Я/Мы Абдулмумин Гаджиев

Дата: 
21 Июн 2019
Номер газеты: 

Рано утром 14 июня в квартиру редактора отдела «Религия» газеты «Черновик» Абдулмумина Гаджиева ворвались представители силовых органов. Напугав своими криками и оружием супругу Гаджиева и его четверых детей, они выволокли нашего коллегу на кухню, а затем вместе со своими понятыми провели обыск.

Уже там, на кухне, Абдулмумину Гаджиеву сообщили, что он подозревается в организации финансирования терроризма (ч. 4 ст. 205.1 УК РФ) и участии в деятельности террористической организации (ч. 2 ст. 205.5 УК РФ). После того как в ходе обыска силовиками были изъяты смартфоны и ноутбуки всех членов семьи, Гаджиева увезли в здание Следственного управления СК России по Республике Дагестан.

Выехавшему к нему адвокату Арсену Шабанову (родственники Гаджиева успели заключить с ним соглашение на защиту интересов Абдулмумина) не сразу удалось попасть к своему подзащитному: сначала его не пускали в здание, затем не могли сказать, у какого следователя находится Гаджиев.

Так или иначе, Шабанов нашёл Гаджиева, и уже в присутствии адвоката наш коллега был допрошен, а затем задержан.

В невиновности Абдулмумина Гаджиева в редакции никто не сомневается

 

Абсурдные обвинения

 

Как оказалось, органы следствия считают Абдулмумина Гаджиева членом преступной группы из 10 человек, во главе которой находится Абу Умар Саситлинский (Исраил Ахмеднабиев). Группа, как предполагают следователи, занималась тем, что с начала 2013 года организовывала финансирование запрещённого в России ИГИЛ через благотворительные фонды «Мухаджирун», «Ансар» и «Амана».

В своих показаниях, данных в ходе первого допроса, Гаджиев заявил, что не считает себя виновным в чём-либо, из десяти лиц, проходящих по делу, знает Ахмеднабиева, да и то в силу того, что в 2011 году делал с ним интервью (тогда Саситлинский не был в розыске), а остальных – Ровшана Алиева, Мансура Даутова, Рафика Шабанова, Рабиджона Вахобова, Рафета Магомедова, Карима Алиева, Магомедбасира Гасанова, Абубакара Ризванова, а также Кемала Тамбиева – не знает вовсе. Что касается переводов денежных средств в благотворительные фонды, то Гаджиев категорически заявил: «Я никогда никаких перечислений в благотворительные фонды не осуществлял, за исключением дагестанского фонда «Надежда». Кроме того, я никого не призывал к перечислениям и зачастую отговаривал других от всяких перечислений на счета благотворительных фондов».

Узнав о задержании Гаджиева, наша редакция (газета «Черновик») тут же выступила с заявлением, в котором назвала обвинения журналиста абсурдом.

Защита Абдулмумина Гаджиева намерена обжаловать его арест

Отметим, что в этот же день был задержан уроженец КЧР, проживающий в Москве, Кемал Тамбиев. Довольно популярный предприниматель и блогер вёл в Instagram прямой эфир со своего задержания: пока силовики взламывали дверь его квартиры, Тамбиев сообщал своим подписчикам, что его будут забирать. В последующем стало известно, что Тамбиева с синяком под глазом и в сопровождении двух оперативников самолётом отправили в Махачкалу…

Абубакара Ризванова тоже задержали 14 июня. За ним в с. Верхнее Инхело Ахвахского района приехали рано утром на двенадцати машинах сотрудники СУ СКР по РД и ФСБ.

В официальном сообщении Следственного управления СК России по Республике Дагестан, вышедшем в тот же день, говорилось, что Гаджиев, Тамбиев и Ризванов задержаны в рамках расследования одного дела, возбуждённого по финансированию терроризма и участию в террористической организации.

В воскресенье, 16 июня, в Советском районном суде Махачкалы состоялись процессы по избранию меры пресечения задержанным Абдулмумину Гаджиеву, Кемалу Тамбиеву и Абубакару Ризванову.

Абдулмумина Гаджиева защищали шесть адвокатов: Арсен Шабанов, Исрафил Гададов, Шамиль Магомедов, Мурад Магомедов и Абас Гайдаров, Ринат Гамидов и общественный защитник – юрист Арсен Магомедов. На стороне обвинения выступали представитель прокуратуры Магомед Ибрагимов и следователи Надыр Телевов и Шамиль Валимагомедов. Процесс вёл судья Далгат Гаджиев.

 

Не понял вопроса

 

Следователь третьего отдела по особо важным делам СУ СКР по РД Надыр Телевов заявил в суде, что 13 июня возбуждено уголовное дело в отношении Абдулмумина Гаджиева и ещё десяти человек по подозрению в финансировании терроризма и участии в террористической организации.

Эти подозрения подтверждаются показаниями свидетелей и других задержанных, иными оперативными документами. Сторона обвинения просила заключить Гаджиева под стражу на два месяца. Обосновывает следователь свою просьбу только тяжестью антитеррористических статей УК РФ. Кроме этого, аргументируя своё ходатайство, следователь отметил, что подозреваемый не проживает по месту регистрации, имеет заграничный паспорт и может скрыться за границей. Также, находясь на свободе, он может оказать влияние на свидетелей, которые ещё не допрошены, считает следствие.

