Казаку закон писан?

Казаки – это не песни-пляски и тематическая скульптура. Это уклад жизни
Дата: 
12 ноя 2021
Номер газеты: 

37 депутатов республиканского Народного собрания проголосовало против принятия законопроекта «О казачестве в Республике Дагестан». Это произошло 28 октября, но, как оказалось, обсуждение того, нужно ли принимать этот закон, на этом не завершилось.

«Черновик» в статье «Коллайдеры и казаки» («ЧК», №42 от 29 октября 2021 г.) рассказывал, что против законопроекта о казачестве выступило сразу несколько депутатов: Якуб Умаханов, Магомед Патхулаев, Алиасхаб Шабанов, Султанахмед (Султан) Ибрагимов. Их выступления вызвали аплодисменты, возможно, поэтому высказаться с иной точкой зрения на данный законопроект никто не решился, хотя были те, кто считал, что данный законопроект принять нужно.

По многочисленным слухам, такое несамостоятельное поведение большинства депутатов не понравилось руководству республики. В попытке переубедить депутатов, как утверждают злые языки, с ними беседовали кто гневно, кто мягко, и глава РД Сергей Меликов, и руководство АГиП РД, и вице-спикер НС РД Юрий Левицкий.

Голоса депутатов в тот день распределились следующим образом: 37 – против, 28 – за, 9 – воздержались, а ещё 16 – не голосовали.

Заявления вышеуказанных депутатов по данному законопроекту было «на ура!» воспринято в социальных сетях. В какой-то момент дагестанские депутаты (крайне редкое явление) обрели статус народных героев! Правда, ненадолго…

Другие депутаты, те, кто голосовал за этот законопроект, не хотели становиться антигероями и, соответственно, получить свою порцию «народной любви» от комментаторов в соцсетях. К такому выводу можно прийти, наблюдая за тем, как долго НС РД тянуло с обнародованием на своём официальном сайте такого протокольного документа как «Результаты голосований».

Этот документ, автоматически формируемый электронной системой голосования, поимённо отображает то, как голосовал тот или иной депутат (в том случае, если голосование открытое). Обычно этот документ появляется на сайте НС РД в течение суток-двух после сессии. А тут… тишина.

Только ежедневные напоминания соцсетей и СМИ, а также несколько официальных запросов в дагестанский парламент с требованием объяснить, почему результаты голосований всё ещё не обнародованы, привели к нужному результату: 9 ноября в соответствующем разделе сайта НС РД появился файл под названием «4 сессия Седьмого созыва (28 октября 2021 г.)». Общество, наконец, увидело своих героев…

 

То, чего нет?

 

Обсуждение законопроекта «О казачестве в Республике Дагестан» не завершилось отклонением его депутатами НС РД. Неофициальные беседы между ветвями власти, идущие на площади – это только часть политических процессов.

Свою реакцию данный законопроект вызвал и среди общественных объединений. Так, 10 ноября, в офисе ДРОО «Дагестан Единый» прошёл круглый стол, посвящённый обсуждению данного закона.

Открыл обсуждение председатель Совета ДРОО «Уздени Дагестана» Керимхан Умаханов. Он заявил, что цель круглого стола обсуждение целесообразности принятия закона о казачестве в республике. И в первую очередь подчеркнул отсутствие информирования как депутатов, так и общественности о сути закона и основаниях для его принятия.

Опираясь на ранее опубликованный им в сети текст, Умаханов отметил: «Вновь избранные представители Народного собрания РД должны были предвидеть негативность выдвигаемого на голосование проекта, и по долгу службы разъяснить федеральному центру, что такой проект нецелесообразно и даже опасно принимать в многонациональном Дагестане».

Руководитель совета поблагодарил «за патриотизм» депутатов республиканского парламента, активно выступавших против принятия закона о казачестве, и добавил: «Хочется обратиться к заблудившимся 28, беспомощным девяти и не проголосовавшим вообще 16 депутатам с вопросом: что всё-таки помешало им голосовать по совести и чести в интересах своего народа?»

Для выяснения истории вопроса организаторы пригласили кандидата исторических наук Зураба Гаджиева. Он рассказал, что основанием для принятия закона на федеральном уровне является возрождение на территории традиционного самоуправления казачества. Исходя из этого, историк заметил: «У нас вопрос: а где на территории Республики Дагестан находятся эти места компактного проживания казаков, в которых это самоуправление было? Я как историк и картограф таких пунктов найти не могу. Возрождать можно то, что было, а то, чего нет (не было) называется не возрождать, а насаждать».

