Ключ от проблемы

Конец прошлой и начало этой недели выдались чрезвычайно богатыми на события в республике. Если очередное послание Рамазана Абдулатипова Народному собранию 1 февраля всколыхнуло лишь политический истеблишмент, то безусловным мотором общественного мнения стал прошедший в тот же день в Хасавюрте многотысячный марш недовольных закрытием «Северной» (салафитской) мечети. В эти же дни глава Чечни Рамзан Кадыров выступил с революционно-жёсткой речью, адресованной салафитам (в том числе и дагестанским), чьи слова могут быть расценены как призыв к реальным действиям. Все эти события грозят серьёзным «сейсмическим сдвигом» и без того в непростом сосуществовании различных конфессиональных слоёв.   

Всё началось с банального и ставшего уже традиционным рейда сотрудников полиции в пригородный посёлок Шамхал. Очевидцы наблюдали, как до Джума-намаза (пятничной коллективной полуденной молитвы) местную мечеть окружили примерно 7–10 полицейских машин. Сотрудники ОМВД Кировского района Махачкалы заблокировали здание, не пуская в него прихожан. «В самой мечети было мало людей, человек пять, и нам полицейские не дали провести пятничный намаз… Они сказали, что есть указание сверху закрыть мечеть, пока во главе мечети не будет человек от муфтията Дагестана», – передали очевидцы.

Уже через два дня (31 января) в Хасавюрте сотрудники полиции блокировали салафитскую мечеть в микрорайоне «Северный». Выгнав из неё прихожан, они встали кольцом и не пускали никого до тех пор, пока двери в мечеть не были заварены прочным швом.

 

Хасавюрт

 

Официальной причиной закрытия мечети силовики назвали отсутствие необходимой документации на осуществление деятельности данным религиозным учреждением. Все же заявления о том, что документация наличествует, отметались.

Закрытие «северной» мечети в Хасавюрте восприняли очень остро. На следующий день ближе к полуденному намазу толпы прихожан-салафитов стекались к «восточной» мечети этого города. Там председатель Совета имамов Хасавюрта Магомеднаби Магомедов выступил с обращением к собравшимся. Он заявил, что вопрос, связанный с закрытием мечети, принципиальный и касается всех прихожан.

«Мы являемся хозяевами этих мечетей! Мы не террористы, которые убивают людей по беспределу, как нас обвиняют! Мы не нарушаем чужих прав, мы не захватываем чужие мечети, мечети, которые строили другие джамааты!» – сказал Магомедов. Там же он высказался и по задержанному относительно недавно имаму «северной» мечети  Ильясу Тавалаеву, которому, по мнению прихожан, силовые структуры подбросили гранатомёт. Магомеднаби Магомедов подчеркнул, что сразу же, как стало известно о претензиях силовиков к имаму «северной» мечети, он освободил Тавалаева от должности и назначил в «северной» мечети имамом иное лицо.

Претензии властей к мечети, сообщающих, что на неё нет документов, Магомедов отвергает. Он утверждает, что представители властных органов специально ищут всякие мелкие основания, чтобы закрыть религиозное заведение.

«Пока мы живы, тут  не будет ширка!.. Мы сейчас отправим в администрацию города наших представителей, которые потребуют вернуть ключи от мечети, чтобы мы уже сегодня могли совершить в ней молитву!..» – сказал Магомедов. Тут же было принято решение не откладывать шествие на потом, а идти всем и сразу. Несколько тысяч человек (по разным оценкам, от 5 до 8 тысяч человек) стройными рядами пошли к зданию администрации Хасавюрта. Такого хода власти города и силовые структуры явно не ожидали. К зданию в оперативном порядке были стянуты бронированные «Уралы», подкрепление, но… расчёт на то, что салафиты будут устраивать массовые беспорядки, не оправдался.

Многотысячная толпа аккуратно встала перед административным зданием, а внутрь прошли делегаты, которых возглавлял Магомеднаби Магомедов. Как отмечали источники «Черновика» в администрации Хасавюрта, собравшиеся у здания люди вели себя мирно, не допуская каких-либо провокационных выкриков или же действий, призывающих к неповиновению.

Так как главы Хасавюрта Зайнутдина Окмазова в тот момент на работе не было (он находился в Махачкале, где присутствовал на оглашении Послания Главы РД республиканскому Народному собранию), то встреча затянулась, и делегаты беседовали с первым заместителем главы города. Прибыв на работу, Окмазов тут же созвал совещание, на котором присутствовали все заместители главы города, а также руководители всех силовых структур Хасавюрта. Начался откровенный разговор, завершившийся взаимным признанием неправоты: одна часть признала, что закрытие мечети было ошибкой, а другая – что провела масштабную акцию протеста.