Телевов заявил, что им представлена суду отрицательная характеристика от участкового, в которой со ссылкой на соседей утверждается, что Гаджиев ведёт замкнутый образ жизни и ни с кем не общается.

На эти заявления Гаджиеву ничего не оставалось, как сказать: «Вам не стыдно?»

В Махачкале были пикеты и в поддержку Тамбиева

Адвокат Исрафил Гададов обратил внимание судьи на то, что в характеристике указано, что у соседей нет на него компрометирующих материалов, а то, что он не общался с ними, не несёт ничего отрицательного.

Представитель прокуратуры и обвинения заявили ходатайство о приобщении к материалам дела допроса задержанного 14 июня в Москве Кемаля Тамбиева, по их словам, подтверждающего подозрения в отношении Гаджиева. 

Напомним, что Тамбиева задержали почти одновременно с Гаджиевым и доставили из Москвы в Махачкалу. В салоне самолёта его сфотографировали очевидцы. На лице Тамбиева судья и присутствующие видели синяки и ссадины.

Судья Далгат Гаджиев удовлетворил ходатайство и объявил перерыв на 15 минут, чтобы защита ознакомилась с документом.

Во время перерыва представитель прокуратуры Магомед Ибрагимов заявил, что газета «Черновик» незаконно освещает ход процесса в Интернете, несмотря на то что судья разрешил фото- и видеосъёмку. Практически всё время, пока шло судебное заседание, они не отрываясь мониторили Instagram и сайт газеты «Черновик», комментируя все публикации. Позже Ибрагимов и следователи заявили, что не желают, чтобы на процессе присутствовали журналисты «Черновика». Тем не менее в этот день суд не стал мешать прессе и общественности наблюдать за ходом заседания.

Стало достоянием гласности заявление Абдулмумина Гаджиева по поводу его задержания: «У меня одна банковская карта, и ни в какие фонды я не перечислял деньги, а тех, кто собирался переводить средства в зарубежные фонды, наоборот, отговаривал. Поэтому следствию пришлось найти свидетелей, которых я даже не знаю. Фамилию Тамбиева первый раз слышу. В перерыве я был в клетке с ещё двумя задержанными. Я спросил, кто из них Тамбиев? На фамилию отозвался измученный и избитый человек. Уверен, что другие свидетели в таком же состоянии. Тамбиев передо мной извинился и признался, что его пытали».

Подозреваемый задал вопрос следователю, почему Тамбиев избит. Надыр Телевов ответил, что не понял вопроса.

Защита ходатайствовала о переносе заседания на двое суток, чтобы собрать другие характеризующие материалы, так как в выходные дни этого сделать не удалось.

Судья Далгат Гаджиев это ходатайство удовлетворил.

 

Шёпот следствия

 

В тот же день в ходе заседания по определению меры пресечения для Кемала Тамбиева присутствующие смогли убедиться, что Абдулмумин Гаджиев и родственники Тамбиева говорили правду про пытки и давление. На лице подозреваемого, доставленного из Москвы, действительно были кровоподтёки и ссадины.

Адвокат Таулан Эбзеев, как и его коллеги по предыдущему заседанию, заявил ходатайство о разрешении фото- и видеосъёмки. Следователь и прокурор были против съёмки на процессе, так как «журналисты публикуют то, что творится на суде». Судья Гаджиев поправил сторону обвинения, отметив, что на процессе ничего не творится, и удовлетворил ходатайство. Сразу после этого следователь Надыр Телевов стал зачитывать ходатайство о заключении под стражу шёпотом и спиной к залу.

На все вопросы адвоката Таулана Эбзеева, какие всё-таки есть доводы для заключения под стражу Тамбиева, следователь отвечал, что это тайна следствия и данные будут обнародованы только после завершения расследования.

Адвокат спросил, почему указано как  отягчающее обстоятельство то, что Тамбиев не явился с явкой с повинной? «Если человек не считает себя виновным, почему он должен приходить с явкой с повинной?» – добавил адвокат.

Адвокат Рашид Джафаров отметил, что он не был допущен к задержанному Тамбиеву и его допрос проходил с процессуальными нарушениями без участия защитника по соглашению. Он просил приобщить к материалам дела заявление Тамбиева о том, что он дал показания под давлением.

«Вы были допрошены 14 июня в присутствии адвоката?» – спросил Тамбиева адвокат Эбзеев.

«Я не знал, кто будет моим адвокатом», – ответил он.

«Вы можете подтвердить или опровергнуть допрос? Соответствует действительности или нет? С момента его задержания на него оказывают давление, пытали. Что произошло во время вашего допроса?» – спросил Эбзеев.

Тамбиев кивком подтвердил давление на него. Во время заседания Кемал писал заявление о том, как незаконно проходил его допрос и как его пытали. Сотрудник полиции забрал у него записи и стал читать их. Адвокат Эбзеев обратился к суду, чтобы сотрудник полиции немедленно вернул заявление задержанному и посчитал это очередным давлением на него.

«Собственноручно пишет, что показания дал под давлением. И это отображает то, что произошло», – сказал Эбзеев.

Прокурор Ибрагимов сообщил, что в материалах дела нет информации о том, что Тамбиев лично соглашался на услуги адвоката Джафарова, а при допросе ему был предоставлен адвокат по назначению. Следовательно, никакого нарушения нет.