Помимо прочего, на обсуждение подняли вопрос о том, кто будет пополнять ряды казаков. В законопроекте определённых критериев для причисления к казакам, по мнению участников круглого стола, нет.

Высказался о законопроекте и председатель ДРОО «Дагестан Единый» Юсупбек Юсупов: «Казачество как отдельная нация, сословие, со всеми регалиями обособляется. Дагестану это ни к чему».

В завершении круглого стола выступила председатель общественного совета гражданского общества РД Арапат Курбанова: «Высказавшиеся сегодня чётко дали понять о нецелесообразности, о непопулярности этого закона, и нет необходимости принимать его. Ни объективных, ни субъективных предпосылок для принятия такого закона нет в нашей многонациональной республике. В этой связи я предлагаю обратиться напрямую к главе республики и в случае необходимости и к президенту страны».

В письме, которое планируется направить в адрес главы республики Сергея Меликова, обозначается, что в Дагестане множество задач, которые ждут реагирования со стороны руководства. А обсуждение законопроекта о казачестве является «заказом сверху или волеизъявлением конкретного лица», принятие которого в многонациональной республике будет воспринято как дискриминация по отношению к другим народам.

 

Сорт человека?

 

Сам по себе законопроект «О казачестве в Республике Дагестан» не представляет чего-то особенного. Более-менее грамотный юрист сразу заметит «сырость» этого документа, где ничего конкретно не прописано, всё в общих чертах, а также многочисленные отсылки к федеральному законодательству.

Так, глава Дагестана может только взаимодействовать с казачьими организациями, утверждать их уставы, а также разрабатывать порядок утверждения этих уставов. Народное собрание РД будет вправе принимать законы о развитии казачества и контролировать исполнение принятых ими законов. Правительство РД может реализовывать политику по возрождению казачества, определять уполномоченный орган по взаимодействию с казаками, принимать программы по их господдержке. Всё остальное для главы РД, правительства РД, а также дагестанского парламента, что на юридическом языке звучит как «осуществление иных полномочий», будет осуществляться согласно федеральному закону.

В отличие от республиканской власти, города и районы (исходя из текста законопроекта) вообще не должны оглядываться на дагестанское законодательство, так как в ст. 6 законопроекта прямо прописано, что они «осуществляют свои полномочия в сфере возрождения и развития казачества в РД, предусмотренные федеральным законодательством». То есть на языке права Дагестан дагестанским городам и районам в вопросах казачества не указ! (Понятно, что это ляп. И понятно, что дотошные юристы этот казус исправят.)

Поддержка казачества, согласно законопроекту, должна заключаться в том, чтобы финансово (за счёт бюджета РД) поддерживать казачьи мероприятия, помогать создавать казачьи общества, центры культуры и творческие коллективы. Особенно умиляет требование законопроекта по содействию органами власти республики по проведению конкурсов «на лучшее произведение живописи, скульптуры, декоративно-прикладного искусства по казачьей тематике».

Более-менее серьёзным положением законопроекта является норма, устанавливающая, что «казачьим обществам, внесённым в государственный реестр казачьих обществ в Российской Федерации, для осуществления сельскохозяйственного производства, сохранения и развития традиционного образа жизни и хозяйствования казачьих обществ предоставляются земельные участки, находящиеся в государственной или муниципальной собственности».

Сырость законопроекта «О казачестве в РД», а также то, что за лоббированием подобных законов в субъектах Северо-Кавказского федерального округа стоит полпред президента Юрий Чайка, наводит на мысль о том, что само содержание и правовая наполненность этого документа для властей вовсе не важны. Важно, чтобы этот закон на уровне региона просто приняли!

Юрий Чайка лоббирует законы о казачестве в субъектах СКФО. Но это не его прихоть, а команда Кремля

Само принятие закона в современной (бюрократической) реальности можно сравнить с загрузкой в смартфон приложения: ты закачиваешь одно приложение с одним набором услуг, а приходящие в последующем обновления могут изменить этот набор до неузнаваемости. Так и законопроект: если он сумеет пройти хотя бы первое чтение, в дальнейшем документ (благодаря угодливым и податливым «законотворцам») может закрепить совершенно иные, а где-то даже противоположные заявленным, нормы.

Можно предположить, что когда аналогичные законы о казачестве примут и другие северокавказские субъекты страны, то… законы субъектов, в том числе и дагестанский закон, будут выглядеть как инициатива снизу, требующая от страны сделать важный шаг: закрепить политические и социальные гарантии казаков, возможно, как сословия, в федеральном законодательстве.