Выяснилось, что в ходе расследования уголовного дела в отношении экс-имама «северной» мечети Ильяса Тавалаева силовики внимательно изучили имеющуюся документацию на мечеть и установили, что религиозное учреждение возведено на земельном участке, отведённом для строительства индивидуального жилья. Что по закону запрещается. Это и стало основанием для закрытия мечети, озлобления сначала нескольких сотен прихожан, а затем и тысяч их единомышленников, массовой акции протеста и, к счастью, демонстрации того, что путём честного и откровенного диалога проблема может разрешиться.

К вечеру прихожанам были возвращены ключи от «северной» мечети. Ликующие прихожане «болгаркой» срезали сварные швы и вошли в мечеть…

…В социальных сетях было дано разъяснение, что мечеть будет функционировать в несколько ином формате – как молельный дом, до тех пор, пока не будут урегулированы правовые вопросы, связанные с оформлением документов.

В то же время Магомедов снова обратился к мусульманам Хасавюрта с просьбой бросить все свои дела, снова собраться сегодня (5 февраля) в «восточной мечети».

 

…в 37-й год?

 

В тот же день в редакции «Черновика» состоялся круглый стол, посвящённый ситуации в Хасавюрте. В нём приняли участие представители Муфтията РД во главе с замом муфтия Мухаммадрасулом Саадуевым, имамы салафитских мечетей, общественные деятели, эксперты и журналисты.

В начале обсуждения представитель из Хасавюрта Нажмудин Нажмудинов сослался на Послание Абдулатипова НС РД, в котором он говорил о необходимости коллективной ответственности за участие родственника в вооружённом подполье. По его мнению, этот «чеченский» метод – тупиковый для Дагестана.

«Если закрытие мечетей считается методом борьбы с терроризмом, то это очень недальновидно. Это напоминает 1937 год. После этой мечети возьмутся за другие, – сказал он. Член президентского Совета по правам человека Максим Шевченко предложил прихожанам защищать свои интересы в судебном порядке. По его мнению, закрытие мечетей – это не что иное, как провокация, которая портит авторитет муфтията республики. Саадуев полностью поддержал участников мероприятия и заверил, что примет все меры для разрешения ситуации.

Саадуев привычно был за согласие

 

Перепутье?

 

События вокруг закрытия мечети в Хасавюрте показали, что салафитская молодёжь Дагестана многочисленна и организованна. Многие журналисты и эксперты, комментировавшие произошедшее, высказывали опасения, что молодые мусульмане всё больше утверждаются в мыслях, что стоящие перед ними проблемы можно решить исключительно силой и давлением. И такие мысли находят своё отражение в действиях отдельных представителей органов власти, подталкивающих к провокациям эту находящуюся в пограничном состоянии молодёжь. Не зная, что делать с пятитысячной толпой, представители правоохранительных органов решили вернуть ключи от мечети и вскрыть заваренную ранее дверь. При иных обстоятельствах такой шаг назад было бы сложно представить. Однако стоит ли власти на самом деле бояться многочисленности мусульман? Стоит ли постоянно пытаться решать проблему через давление, а не через вовлечение всех сторон к диалогу?

Интересно, что представители администрации Хасавюрта отмечали отсутствие у собравшихся какой-либо агрессии. И если не знакомому с салафитской молодёжью неместному журналисту скандирования «Аллаху Акбар» или «ля иляха илля-Ллах» покажутся устрашающими, то более погружённые в тему вряд ли нашли в этом повод для страха. Митингующие вели себя предельно корректно: пропускали машины, не топтали лужайки, аккуратно выстроились на намаз, не создавая никому помех, собрали за собой мусор. Спонтанный характер митинга говорит о том, что это не были плоды запланированной организованности.

Если примерно десять лет назад исламская молодёжь видела перед собой только два пути: формат, предлагаемый официальным духовенством, и лесной, то с появлением мечетей, которые принято называть салафитскими, и началом их активной работы молодые мусульмане-салафиты сумели пробить себе новую дорогу – гармоничное нахождение в окружающем обществе с возможностью соблюдения принципов своих убеждений и их практики.