Родственники Тамбиева были возмущены этим ответом: «Как Кемал мог давать согласие и знать о нанятом нами адвокате, если мы даже не знали, где он находится, после того как его увезли из дома? Его избили, пытали, мучили… В таком состоянии он разве мог думать об адвокатах? Он наверняка думал, как выжить».

Во время перерыва родственники продолжили дискуссию с представителем прокуратуры Ибрагимовым, который вертел законом так, как ему было выгодно. На вопрос, почему прокурор выступает защитником следователя, а не надзирает за законностью и, например, не поинтересовался, почему Тамбиев в зале суда с синяком под глазом, Ибрагимов всю ответственность свалил на адвоката по назначению.

Таулан Эбзеев до удаления судьи в совещательную комнату решил заявить сообщение о преступлении, но судья поспешил выйти из зала суда.

Процесс по определению меры пресечения для третьего задержанного – Абубакара Ризванова – прошёл в том же ключе. Единственный успех, которого добились защитники, – это перенос вопроса по определению меры пресечения на два дня для сбора необходимых характеристик.

Пока шло судебное заседание, коллеги и друзья Гаджиева стояли в одиночном пикете

 

Ухмылки

 

18 июня, в день рождения Абдулмумина Гаджиева, судья Далгат Гаджиев заключил его под стражу на два месяца. Сделал он это в закрытом от журналистов заседании.

На закрытии процесса настаивали представитель прокуратуры Магомед Ибрагимов и следователь Шамиль Валимагомедов. Ибрагимов, обосновывая своё ходатайство, заявил, что журналисты незаконно вели прямую трансляцию из зала суда, которая запрещена законом даже отсроченная и после завершения заседания.

Кроме того, представитель прокуратуры считает, что рассматривается вопрос о заключении под стражу лица, подозреваемого в финансировании и участии в терроризме – это преступление против общественной безопасности. По его словам, сторона следствия намерена предоставить дополнительные доказательства, поэтому на частных лиц может быть оказано давление.

Материалы следствия содержат в себе множество нестыковок и сомнительных сведений

Адвокат Ринат Гамидов отметил, что сторона обвинения в ходатайстве не предоставила данные, где и когда проходила прямая трансляция из зала суда. «На прошлом заседании было принято решение разрешить фото- и видеосъёмку, и отменять её в таком порядке невозможно», – пояснил Гамидов.

Адвокат Мурад Магомедов заявил, что, помимо слов прокурора, есть Конституция РФ, где прописаны открытость и гласность во время судебных заседаний. «Прокурор не назвал ни одного обоснования, которое приводится для закрытия судебного заседания. Громкие слова «терроризм и организованная группа» расцениваются нами как давление на суд. Прокурор почему-то забывает о презумпции невиновности. Вина нашего подзащитного не доказана», – сказал Магомедов.

Увидев на лице представителя прокуратуры ухмылку, Мурад Магомедов ему напомнил, что он точно так же ухмылялся на процессе по делу братьев Гасангусейновых, хотя это было несмешное дело. (Напомним, представители силовых структур убили пастухов из Гоор-Хиндах братьев Гасангусейновых в 2016 году и тогда же объявили их террористами. Спустя почти два года дело в отношении Гасангусейновых закрыли и возбудили новое уголовное дело по факту убийства пастухов.)

Следователь Валимагомедов просил суд, чтобы на заседании по Гаджиеву не присутствовали адвокаты других задержанных. Адвокат Эбзеев в ответ попросил судью провести процесс без следователя.

Судья целый час думал в совещательной комнате над тем, какое принять решение. Выйдя оттуда, он почти шёпотом огласил, что процесс пройдёт в закрытом от СМИ режиме…

Тем не менее ход судебного заседания не остался спрятанным от общественности. Журналистам стал известен ход процесса. Адвокаты сообщили СМИ, что предоставили суду 26 положительных характеристик от соседей Гаджиева и публикации, в которых выражено отношение журналиста к терроризму (одна из них – «Сергокалинская трагедия» на 22 стр. «ЧК»). Кроме того, защита считает, что одних показаний задержанного Кемала Тамбиева недостаточно для принятия решения о заключении под стражу Гаджиева. Сторона обвинения представила суду две справки от МВД РД и УФСБ РФ по РД от 17 июня 2019 года, что якобы по оперативным данным Гаджиев намерен скрыться от следствия, и есть информация, что он финансировал терроризм.

 

Речь Абдулмумина Гаджиева

 

Несмотря на то что процесс закрыли, достоянием гласности стала речь Абдулмумина Гаджиева, произнесённая им в суде 18 июня: «Я внимательно слушал обвинение, оно основывается на словах Кемала Тамбиева. Единственное упоминание обо мне с чьих-то слов… Якобы есть некая группа «ВКонтакте», где я являюсь админом, и подписана моим именем. С неё веду сборы. Ответственно заявляю, что никогда не вёл никакие группы в «ВКонтакте». Более того, этой социальной сетью я никогда не пользовался.

В последнее время я привязал свою страницу в «Инстаграме» к соцсети «ВКонтакте», и публикации там дублировались. Это происходило несколько месяцев назад. А в 2013 году я не вёл страницы в «ВКонтакте». Каким образом это стало обоснованием подозрений, непонятно. Зачем меня заключать под стражу? Что я могу сделать плохого дома, со своими детьми и женой? Что я вам сделал?

