Тысяча предпринимателей важнее

 

В начале июня 2012 года была утверждена республиканская программа поддержки малого и среднего предпринимательства в республике Дагестан. Согласно имеющимся в ней данным по финансовой составляющей программы, на поддержку малого и среднего предпринимательства РД на 2012–2015 годы из республиканского и федерального бюджетов планируется выделить более 7 млрд 90 млн рублей.

Цели программы на указанный срок: увеличение числа малых и средних предприятий на 6 500 единиц; увеличение объёмов налоговых поступлений в консолидированный бюджет республики до 4 млрд 520 млн рублей; повышение доли занятых на малых и средних предприятиях; рост оборота малых и средних предприятий до 190 млрд рублей. В рамках прошлой программы на 2009–2011 годы, согласно отчётам, было выделено большое количество различных грантов на развитие предпринимательства – только за 2009–2010 годы было выдано около тысячи. Как следует из отчётов, основным направлением выбрано развитие инновационного предпринимательства. Таким образом, на бумаге Дагестан полностью соответствует региону с быстроразвивающимся малым и средним бизнесом, однако на деле ситуация выглядит несколько иначе.

 

Пчелиный барьер

 

Иначе она выглядит для тех, кто взялся за уникальные проекты, не имея за собой влиятельной поддержки, на свой страх и риск. Избирательность господдержки ощутил на себе пчеловод Шамиль Магомедов, в чьих планах с далёкого 2003 года было создание системы промышленного пчеловодства в Дагестане (проект «Возрождение высокогорного пчеловодства»). Однако ОАО «Большой Кавказ», директором которого Магомедов является с 2003 года, в течение многих лет не сумело пробить себе никакой государственной поддержки. По словам предпринимателя, существующие программы по развитию малого и среднего бизнеса работают избирательно, потому как большинство чиновников, которых за 10 лет он повидал, попросту не понимают ценности и значимости проводимой им  работы. Ни с точки зрения заявленного в их программе увеличения налоговых поступлений, ни появления новых рабочих мест, ни с какой другой. Результатом такого равнодушия со стороны республиканских властей стало оформление бизнесменом крупного кредита в Россельхозбанке в 2009 году. На эти деньги были приобретены первые пчелопакеты в количестве 220 штук, которые и должны были стать началом реализации проекта. Однако из-за засухи в 2010 году пчёлы вымерли, оставив бизнесмена без какой-либо выручки и с огромным долгом по кредиту, который банк теперь требует через суд. Против Магомедова возбуждено уголовное дело по ст. 159, ч. 4 УК РФ (мошенничество), несмотря на то что он исправно выплачивал кредит до форс-мажора (к августу 2010 года из кредита в 3,5 млн рублей банку было выплачено около 300 тысяч).

Показательна ситуация и с другим пчеловодом, Шамилём Гаджирамазановым. Он также планировал развитие промышленного пчеловодства в республике. Обратившись за помощью в Комитет поддержки малого и среднего предпринимательства, бизнесмен получил лишь моральную поддержку и обещание содействовать его начинаниям. Заключив уже на свои деньги контракт на поставку 2000 пчелопакетов из Украины в мае прошлого года, Шамиль столкнулся с традиционной для Дагестана проблемой – перевозка груза через таможню.

«На украинской и российской таможне, ко мне отнеслись с пониманием – всё-таки живой груз, застаиваться он  не должен, кормовых запасов для пчёл было всего на 10–12 дней. И только после попытки провезти пчёл через дербентскую таможню у меня начались серьёзные проблемы: сначала с меня потребовали завышенную пошлину (21 тысячу рублей вместо положенных шести тысяч – «ЧК»). я её уплатил, затем долго не принимали мой груз, а когда приняли, долго не выпускали. Я пытался объяснить, что это живой груз, пчёлы могут умереть (прокорма оставалось на два дня), на что мне ответили: здесь лошади ценой в миллион долларов подыхали, и ничего. Незнакомец на таможне, видя мои нервы, сказал: зря надрываешься, без взятки не выпустят», – сетует Шамиль.

