Мы не молчим

Кира Машрикова
Дата: 
21 Июн 2019
Номер газеты: 

Я не самая плохая мама, но вчера чувствовала себя самой плохой. У меня не было ни праздничного настроения, ни желания веселиться в день рождения единственной дочери.

Нет, я не пошла в суд и уехала, оставшись на связи с нашими журналистами, в село. Надувать шары, чистить бассейн, украшать дом и готовить.

Я накрывала, встречала гостей с улыбкой и смеялась с ними – всё как обычно. Но как­то неискренне. Непривычно для меня, честной со своими эмоциями что ли, потому что в голове было не задувание свечек с песней. А другое.

В голове мистически появившийся после задержания синяк Тамбиева (свидетель, давший показания против Абдулмумина) и его измученный вид.

Сам Абдулмумин, который рассказал, что, оказавшись с задержанными в клетке, спросил, кто из них Тамбиев. И тот извинился. И сказал, что дал под пытками свои показания. И что Мумин ответил ему, что не имеет претензий, потому что: «...Я вижу, в каком ты состоянии...»

В голове следователь, говорящий спиной к камерам и шёпотом…

Жена Абдулмумина, просившая пришедших забрать её мужа тем утром, не подкидывать им ничего…

Их плачущие дети. Напуганные при виде дядь масках, забирающих папу… Когда в следующий раз они его увидят? В каких условиях?

И ты снимаешь веселящихся деток на камеру, обнимаешь ребёнка крепче обычного и думаешь: «Прости, малышка, я знаю, что мир должны спасать мужчины. Знаю, что задача мам – думать о своих детях и о том, что приготовить на ужин. Знаю, малышка. Но у него тоже малыши. Их четверо, дочка. Младшему полтора. И он невиновен, мамина, невиновен».

 

***

Когда забирают салафитов, мы молчим. И говорим, что дыма без огня не бывает. Когда убивают суфиев (Гасангусейновы), мы молчим. И говорим, что это ошибка. Когда придут за нами, за светскими, говорить будет некому.

При всём уважении к достойным людям в полиции и службах, к их труду, ежедневному риску и приносимой обществу пользе, нет в России профессии без изъянов.

Нет системы чистой.

Ни той, что служит народу.

Ни той, что служит Богу.

Мы пешки в этой большой игре и всё, что можем – протянуть руку помощи тем, кому верим. ]§[