На прошлом заседании присутствовали мои родители. С самого детства они меня воспитывали так, что я никогда не подносил к своему рту сигарету, не употреблял спиртного и не ругался матом, не участвовал в конфликтах и хулиганских действиях. Учился всегда на отлично.

Выступал на олимпиадах по разным предметам. Становился победителем по олимпиаде по математике. Моя учительница спустя 18 лет приводит меня в пример. Закончил математический факультет ДГУ на отлично, поступил в аспирантуру. Сразу стал работать старшим преподавателем на экономическом факультете.

Преподавал самые сложные дисциплины: экономометрику, экономическое моделирование, высшую математику, информатику и др. Несмотря на низкую зарплату, всегда отказывался от взяток. С 2008 года работаю в самом популярном еженедельнике в Дагестане – газете «Черновик».

Я достаточно открытый человек. Все свои мысли я публикую в соцсетях. Никто из тех, кто знаком со мной лично или по соцсетям, никогда не поверит в эти абсурдные обвинения в терроризме и экстремизме, радикализме. Газета «Черновик» уже подняла ряд публикаций, где я выражаю своё отношение к терроризму и экстремизму.

Я являюсь примерным семьянином, воспитываю четверых сыновей. Младшему сыну 1,5 года. Я ни разу в жизни не совершал ни одного преступления, правонарушения, не осуществлял сборы денежных средств в какие-либо благотворительные фонды. Более того, отговаривал других людей, говорил им, что у нас в Дагестане полно нуждающихся. Единственный фонд, куда я перечислял в своей жизни средства, это фонд «Надежда», который находится в Махачкале, и я знаю его руководителя.

У меня никогда не было проблем с правоохранительными органами. Не состоял на профучёте. Я слышал от тех, кто меня задерживал, и от следователей, что если я невиновен, то передо мной извинятся и отпустят. Передо мной не надо извиняться, я эту ссадину, которую вы мне поставили, вам прощаю.

В шесть часов утра ко мне ворвались вооружённые люди. Толкнули меня на землю, скрутили руки, ногами придавили моё лицо к земле. Разбудили и напугали мою жену и малолетних детей…

Перед моими детьми говорили, какой я плохой и какими опасными преступлениями за их спиной занимаюсь. Всё это я вам прощаю. Извиняться передо мной не надо. Если вся ваша доказательная база сводится к тому, чтобы привезти из Москвы Тамбиева, о котором я никогда в жизни не слышал, не видел и который сделал репост какого-то благотворительного фонда...

Тогда ИГИЛ (запрещённая в РФ организация) ещё в проекте не было. Тамбиева избили, пытали, чтобы он дал показания против меня. Об этом он заявил суду. Следователи не постеснялись привезти его с синяком под глазом. Если это все ваши доказательства, я прошу следствие больше не выдумывать никаких доказательств вины, которых не существует. И прошу освободить меня из-под стражи. Благодарю всех адвокатов, юристов, журналистов, всех кто замолвил обо мне слово и не поверил в мою виновность».

 

Случайно вышло…

 

Процесс по Кемалу Тамбиеву судья Далгат Гаджиев также закрыл, а по Абубакару Ризванову оставил в открытом режиме.

Защита Тамбиева сообщила, что пятеро парламентариев Карачаево-Черкесии – вице-спикер НС КЧР Руслан Хабов, а также депутаты – Ахмат Эбзеев, Ильяс Эркенов, Ренат Акабев и Руслан Гербеков – направили судье заявление, в котором просят не лишать свободы Кемала Тамбиева. Депутаты охарактеризовали его с положительной стороны, отметив, что он выпускник МГТУ им. Баумана, программист и предприниматель, победитель многочисленных региональных и федеральных конкурсов, в том числе занял второе место в конкурсе «Молодой предприниматель России». Также к материалам дела были приобщены грамоты и положительные характеристики на Тамбиева, в том числе от имама населённого пункта, где проживал подозреваемый.

Адвокат Эбзеев в очередной раз сделал заявление о совершении преступления в отношении Кемала Тамбиева – про то, что он под пытками дал показания на Гаджиева, при этом он не знал, что подписывает и какие фамилии фигурируют в протоколе допроса. Защитник ходатайствовал о выделении заявления о сообщении о преступлении из материалов дела и направлении их в СУ СКР по РД. Судья ходатайство удовлетворил.

По словам адвоката, после заседания, прошедшего 16 июня, когда все увидели на лице Тамбиева синяки и ссадины, на него продолжили оказывать давление. Адвокату известно, что к Тамбиеву в камеру пришёл сотрудник правоохранительных органов и требовал написать заявление, что кровоподтёки под глазами – это результат случайного падения. Сам Тамбиев заявил, что у него болят рёбра.

Родственники Тамбиева обеспокоены состоянием его здоровья и настаивают на медицинском обследовании внешних и внутренних органов, но адвокатам отказали в проведении медэкспертизы. По словам супруги Тамбиева, Лауры Курджиевой, её супругу произвели медобследование 19 июня, но о результатах ещё не известно.