Однако власть и правоохранительные органы упорно не хотят с этим считаться. Они продолжают работать с салафитской молодёжью исключительно как с пособниками боевиков. Методы этой работы становятся всё более жёсткими. Время, а вместе с ним и прошедший в Хасавюрте митинг против закрытия мечети показали, что незаконное давление в виде закрытия мечетей и постановки молодых верующих на учёт не уменьшает их количество. Однако это, безусловно, может сбить их с чётко наметившегося курса на интеграцию в окружающее общество и гармоничное существование в нём.

Интересно в этой связи то, что непосредственно перед тем, как наполнившие мечеть верующие решили двинуться маршем в сторону администрации города, в Интернете появилось наскоро записанное обращение одного из дагестанцев, ныне обитающих в «Исламском государстве» (организация, признанная в РФ террористической). Он пытался убедить молодёжь в бесполезности социальных инструментов решения подобных проблем, в бесполезности диалога, призывая взять в руки оружие. Обращение послушали около тысячи человек, однако оно не возымело эффекта. Оратор сделал прогноз, что власти обязательно обрушат на исламскую молодёжь новые репрессии, и тогда она поймёт, что спокойно и мирно жить ей не дадут. Очень не хотелось бы, чтобы он оказался прав. Дагестан на сегодняшний день касательно положения исламской молодёжи, не относящей себя к традиционному суфизму, представляет собой что-то среднее между двумя соседними республиками: Чечнёй и Ингушетией. В первой эта молодёжь зажата донельзя. И не потому что её там мало, а потому что власть использовала для этого все мыслимые и немыслимые рычаги. К чему это приведёт, покажет время. В Ингушетии исламская молодёжь нового формата уже доказала обществу свою полную адекватность и социальную состоятельность. Она участвует в решении многих республиканских проблем, и местные власти её теперь абсолютно не боятся. Напротив – идут на встречу с распростёртыми объятиями, вызывая крайнее недовольство официального муфтията, теряющего своё влияние на общество.

 

Грозный. Окрик…

 

2 февраля в Грозном прошёл тоже многочисленный сход (меджлис), но уже представителей суфизма. Как написал на своей странице в Instagram глава ЧР Рамзан Кадыров, на сход в мечети «Сердце Чечни» приехали «потомки курайшитов, шейхов, устазов и эвлиявов», кадарийского и накшбандийского тарикатов из Чечни, Дагестана, Ингушетии и других субъектов России.

На сходе была принята резолюция, согласно которой «ваххабизм, под какими бы формами он ни скрывался, представляет реальную угрозу всему мусульманскому сообществу России и всей Умме», а все решения, «принятые советами или форумами по вопросам теории и терминов ислама, если в эти советы входит хотя бы один псевдосалафит (вахабист)», объявляются недействительными.

Хвальбы заслужил Дагестан. Рамзан Кадыров, обращаясь к участникам маджлиса, сказал: «Мы видим, какие меры принимает руководство Дагестана1, безусловно, их надо было принять раньше, но всё равно это уже первые шаги и результаты. Также надеюсь на понимание ситуации главой Ингушетии Юнус-Беком Евкуровым. Он, как бывший сотрудник спецслужб, генерал и Герой России, должен знать, что переговоры с ваххабитами ведут к войне.  Мы, в свою очередь,  выражаем недовольство тем, что псевдосалафиты, получив трибуны в Ингушетии, кричат в сторону Чечни».

(Суть недовольства Кадырова заключается в том, что «гэрэушник» в отставке Евкуров во избежание гражданского противостояния в республике предоставил местным салафитам возможность выступать на республиканском телевидении.) Также участники встречи заявили о готовности к диспуту и дискуссии с «вахабистами», чтобы доказать научным путём их заблуждения и призвать к ответу по нормам шариата.

В «грозной» резолюции отмечается, что «не признаются решения по вопросам суфизма и тариката, норм ислама, принятые без учёта мнения алимов, потомков и последователей кадарийского и накшбандийского тарикатов», но не оговаривается, что же делать представителям, к примеру, шазилийского тариката… ]§[

____________________________________________________________

1 Отдельно отметим, что в Муфтияте Дагестана, куда корреспондент «ЧК» обратился за комментариями резолюции, ответили, что их официальные представители на этом меджлисе не были и поэтому не могут дать оценки принятой на ней резолюции.

 

Номер газеты

Добавить комментарий

CAPTCHA на основе изображений
Введите символы, которые показаны на картинке.
Отправить на Яндекс (ТОЛЬКО для "Лента новостей", ЕСЛИ событие УЖЕ произошло)
Выкл