Ожидать это есть все основания, так как в 2018 году тогдашний войсковой атаман Кубанского казачьего войска Николай Долуда заявил СМИ, что в проекте нового федерального закона о казачестве, разработанном в Краснодарском крае, статус казачества определён «как особая форма государственной и социальной жизни самостоятельного народа. «Именно народа, и никак иначе!» – подчеркнул тогда Долуда, который сегодня уже атаман Всероссийского казачьего общества.

Обращаем внимание, что в дагестанском законопроекте не оговаривается, кого можно считать казаком. Это же не обговаривается в ФЗ «О государственной службе российского казачества» и даже в Уставе Всероссийского казачьего общества. Кстати, этот устав утверждает президент России Владимир Путин.

В федеральном законе и уставе даются обтекаемые формулировки, обобщив которые становится ясно, что российское казачество – это граждане РФ, достигшие 18-летнего возраста, вступившие в установленном порядке в первичные казачьи общества по месту жительства и, соответственно, тем самым, автоматически ставшие членами Всероссийского казачьего общества.

Эта формулировка, понятно, скорее политкорректная, чтобы не вызывать споры о равенстве прав и обязанностей граждан в одной стране по признаку происхождения, национальности, вероисповедания и многих других признаков, чем отражающая реальность. К примеру, в проекте ФЗ «О российском казачестве», который был внесён в Госдуму в 2001 году и отклонён в 2003-м, говорится, что казак – это «гражданин Российской Федерации, являющийся прямым потомком казаков и причисляющий себя к таковым».

Уставы первичек, на которые ссылаются действующие нормативные акты, тоже ясности не добавляют, но… по общему смыслу понятно, что казачьи общества «чужаков» в свои ряды не пустят: казак – это сложившееся сословие, и как национальность, принадлежность к казачеству передаётся из поколения в поколение, от отца к сыну и так далее.

Но закреплять в законе права казачества (казаков) как отдельного сословия – это не совсем конституционно, так как в стране образуется два населяющих её класса: «просто граждане» и «граждане-казаки». И, как это указано в законах, у них появляется чуть больше прав, чем у обычного гражданина. И эти права появляются не в силу личных качеств, а… в силу рождения. И, наверное, вероисповедания.

В том же Уставе Всероссийского казачьего общества закреплено, что на заседаниях Большого круга может быть приглашён представитель Русской православной церкви, а само открытие заседания Большого круга может сопровождаться проведением РПЦ религиозных обрядов.

…Ко всему этому можно было бы относиться равнодушно, если бы тот же Юрий Чайка в июле этого года не заявил, что Владимир Путин одобрил его идею о том, чтобы в рядах Росгвардии формировались казачьи полки и батальоны, которые будут служить по месту жительства и будут «казачьим территориальным подразделением Росгвардии».

Версию того, для чего нужны такие подразделения в такой непростой политический период, «Черновик» изложит в одном из ближайших номеров. ]§[


Результаты голосования по законопроекту «О казачестве в Республике Дагестан»

ЗА: Самир Абдулхаликов, Мурзадин Авезов, Сефер Алиев, Асият Алиева, Ильман Алипулатов, Заур Аскендеров, Мусафенди Велимурадов, Алимурад Гаджиев, Кирилл Глазов, Камил Давдиев, Елена Ельникова, Марат Ильясов, Артур Исрапилов, Анатолий Карибов, Малик Баглиев, Марина Котенко, Абдулмуслим Курбаналиев, Абдулвахид Лабазанов, Юрий Левицкий, Ильяс Мамаев, Хаджимурад Малаев, Муртузали Муртузалиев, Елена Павлюченко, Мурат Пайзулаев, Фирудин Раджабов, Юсуп Умавов, Мухтар Халалмагомедов, Мурадхан Хидиров.

ПРОТИВ: Вагиф Абдуллаев, Далгат Залбеков, Али Алиев, Изи Алиев, Магомед Алиханов, Сайгидахмед Ахмедов, Садрутдин Айгубов, Али Багомедов, Батдал Батдалов, Курбан Габибов, Расим Гаджиагаев, Магомедали Гаджиомаров, Абдусалам Гадисов, Валерий Громов, Султанахмед Ибрагимов, Абдурахман Камилов, Магомед Кудиямагомедов, Нахбар Курбанов, Абакар Магдиев, Магомед (Ибрагимович) Магомедов, Абдулла Магомедов, Джамалудин Нажмудинов, Магомед Патхулаев, Муртазали Рабаданов, Тельман Рагимов, Абдулла Расулов, Заур Расулов, Сагид Сагидов, Рустам Хабилов, Давуд Сулейманов, Зульгимар Тагибова, Якуб Умаханов, Велиюла Фаталиев, Хучбар Хучбаров, Алиасхаб Шабанов, Джамалдин Шамхалов.