 

Речь Абубакара Ризванова

 

Заключённый под стражу на два месяца Абубакар Ризванов заявил 18 июня в Советском районном суде, что подозрения в финансировании терроризма необоснованны и абсурдны, так как благотворительный фонд «Ансар» вёл свою деятельность до появления «ИГ» и до того как эта террористическая организация стала запрещённой.

Абубакар Ризванов не позволил следствию превратить его в основного свидетеля. Он обличал сам

Напомним, Абубакар Ризванов был руководителем благотворительного фонда «Ансар». В 2015 году его осудили на 3,5 года за незаконное хранение наркотиков и оружия, а в 2018 году он вышел на свободу. По признанию Ризванова, с 2013 года спецслужбы неоднократно проверяли деятельность благотворительного фонда (и до и после закрытия), но не нашли ничего незаконного и преступного. Вся документация фонда до сих пор находится у спецслужб.

«Мне хотелось бы, чтобы на месте следователя Валимагомедова сейчас был следователь Телевов, который мне знаком с 2013 года. У меня к нему были вопросы, в том числе по моему обвинению. С момента создания «Ансара» деятельность фонда была публичной в связи с тем, что Исраил Ахмеднабиев (Абу Умар Саситлинский – «ЧК») свою деятельность выкладывал в Интернет. Это привлекало, конечно, внимание правоохранительных органов и спецслужб. Их интересовало, куда идут деньги. По этим фактам ранее многократно и с участием следователя Телевова проводились обыски по месту нахождения офиса фонда «Ансар» и месту жительства Ахмеднабиева, когда он жил в Дагестане. Проверялись банковские счета, изымались банковские карточки, а потом возвращались неоднократно. Следственные мероприятия проводились сотрудниками ЦПЭ также в отношении Карима Алиева. В 2014 году спецслужбы и следственные органы не нашли никаких доводов и доказательств того, что собранные деньги благотворительным фондом перечислялись террористической организации, которой на тот момент не существовало», – рассказал Ризванов.

По словам подозреваемого, после того как Саситлинский уехал из Дагестана, было принято решение о закрытии фонда «Ансар». После этого в июне 2014 года проходили обыски в фонде, изымалась вновь вся документация и до сих пор находится у следственных органов. «Возникает вопрос: а где вы до сих пор были? Привезли какого-то непонятного парня из Москвы, который никогда в жизни ни меня, ни Ахмеднабиева, ни Алиева, ни других фигурантов не видел. Избили его, следы побоев есть на лице. И он даёт показания, что якобы знал со слов третьих лиц, что мы организовали в 2013 году фонд «Ансар» для поддержки террористической организации, которой на тот момент вообще не было. Сама эта ситуация абсурдна. Уже три месяца прошло, как фонд прекратил свою деятельность и появилась запрещённая террористическая организация ИГИЛ. Получается, состава преступления на момент деятельности фонда не было. Я на протяжении 3,5 лет находился в СИЗО. Почему с 2015 года я не допрашивался по этому факту? Прошу суд обратить внимание: преступление не может быть совершено до того, как оно признано преступлением», – обратился Абубакар Ризванов к судье Далгату Гаджиеву.

Ризванов рассказал, что фонд «Мухаджир» Ахмеднабиев организовал в Турции и в Дагестане никакой деятельности не вёл, а фонд «Амана» действовал в Москве. «Фонды непонятным образом привязали, но мы друг друга не знаем. Абдулмумина я знаю как публичного человека, так как он журналист, может быть, встречались на некоторых мероприятиях, а Тамбиева вообще никогда не видел», – добавил подозреваемый.

Ризванов признался, что в 2015 году ему в райотделе подкинули наркотики и оружие и говорили, что он вёл противоправную деятельность, но не смогли его поймать с Ахмеднабиевым, а значит за это буду сажать.

«Почему пока вы будете искать других фигурантов, и на это уйдет год или полтора года, мы – задержанные, которые не являемся преступниками, – должны сидеть в СИЗО и ждать пока следствие найдёт доводы и доказательства? Вы предлагаете сначала нас посадить, а потом искать доказательства. Почему наши семьи должны страдать? Вы об этом подумайте... Нет никаких оснований. Если бы они были, то пять лет назад возбудили бы уголовное дело. Они пытаются морально задавить меня», – отметил Ризванов, попросив отпустить его или отправить под домашний арест.

Затем он обратился к следователю Шамилю Валимагомедову и прокурору Магомеду Ибрагимову: «Почему мы ждём, пока кто-то с Москвы придёт и научит нас, наведёт у нас порядок? Нет, порядок надо наводить нам самим. Вы, прокурор, не только как обвинитель, ваша задача заключается и в охране свобод и прав человек, надзор за соблюдением законности. Мы должны понимать, что живём в одном обществе, если так поступать с людьми, как поступают, завтра коснётся и вас. И такие примеры на протяжении 3,5 лет я видел. Когда следователей также по надуманным преступлениям сажали, и они ничего не могли сделать».

Но бумерангом истории ни сторону обвинения, ни суд было не запугать. Судья Далгат Гаджиев принял решение отправить Ризванова под арест.

