33 несчастья

Оперативное вмешательство током – издержки профессии
Дата: 
22 мая 2020
Номер газеты: 

Пропажа порядка 33 голов крупного рогатого скота с территории МУП «8 марта» в посёлке Богатырёвка обернулась в 33 несчастья для двух его сотрудников. Камера, пытки током, издевательства…

Вечером 31 марта скотина, пасшаяся на просторах фермы, неожиданно исчезла. В поисках принимали участие скотник Абдулкарим Абдулаев и пастух Магомедамин Исмаилов. Фермерские поля объехали со всех сторон, обыскали всё вокруг, но так и не нашли. Вернулись только два телёнка. Сами.

Полиция, по словам Абдулаева, вмешалась после того как он посоветовал её подключить, «ведь исчезло столько скота».

Несколько владельцев коров написали заявление о пропаже. Приехавшие на ферму полицейские из Шамхала забрали Абдулаева и Исмаилова в отдел, но потом отпустили. На этом взаимодействие с правоохранителями Шамхала завершилось. 

8 апреля на ферму приехали оперативники Кировского района Махачкалы. Абдулаева забрали для допроса.

Пройдя дежурную часть, полицейские повели его в комнату, где, как предполагал Абдулаев, его допросят и отпустят. 

«Они были убеждены, что это я своровал скот. Начались вопросы: «Куда ты дел скот, где он, что ты будешь с ним делать?» Не предъявили ни одного доказательства моей якобы причастности. Я спросил, почему они так уверены в моей вине, как они будут смотреть мне в глаза, когда убедятся, что ошиблись. Только один из трёх доставивших меня оперативников сказал, что извинится передо мной, если это не так – “просто это их работа”», – вспоминал Абдулаев.

В беседе с «Черновиком» он уточнил, что пропавший скот ферме не принадлежит, он не обязан за ним ухаживать и контро-лировать его.

«Территория фермы – 36 гектаров, а я работаю в одном небольшом коровнике. Пропавший скот находился на приличном расстоянии от меня, позади других коровников. Я не мог слышать, что происходит на дальних расстояниях. За ними приглядывали их хозяева. Смотрели, есть они там, нет», – отметил собеседник.

По словам Абдулаева, в этот период он работал без сменщика: кормил коров, ездил к трём утра за доярками, отвозил молоко в Шамхал-Термен... И так по кругу. «Я на работе, – продолжил он, – бывал почти сутками. Куда-то погнать этих коров и исчезнуть с ними у меня времени абсолютно не было». 

Это работник фермы объяснял и в Кировском отделе. Далее Абдулаева доставили в кабинет начальника Рамазана Шамхалова.

«Шамхалов – мой односельчанин. Мы в одной школе учились, в 17–18 лет вместе работали на ферме. Вроде друг друга все хорошо знаем. Он тоже задал несколько вопросов про скот. Сказал, что раскрывает преступления и это раскроет. Я ответил, что только рад буду. Самому очень интересно, куда он исчез. На этой ноте мы разошлись», – рассказал Абдулаев.

Разговор с давним знакомым, по поручению которого Абдулаев и был доставлен в отдел, оказался непродолжительным. Его вновь повели в кабинет, где изначально допрашивали. 

«Единственное, что якобы было против меня – то, что я находился на территории фермы. Я спросил, изучили ли они эту территорию, сарай, за которым находился скот, был ли произведён осмотр места происшествия. Я не видел, чтобы эти ребята (полицейские «ЧК») проводили какие-либо мероприятия», – подчеркнул собеседник, назначенный обвиняемым.

 

«Всё, ребята, хватит. Уже жареным пахнет»

 

До вечера Абдулаев давал на одни и те же вопросы троих оперативников одни и те же не устраивающие их ответы. Пришло время отвечать за упрямство. Его попросили встать к стене и не оборачиваться. Далее в помещение зашли несколько человек, которых нашему собеседнику не суждено было увидеть – попытки обернуться пресекались.

«Я не предполагал, – продолжил Абдулаев, – что будет дальше. Никогда раньше не доставлялся в полицию. На голову накинули капюшон моей же куртки, боялись, что я их увижу, посадили на стул. Обмотали сначала бумагой, а потом скотчем, руки, ноги, половину головы. Руки скрутили за спинкой стула, ноги привязали к ножкам. К мизинцам пальцев, как я понял, привязали проволоки. Они их ещё и жидкостью поливали».

После того как Абдулаева облачили в бумагу и скотч, допрос возобновился. По его словам, ему предложили признаться сразу, чтобы избежать ударов током. Добавить к  сказанному молодому человеку было нечего, за что он и получал разряды по телу. Кто участвовал в пытках, Абдулаев не знает. Трое оперативников, которые доставили его в отдел и допрашивали в течение дня, уверен Абдулаев, вышли. Состоялась некоторая пересменка. 

