Президенту Российской Федерации В.В. Путину

Дата: 
28 апр 2017
Номер газеты: 

Письма к президенту России Владимиру Путину идут из разных регионов страны и по разному поводу. Из Дагестана, так уж сложилось, в адрес главы государства пишут с просьбами решить ту или иную серьёзную проблему.

Газета «Черновик» (совместно с агентством «Медиафакт») предлагает нашим читателям свою площадку для открытых писем и обращений в адрес Владимира Путина. Письма присылайте на адрес нашей редакции.


Ветераны! Не бойтесь заболеть...

 

Одну бабушку спросили: «Ну, как бабушка, не болеете? Ой, сынок, – сказала она, – я не такая  уж богатая, чтобы болеть». Я поищу эту бабушку и покажу ей дорогу в госпиталь для ветеранов, где любая процедура проводится без единой копейки.

Другую бабушку спросили: «Бабушка, не боишься смерти! Ой, сынок, смерти не боюсь, заболеть боюсь». И этой бабушке я скажу: иди, бабушка, ложись в госпиталь для ветеранов. Там тебя обследуют от пяток до макушки.

И действительно... Мне 67 лет. К этому возрасту у человека появляется букет болезней.

Дома участковый врач мне предложила направление в госпиталь ветеранов. Добавила: тебе сделают всё обследование. И не обманула. На 5–6-й день я звоню ей и говорю: «Забери меня отсюда, меня мучают, нет покоя». Она сначала не поняла. И тогда я продолжил рассказ и сказал: 1) повели на УЗИ почек, печени, простаты, мочевого пузыря, УЗИ головы, шейных вен, кстати, которые нигде не делали до сих пор. Повели к окулисту, урологу, стоматологу, эндокринологу, массаж и физкабинет, ток, рентген, лечебная физкультура, повели к травматологу – был перелом ноги, иглотерапия, сделали колоноскопию. 
А когда поняла о чем идёт речь, участковый врач посмеялась.

Хочу свой рассказ начать с внешнего вида госпиталя. Вокруг госпиталя цветы и деревья, чистота. При входе в госпиталь в первую очередь бросается в глаза порядок и уют. После того как меня переодели на первом этаже, проводила в палату миловидная, чуткая, обходительная медсестра. Видя, что хромаю, забрала у меня тяжёлый пакет, насильно отняла (у меня грыжа позвоночника). Технический персонал вежливый, трудолюбивый, в сутки два раза проводят влажную уборку, до каждого уголка доходит рука. Есть душевая, которая открыта и доступна для тебя в любое время суток.

Одним из главных атрибутов лечения является кухня, т. е. питание. У меня и «сахар». То, что повара знают, что у меня «сахар», меня приятно удивило. Спросили фамилию. Сказали: у вас 9-й стол. И каждому так.

В других местах медперсонал идёт в столовую раньше или вместе с больными, а здесь не так. Обеда без мясного не бывает. В неделю 2 раза рыбу дают. Положенные 50 грамм масла – дают. Это единственное место, куда не дошли щупальца Абдулатиповской оптимизации.

У коммунистов был лозунг: «Здоровье народа – богатство страны!», а сейчас в некоторых местах через 10 дней больного, не спрашивая: «Как твоё здоровье», выгоняют за ворота. Это опять оптимизация.

А в госпитале ветеранов не так. Домашние спрашивают: «Что принести из дому?». Я говорю: «В этом доме есть всё, ничего не надо нести».

Ибрагим Магомедович! Спасибо Вам за это. Каждый понимает, что это Ваша заслуга.

На следующий день начали «атаку» на анализы. Перечислять их я не буду. Какие процедуры начались, повторяться не стану. Делают переливание: 3–4 раза заходит сестра проверить твоё состояние. То, что делают, делают от души, доводя до конца. Каждую процедуру начинают со слов: «Бисмиллягь!». Поимённо перечислять сестёр не стану. Все они – и дневные, и ночные – вежливые, чуткие, обходительные, обаятельные, готовые прийти в любое время тебе на помощь. Когда они заходят, в палате становится светло.

Но нужно отдельно сказать о процедурной сестре Пате (так все её называют). Со мной она раз 7–8 спустилась вверх-вниз по этажам, а таких как я – два десятка у неё. На лице у Пати   ни   разу не видел   недовольства, раздражённости, нетерпения, упрёка, если придётся кого-то ждать у лифта, никогда не говорит: «Бегом-бегом! Мы опаздываем!».