 

Я/Мы Абдулмумин Гаджиев

 

Как в воскресение, 16 июня, так и во вторник, 18 июня, журналисты различных изданий («Коммерсантъ», «Новое дело», «Молодёжь Дагестана», «Кавказский узел», «Кавказ реалии», РИА «Дербент» и РИА «Дагестан»), друзья и близкие Абдулмумина Гаджиева, собравшись у здания Советского районного суда Махачкалы, проводили одиночные пикеты. Сменяя друг друга, пикетчики поднимали плакаты, где было написано «Я/Мы Абдулмумин Гаджиев», «Свободу Абдулмумину Гаджиеву», «#Иван Голунов, #братья Гасангусейновы, #Абдулмумин Гаджиев, #Кто следующий?» и другие. В воскресенье пришли примерно 50 человек. Но уже во вторник, 18 июня, к зданию суда пришли примерно 200 человек…

Поддержать Гаджиева пришли и просто неравнодушные люди. Например, жительница Кизилюрта, узнав о происходящем из Интернета, приехала на пикет в Махачкалу вместе сыном. Проезжающие мимо машины в знак поддержки сигналили толпе, выкрикивая фразы «мы с вами» и «свободу Абдулмумину».

Многие выступили на пикете с речью в защиту Гаджиева. Руководитель Дагестанского отделения Гильдии межэтнической журналистики и главный редактор газеты «Новое дело» Гаджимурад Сагитов заявил, что Абдулмумин Гаджиев всегда осуждал терроризм.

«Он действительно, с точки зрения ислама, доступным языком и адресно объяснил тем людям, до которых это должно было дойти, что подобное – это преступление. Он подвергал риску свою жизнь в борьбе с терроризмом, а сегодня его обвиняют в этом. Другой момент, на который каждый должен обратить внимание – это то, что любой из нас, кто сегодня просто решит по видеоролику где-то в социальных сетях помочь людям, может оказаться за решёткой. Сегодня Абдулмумин, завтра – любой из нас. Жена, ребёнок, племянник, любой. Поэтому мы требуем, чтобы всё было прозрачно, чтобы законы были соблюдены, чтобы государство не ждало момента, пока кто-нибудь споткнётся или совершит ошибку. Мы требуем освобождения Абдулмумина», – сказал Сагитов.

Выступил и бывший пресс-секретарь мечети, расположенной на ул. Венгерских бойцов Махачкалы, Магомед Магомедов. Он в 2016 году был задержан, после того как в его машине нашли оружие и наркотики. В отношении него было возбуждено уголовное дело по статьям 222 и 228 УК РФ, а уже на следующий день его внесли в список профучётных как «экстремист». В том же году Магомедов  добился своего снятия с учёта.

«Несправедливость побеждает только тогда, когда люди безразличны. Он невиновен, и мы все это знаем. Мы должны понимать гражданскую ответственность. Если сегодня мы это оставим просто так, то завтра придут за нами, как пришли за мной и как приходили за многими другими. Не думайте, что вас это не коснётся», – высказался Магомедов.

Примерно через два часа после начала пикета к толпе людей под видом обычного прохожего подошёл мужчина. Он стал расспрашивать о причинах мероприятия и всяческими способами пытался выяснить подробности дела. На вопрос экс-главреда «Молодёжь Дагестана» Шамиля Абашилова, которому поступила информация, что это сотрудник ЦПЭ МВД, он ответил, что у него есть общие знакомые с задержанным и он пришёл его поддержать. Однако, когда Абашилов попросил его, в таком случае, подержать плакат, растерялся и отказался это делать. Он продолжал следить за происходящим и ушёл только после того, как судья Далгат Гаджиев принял решение о заключении под стражу на два месяца Абдулмумина Гаджиева…

Адвокаты, после того как Далгат Гаджиев отправил под арест Абдулмумина Гаджиева, собрались перед пикетчиками и провели импровизированную пресс-конференцию. На ней они сообщили о том, что никакой содержательности материалы обвинения не имеют, что оснований заключать под стражу на время следствия у суда не было и что они намерены обжаловать принятое решение.

 

Ложь и детали…

 

Попробуем разобраться в деталях. Следственные органы заявляют, что Гаджиев совместно с Тамбиевым и Ризвановым занимался организацией финансирования терроризма, а также участвовал в деятельности террористической организации. Следствие особо подчёркивает, что Гаджиев, как и другие подозреваемые, делал это, как говорится в постановлении о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству от 13 июня 2019 года, «в целях распространения идей исламского экстремизма и продолжения деятельности организации “Исламское государство”».

Ещё шёл допрос Абдулмумина Гаджиева, как в СМИ через «Интерфакс-Юг» была распространена информация о том, что на Гаджиева и Тамбиева удалось выйти благодаря разработке Абубакара Ризванова. Это ложь.

Агентство приводит слова анонимного и, как заявляет, информированного источника из силового блока о том, что Ризванов возглавлял благотворительный фонд «Ансар», осуществлявший сбор денег и пересылавший их боевикам.

«За это Ризванов был приговорён к трём годам заключения в колонии, освободился в сентябре 2018 года. На воле он возобновил свою преступную деятельность, и в ходе его разработки правоохранительным органам удалось выйти на Гаджиева и Тамбиева», – сказал собеседник агентства. Этот же собеседник уточняет, что Ризванов, возглавляя фонд «Ансар», который уже закрыт, перечислял собранные деньги Абу Умару Саситлинскому.

«Последний под прикрытием реализации общественных проектов в африканских странах помогает террористам в Сирии. Ахмеднабиев скрывается за границей от российского правосудия», – сообщил агентству их источник.

