающиеся с ней люди отмечают, что, несмотря на долгое отсутствие на родине, вдали от «Черновика» и его коллектива, Исаева сохраняет жгучую ненависть к журналистам нашей газеты: поминает недобрым словом и Гаджиева, и Мамаева, и Магомедова… Нет-нет поругивает Саситлинского.

Потом переезд в Турцию. Средств к существованию нет, помощи, казалось бы, ждать неоткуда. И руку помощи ей протягивает… Абу Умар Саситлинский. Он пристраивает её в исламскую школу преподавателем, поддерживает отдельные её медийные проекты, время от времени помогает и финансово.

В один момент (чтобы был понятен уровень доверительных отношений) она даже обращается с просьбой к Саситлинскому развести её с мужем, Абдулхалимом Абдулкаримовым, отбывавшим на тот момент срок в Пензенской ИК. Она устала ждать, а высказанное ею ещё в конце 2010 года на сайте «Сноба» желание: «Сейчас я бы больше всего хотела иметь пару-тройку детей» – имело риск не сбыться. Саситлинский уговорил её не торопиться, а дождаться своего супруга «из плена».

В последующем пути Надиры и Саситлинского разошлись: причиной называют некие скандалы, связанные с финансами и медиа-проектами, за которые бралась Исаева, но вникать в суть их разлада у нас желания нет.

Оставим без комментирования и слухи о том, что в тяжёлые дни пребывания в Турции она небезрезультатно обращалась за помощью к представителям силовых структур России. Всякое бывает в жизни. Каждый выживает так, как может.

Уже в 2016 году Исаева, потерявшая было надежду увидеть своего супруга на свободе, смогла воссоединиться с Абдулкаримовым. Но это произошло не в Турции, а на территории Украины.

Вроде бы был шанс начать спокойную размеренную семейную жизнь. Но и тут не свезло: попытки обозначить себя на Украине как суперпрофессионального медиаменеджера, умеющего видеть тренды развития дагестанского и кавказского общества, корни проблем и прочие парадигмы, руководить информационными потоками, оказались там никому не нужны. 

В тот же период она объявляет информационную войну Саситлинскому. А в феврале 2017 года её муж Абдулхалим Абдулкаримов в компании с Русланом Алиевым, известным нашему читателю по прозвищу Кисловодский, а также второму имени – Адам Белявский, записывают видеообращение. В нём Алиев просит политического убежища у властей Украины в связи с тем, что (с его слов) он был избит людьми Саситлинского, которые грозились его убить, требуя, чтобы он покинул эту страну, так как они считали, что Алиев – агент ФСБ (см. фото).

Жизнь дала этим людям ответ на то, нужно ли им бояться ФСБ

Мы писали подробно, Дмитрий Анатольевич, об этой истории в статье «Театр юного следователя» («ЧК» №27 от 19.07.2019 г.) и ещё вернёмся к ней.

В последующем власти Украины выдавили эту семью из своей страны, и те (а куда деваться?) прибыли в Россию. И уже в нашей стране их приняли с распростёртыми объятиями, словно разведчиков, вернувшихся с тайной войны…

 …И, зная все эти обстоятельства, мы, читая скриншоты публикации Исаевой с её страницы в Facebook, где она называет Абдулмумина Гаджиева сидельцем на многих стульях и обвиняет его в том, что он своей хитростью загнал себя в ловушку, как говорил классик, не смеёмся и не плачем.

Мы видим, что наш бывший главный редактор, а теперь рядовая домохозяйка, сгодившаяся только на то, чтобы давать нужные Следственному управлению СКР по РД показания, пытается обманывать окружающих, выставляя себя жертвой.

И фраза её о том, что «у Хаджимурада Камалова был такой принцип, когда он хотел уволить человека с работы, то не давал ему состроить из себя жертву, потому что жертва вызовет сочувствие у коллектива и будет манипулировать этими чувствами», тут крайне уместна.

Она пытается убедить всех, что Абдулмумин Гаджиев, сообщив в суде, что взял интервью у Саситлинского по заданию редакции, якобы поставил её жизнь и судьбу под угрозу уголовного преследования. Но Исаева почему-то не говорит о том, что интервью, взятое Абдулмумином в период её главредства, даже не рассматривалось следствием в качестве доказательства вины нашего коллеги.

Абдулмумину изначально вменяли в вину интервью, взятое в 2013 году. В тот год главным редактором был Магди Камалов. И он почему-то не побоялся заявить на допросе у следователя Телевова, что лично дал задание взять это интервью. Потому что брать интервью у людей, которые не находились в тот период в розыске, это часть работы журналиста. И то, что рядовую работу журналиста сегодня не без помощи Исаевой следственные органы интерпретируют как содействие терроризму – это и есть проявление произвола!

И поэтому, читая ложные показания Надиры (Аркадия) Исаевой, данные ею Телевову, а затем то, что она пишет в Facebook – «Проект Абу Умар Саситлинский с самого начала был заточен на пожертвования от мусульман, разрабатывался детально, с участием и ФСБ, и либералов», мы смеёмся над этой «чушью и компотом». Почему же Исаева, раз она достоверно знает о том, что Саситлинский – проект ФСБ, не говорит об этом в своих показаниях? А ведь это серьёзное обвинение: раз Саситлинский – проект ФСБ, значит ли это, согласно её логике, что не Абу Умар, а ФСБ спонсирует ИГИЛ? Хотелось бы, чтобы Телевов, или кто там сейчас за него, допросил агента Аркадия об этих довольно любопытных обстоятельствах дела…

Завершая этот сеанс саморазоблачения, скажем вот что. Поверьте, Дмитрий Анатольевич, нам печально наблюдать, как Надира Исаева, умный, высокообразованный человек, владеющий несколькими иностранными языками, прекрасно разбирающийся в вопросах медиа, экономики и политики, оказалась в буквальном смысле слова под плинтусом, на обочине жизни. И единственное, на что она оказалась годна – это излагать свои фантазии в виде показаний для уголовных дел.

В своих публикациях в Facebook Исаева часто вспоминает Хаджимурада Камалова и Ахмеднаби Ахмеднабиева – двух убитых дагестанских журналистов, с именами которых ассоциируется мужество и принципиальность. Она их вспоминает как моральных авторитетов… Если бы они были сегодня живы, то Ахмеднаби брезгливо отвернулся бы от Надиры, а Камалов – снисходительно ей улыбнулся… ]§[

(Продолжение следует.)