Каждый день Патя приносит бутылочку с настоем для моего «сахара».

Хочу отметить: в других местах этого не сделали бы. Спасибо тебе, Патюля (я хочу её так называть, она ровесница моих внучек) за всё.

И – один момент!

Я на пустой бутылке прикрепил записку благодарности и под запиской положил 100 рублей на плитку «Алёнку». На следующий день Патя принесла бутылку, полную настоем, без записки, а мои 100 рублей были под резинками. И строго заметила: «У нас такие вещи не приняты». А о 15–20 тысячах, которые берут в других местах, говорить нечего.

Мой сосед, 78-летний Хаджимурад, говорит: «Нет такой улыбки, как у Зайнаб, Гули и Умы».

Один раз мы шли с другом Имагъазали на процедуры. И перед нами встала такая картина: по коридору-переходу на 2-м этаже идёт вереница: маленькие человечки в белом халатике спокойно, не торопясь, вежливо держа за руку, водят больших больных, ставших немощными, еле волочащих ноги, качающихся из стороны в сторону человечков. Я спросил у друга: «На что похожа эта картина?» – «На муравейник – ответил он – маленький муравей несёт на себе большой груз». У одного «муравья» спросил: «У тебя есть бабушка, дедушка?» Раскинув руку вперёд, показав на бабушек и дедушек, сказала с улыбкой на лице: «Вот посмотри – сколько их у меня». Я отвернулся, чтобы друг не видел, как я вытираю слёзы радости.

Ибрагим Магомедович, вам вопрос: «Вы что этих сестёр принимаете на работу по конкурсу?» (Шутка.) Вот такие они у вас красавицы, муравьи.

В каждом отделении строго соблюдают режим и тихий час.

Ибрагим Магомедович, ваш госпиталь действительно похож на муравейник. Каждый выполняет свою работу без суеты, ритмично.

Ещё одно сравнение. Чтобы работал мотор машины, нужна маленькая искорка. И в каждом работнике чувствуется ваша искорка, ваш задор, ваша порядочность. О вашей порядочности мне говорил и брат Гаджи Гусейнович (гематолог), когда вы работали министром здравоохранения. Вы похожи на звонаря в колокольне. Он управляет    ими    видимыми    нитками, привязанными к каждому пальцу. А вы, чувствуется, управляете людьми в белых халатах невидимыми нитками. Это не каждому удаётся.

Будет несправедливо, если не сказать и о трёх врачах: 1. Курбане Халиловиче, первом лечащем враче в хирургии, и Айшат Ахмадулаевне в неврологии. Мне понравилось обращение Къурбана (КIудияв) с почтением к старшим. Чуткий, внимательный молодой врач. Все мои назначения – его работа. Спасибо, друг Къурбан. А Айшат каждый день со второго этажа поднималась на третий из-за меня. Точно толковала, доходчиво объясняла результаты всех анализов и процедур и делала грамотные назначения. Спасибо, Айшат, семейного счастья Вам. Третий врач – это Аида Дадаевна. С первых дней смотрю, по этажам ходит молоденькая, простая, без гордости, без гонора, с виду 25-летняя врач, ходит по палатам. У всех спрашивает: «Как здоровье, есть жалобы?» Другой раз во время завтрака зашла в столовую справиться, как нас кормят. Я спросил у сестёр: «Кто она такая?» – «Bo-o!!! Эта наш главврач Аида Дадаевна, – сказали девушки, вкладывая в это слово гордость и довольство за руководителя, – можешь обратиться к ней с любым вопросом». Обычно главврачи авторитетно сидят в кабинетах, а Аида всё время среди больных. Два дня в туалете не было света. Сказали Аиде. Она набрала чей-то номер, отдала кому-то указ. Через 10 минут горел свет. Спасибо, Аида Дадаевна!

     И во всех отделениях, я думаю, положение не хуже, чем в хирургии. Вам, Ибрагим Магомедович, я желаю здоровья, чтобы ещё 15 лет руководили госпиталем, чтобы я и мне подобные ветераны не боялись болеть!

 

С большим уважением к Вам,

ветеран педагогического труда Магомед Хамидов.

11 ноября 2016 года.


Данное обращение опубликовано в соответствии со ст. 33 Конституции РФ и ч. 2 ст. 144 УПК РФ