Отметим, что сообщать подобного рода информацию информационным агентствам «под источник» – это рядовая практика пресс-служб силовых структур Дагестана (МВД по РД, УФСБ по РД и СУ СКР по РД). К такого рода информированию СМИ они прибегают только тогда, когда не желают, чтобы их ведомство или их фамилия светились в сомнительных информационных поводах. Или когда информация, которую они предоставляют, может быть не совсем правдивой…

А сомнительной слитую «Интерфакс-Югу» информацию можно назвать смело, так как в 2013 году Ризванов действительно был осуждён, но… за оружие и наркотики. Об этом указано в приговоре Ризванова, а также в протоколе допроса от 14 июня 2019 года.

Ещё в 2018 году Абубакар Ризванов писал в открытом письме на имя главы РД Владимира Васильева (см. «ЧК» №4 от 02.02.2018 г.), как в 2015 году в его автомобиль, в котором он ехал вместе с родителями и племянницей, были подброшены наркотики и боеприпасы. Он три с половиной года провёл в СИЗО-1 Махачкалы и после приговора от 20.09.2018 года, вынесенного Советским районным судом Махачкалы, с судимостью вернулся домой.

Пока он находился под следствием, он неоднократно писал в надзорные органы, а также органы следствия и дознания жалобы о том, что доказательства его вины сфальсифицированы, а органы власти, по сути, отказываются рассматривать его заявления.

 «В ходе судебного разбирательства оказалось, что понятой Мирзоев Магомед Алиасхабович, участвовавший в обыске автомобиля 25.03.15 г., проходит понятым более чем в 10 следственных мероприятиях с сотрудниками ОУР ОП по Советскому району г. Махачкалы, в ходе которых каждый раз обнаруживались наркотическое средство «спайс» весом 0,28 грамма, граната и боеприпасы. На суде он отрицал факты своего участия понятым по другим уголовным делам», – писал в открытом письме Ризванов. Отметим, что это обстоятельство роднит его дело с делом того же Голунова. Напомним, что по данному делу Генпрокуратура назначила проверку по понятым и закупщикам по наркотическим статьям.

Ризванов не скрывает, что был соучредителем фонда «Ансар». Что в числе учредителей были Саситлинский и Карим Алиев. Что до 2014 года участвовал в работе фонда лишь номинально, предоставляя свою банковскую карточку для перечислений пожертвований на медресе и другие незапрещённые проекты. Кроме того, как заявляют его близкие, в 2015 году подброс Абубакару Ризванову наркотиков и оружия был связан с тем, что… проверка силовиками в те годы деятельности «Ансар» ни к чему не привела: вся документация была в порядке, а каких-либо доказательств или информации, объективно подтверждающей сбор Ризвановым средств на нужды боевиков, не оказалось. А посадить, как видно, очень хотелось…

В своих нынешних показаниях Ризванов рассказывает, как Ахмеднабиев собирал средства для помощи сиротам, а также беженцам в годы начала военных действий в Сирии. Отметим, что правоохранительная система за это его пытается привлечь. Но… обратимся к интервью, которое Абу Умар Саситлинский дал «Черновику» в 2013 году. Вот фрагмент:

«…Мы (фонд «Ансар» «ЧК») объявили о сборах в мечетях, и сборы пошли. Даже из сёл, например, Гимры, Юждага. Порой приходило по 50, 100 тысяч рублей в день.

– А Джума-мечеть или официальное духовенство участвовали?

– Да, около 700 тысяч рублей собрали в Джума-мечети. Имам Мухаммад-Расул Саадуев был в умре, он позвонил, поручил фонду «Инсан», чтобы они поучаствовали, и практически за один день они собрали около 700 тысяч рублей и передали нам. Причём обещали и в дальнейшем с нами сотрудничать в этой сфере».

Странно, не правда ли? В деятельности фонда участвовали многие, искренне считали его легальным, а к ответственности привлекаются строго определённые лица…

Отметим, что уже в суде при определении меры пресечения Абдулмумину Гаджиеву следствие ссылалось на то, что показания на его причастность к преступной деятельности дал Кемал Тамбиев, что и послужило причиной к задержанию журналиста. Это тоже ложь.

Гаджиев и Тамбиев были задержаны одновременно. Но… Гаджиев был задержан в 10:15 мск и допрошен в качестве подозреваемого в  11:30 мск, а Тамбиев был допрошен в 20:45 мск.

Отметим, что показания Тамбиева вызывают сомнения. В силу хотя бы того что он заявил, что дал их под принуждением. Кроме того, в самих показаниях нет прямого указания на Гаджиева, а также на сам механизм преступления. Единственное, что говорит Тамбиев – это то, что он знает неких лиц (Ровшана Алиева), которые заявляют, что считают Абдулмумина Гаджиева администратором неких групп в соцсети «ВКонтакте», которые занимались сбором средств для боевиков. На то, что Тамбиев очень сильно плавает в показаниях, указывает хотя бы то, что он сказал следствию, будто бы руководителем исламского издательства Hudamedia среди прочих является и… Гаджиев. Крайне сомнительное заявление, так как Hudamedia – издательство, известное в республике активным вниманием со стороны силовиков. В числе его руководителей был, в частности, Абубакар Ризванов.