В итоге первая партия пчёл, перевезённая предпринимателем, погибла, и контракт с украинскими поставщиками был сорван. Отличительной особенностью этого случая (от предыдущего) являлось не только равнодушие со стороны компетентных структур на начальном этапе, оставившее предпринимателя один на один с кредитными проблемами, но и реальное вредительство со стороны тех, кто олицетворяет эту власть. На сегодня и Магомедов, и Гаджирамазанов уже подумывают о том, чтобы, разобравшись со своими проблемами здесь, открыть свой бизнес за пределами республики, возможно, и в другой стране.

Хлебные проекты

 

Но нечистые на руку гаранты конституции, как показывают практика, не ограничиваются обычным требованием отката с предпринимателя. Часто некоторые из государственных муниципальных чиновников принимают участие в мошеннических схемах, главной целью которых, образно выражаясь, является кидание бизнесменов.

Третий за неделю предприниматель, посетивший редакцию «ЧК», столкнулся с чем-то подобным. Речь идёт о президенте холдинга «Изобилие» Нурмагомеде Газимагомедове, планировавшем создать по всему Дагестану сеть пекарен, которые, как он уверен, позволили бы снизить стоимость хлеба до 13–15 рублей. На начальном этапе всё шло хорошо – Газимагомедов запустил пробный вариант проекта с пекарнями в посёлке Красноармейском и Талгах, затем получил разрешение администрации города Махачкалы на реализацию своего проекта в столице. Однако по мере расширения географии в работу начали включаться третьи лица. Как считает сам предприниматель, кому-то могло просто не понравиться то, что на такой монополизированной территории как хлебная продукция появился игрок-конкурент, перетягивающий к себе уже привыкшего к высоким ценам клиента. Проблемы усилились тогда, когда пришло время реализовывать проект на территории Бабаюртовского района. Принявший его на ура глава района Адильхан Ганакаев также обещал повсеместную поддержку в реализации проекта. В дальнейшем он, по словам самого Газимагомедова, вступил в сговор с Багаутдином Рахматуллаевым и Хаджимурадом Абакаровым – людьми, которых сам Газимагомедов привлёк для распространения своего проекта на территории района. Абакаров брал на себя обязательства по приобретению необходимого количества печей (250 штук) в Ставрополе, забрал со складов холдинга «Изобилие» 8 200 мешков сахара, реализация которых и должна была принести необходимые на печи деньги, а затем скрылся, оставив предпринимателя без печей и денег. В результате махинации проект «Изобилие» через какое-то время обанкротился, и предприниматель подал на мошенников в суд. Обещавшая помочь в любых проблемных ситуациях администрация города Махачкалы самоустранилась и в судебные тяжбы Газимагомедова с мошенниками не вмешалась. Как считает бизнесмен, возможно, в отстранении городской администрации от дел «Изобилия» большую роль могла сыграть личная просьба Рахматуллаева. Как бы то ни было, на сегодня предприниматель – банкрот. Но продолжает судиться с фигурантами дела.

 

Кредит доверия

 

Ситуация с прямым вмешательством муниципалов в дела предпринимателей, отстранённость власти от проблем малого и среднего бизнеса, отсутствие стратегического видения перспектив поднятия Дагестана со стороны отдельных представителей властных структур, их желание получить сиюминутную личную выгоду наносят непоправимый удар по имиджу любого главы республики, с какими бы лозунгами он ни приходил к власти. Если предыдущая президентская команда открыто уповала во всех своих начинаниях на свои олигархические завязки, то Рамазан Абдулатипов после своего назначения на должность врио президента республики  заявил, что для него важнее тысяча мелких предпринимателей, чем 3–4 олигарха. Слова, которые вселили чувство уверенности в завтрашнем дне всем посетителям нашей редакции и многим предпринимателям по всей республике, теперь нуждаются в подкреплении делами. Ведь сегодня каждый из попавших в беду бизнесменов – это своеобразный поднесённый на блюдечке пул единомышленников, обеспечивающий кредит доверия новой власти. Но этот кредит можно легко растерять, если изменить ничего не удастся. Удивительно то, насколько единогласны были совершенно разные люди, занимавшиеся каждый своим делом. От власти они требовали лишь одного – если не получается помочь, то хотя бы не мешать.

Номер газеты