Возможно, следствие, настаивая на Гаджиеве, перепутало его с Ризвановым и вложило в уста Тамбиева то, что он не должен был подтвердить на допросе…

 

P. S. Мы намерены продолжать в следующих номерах освещать ситуацию с уголовным преследованием нашего коллеги Абдулмумина Гаджиева и добиваться его освобождения. Считаем нынешние его злоключения актом преследования не только самого Гаджиева, как эксперта в области исламского экономического права и лидера общественного мнения в молодёжных исламских кругах, но и самой газеты «Черновик».

Мы считаем, что преследование людей по обвинению в финансировании терроризма требует вмешательства властей всех уровней, так как под эти статьи уголовного кодекса можно втянуть любое количество людей, в том числе абсолютно невиновных. Участие в терроре должно подтверждаться не выдумками следствия или запуганных «свидетелей», а объективными доказательствами. ]§[


Заявление газеты «Черновик»

 

Абдулмумину Гаджиеву пытаются вменить абсурдное обвинение: финансирование экстремизма. Чтобы было понятно широкому кругу читателей, знающему о Дагестане только из выпусков новостей, объясним, что такое на Северном Кавказе обвинение в финансировании терроризма.

Это примерно то же самое, что и подбрасывание наркотиков журналисту «Медузы» Ивану Голунову в Москве. Если человека надо посадить и если он хоть немного причастен к религиозной деятельности, то... основание всегда можно найти.

Абдулмумин Гаджиев – один из старейших сотрудников «Черновика», а его статьи религиозной тематики всегда находили позитивный отклик у читателей и широко обсуждались.

В то же время Гаджиев прекрасно знает, что отдельные представители силовых структур ищут любой повод зацепить его и постараться... закрыть.

Само обвинение в финансировании Гаджиевым терроризма абсурдно. А заявление силовиков, что «Гаджиева подозревают в перечислении денег на счета Абу Умара Саситлинского», абсурдно вдвойне.

Гаджиев не имел с ним контактов. Практически никаких. Сам Саситлинский, в своё время покинувший страну, уже давно смеётся над нелепостью обвинений в свой адрес. В своих интервью и соцсетях он рассказывал, как шерлокхолмсы из спецслужб умудрились обвинить его в финансировании двух конфликтующих между собой террористических организаций.

P. S. Редакция газеты «Черновик» намерена добиваться разъяснения от следственных и других правоохранительных органов причин задержания нашего журналиста. Мы будем требовать снять с Гаджиева все абсурдные обвинения и требовать привлечь к ответственности тех, кто откровенно выдумывает обвинения и формирует пустые уголовные дела, ломающие людям судьбы.

Комментарии:

Не вepиться, но чтo бы нaкaчатьcя и похудеть не нужно ходить в кaчaлку или жрать химию. Oпpобовал личнo и результaт удивил: за двe недeли убpал пузo и cкинул паpу кило, а жена накачала попу и убрaлa в талии пару caнтимeтpов и этo все без cпoрта, диeт и химии!Реальнo кpутaя штука, а вычитал о нeй здecь ---- http://7.ly/moitelo

Этому прокурору ухмылку надо убрать кулаком по морде.

Все люди в стране не могут знать все законы, как специалисты. Кого бы ни задержали в Дагестане, в СМИ появляется информация, что ворвались люди в форме (так врывались фашисты во время ВОВ в дома жителей нашей страны во время акупации), скрутили "виноватого", напугали детей, жену, родителей и т.д. Человек, условно говоря, работал до сегодняшнего вечера, а рано утром целая армия людей задерживает этого же человека с самого утра, поставив на уши внезапностью своего появления, всю семью. Нельзя зайти одному человеку в дом, а другим - стоять у дверей, на улице, и попросить его проехать с ними в отделение или куда-то там еще. Адвоката не пускают потом. Если адвокат не имеет право встречаться с задержанным, объясните всем людям, что согласно такому закону он не имеет право встречаться. А то такое чувство, мы находимся в заложниках каких-то "пришлых" людей, которые творят чего хотят. Все кто осуществляет все это - они же наши люди, родились и выросли среди нас, на свадьбы и похороны ходят вместе с нами. Но почему свою "работу" они делают так, что на всех наводят страх, все их ненавидят, проклинают, боятся. Надо везде информировать население о методах работы таких людей, чтобы народ знал куда и кому жаловаться, если кто-то переходит черту во время "спецопераций". Все люди смертны. Кто какой смертью умрет никто не знает кроме Всевышнего. А зачем, пользуясь своим служебным положением нагнетать на всех страх. Дети, отцов которых задержали таким способом, вырастут с любовью к такой власти?
Родители до конца своих дней не будут проклинать таких, которые такими методами "наводят порядок"?
Действия таких служб должны проходить в рамках ЗАКОНА, чтобы каждый человек видел, что нарушать закон нельзя. А такими действиями такие службы наоборот вызывают недовольства среди народа и ненависть к власти.

На видео при задержании АбдулМуъмин ввел себя спокойно и с достоинством, это вызывает уважение.
Хотя к нему спокойно могли прийти пару участковых и попросить пройти в отдел, но нет же, надо ворваться в дом 6 часов утра с животными криками и вооруженными в масках, чтобы напугать детей, морально сломать и унизить человека. Но у вас ни чего не вышло олухи в масках, свою крутость следующий раз покажите где нибудь на ферме, курам на смех.