«Я не купился на обещанные «скидки» за явку с повинной,  продолжая терпеть издевательства. Каждый мой «неправильный» ответ сопровождался ударом тока. В конце  я обессилел, даже не помню, били или нет. Неприятная процедура. Очень. Раз 15–20  ударили. Вначале я держался – не кричал, а потом не мог терпеть. Затыкали  рот, когда кричал. Я  весь взмок. Иногда дверь в помещение открывалась, какое-то движение было. Вопросы задавал только один человек. Они постоянно щёлкали, может, общались так, чтобы я других голоса не услышал», – вспоминает Абдулаев.

Он признаётся, что был обескуражен поведением своих мучителей: «Я разговаривал с ними, спрашивал, знают ли они, как это больно. Любой человек под такими пытками в чём угодно может признаться. А в один момент в помещение зашёл кто-то и говорит: “Всё, ребята, хватит. Уже жареным пахнет”».

Уже не видя толк в пытках электричеством, неизвестные, по словам скотника, «стражи порядка» перешли к другому методу воздействия: «Мне в карман что-то засунули и сказали: вот сейчас понятые придут, а у тебя в кармане белый пакетик». Но эта угроза оказалась лишь невинной шалостью.

От скотча и бумаги отматывали старые «добрые» знакомые – оперативное трио. Один из них даже поинтересовался, почему он так взмок. «Я бы посмотрел на тебя в такой ситуации», – отреагировал на это Абдулаев.

 

Издержки профессии

 

После экзекуции он обнаружил, что его коллега Магомедамин Исмаилов тоже тут. Их повели в дежурную комнату, где на них  составили протокол о задержании за мелкое хулиганство. Дежурный обратил внимание на плохое состояние мужчин. После слова «пытки» он всё понял и дальнейшего интереса к их здоровью не проявлял. 

«Я был не в состоянии разговаривать, даже почерк в тех бумагах, которые там заполнил, на мой не похож, настолько ослаб. Дежурный зафиксировал отсутствие синяков и ссадин, которых действительно не было», – рассказал Абдулаев. 

Ночь измученные током провели в камере. Утром им принесли передачу (продукты «ЧК») от директора МУП «8 марта» Ахмеда Черчиева, который также беседовал с Шамхаловым. Потом я узнал, что он сказал Черчиеву: «Почему вы это принесли, я хотел их в кафе сводить».

Исмаилов утверждает, что тоже не избежал издевательств. Право на звонок никому из них не предоставили. Обоим задержанным правоохранители говорили, что они друг друга уже сдали, поэтому смысла отпираться нет. У Исмаилова, помимо всего прочего, пытались выяснить, почему он покрывает похитителей скота. «Сначала, – пояснил  Исмаилов, – они думали, что я своровал».  

Когда он просил прекратить пытки, ему сказали что-то вроде: «За таких, как ты, Аллах нам ничего не скажет». Исмаилов считает, такое отношение  вызвано тем, что в молодости он был судим: «У всех бывают ошибки. Если человек встал на путь истинный, нужно его всю жизнь упрекать?»

На следующий день, подписывая бумаги об отсутствии претензий, Абдулаев спросил: «Вы нас держали сутки, били, а теперь хотите скрыть?» Оказалось – излишки профессии.

«Рамазан Шамхалов якобы о пытках не знал и пообещал разобраться. 

Я ему сказал, что у него  нехорошая, грязная работа», – отметил собеседник.

 

Зато оперативники видели 

 

Адвокат жителей Богатырёвки Хаджи Денчи рассказал «Черновику», что сейчас к его подзащитным у правоохранителей нет никаких вопросов. Зато у Исмаилова и Абдулаева есть претензии к правоохранителям.

«Я составил адвокатский запрос. Нам интересно, есть ли заявление, кем и когда оно подано, кто себя считает потерпевшим, принято ли решение о возбуждении уголовного дела или отказе в возбуждении, раскрыто ли преступление», – отметил адвокат. 

В настоящий момент запрос не отправлен, не отправлено и обращение в прокуратуру, так как Денчи вынужден пребывать на самоизоляции.

По словам адвоката и потерпевших, скот ещё не найден. Денчи назвал историю с его исчезновением таинственной. По его мнению, это преступление полиция ещё не раскрыла, до сих пор не известно, кто похититель и кража ли это была. 

Абдулаев написал заявление о пытках, но обидчиков, которых они в глаза не видели, не нашли. «Зато, – подчеркнул он, – видели оперативники, доставившие нас в отдел». ]§[

Комментарии:

Да уж. Оперативники не провели свою работу, за которую получают деньги налогоплательщиков, а издеваться хоть пожалуйста. Молодые садисты. Что же владелец фермы не установил видеокамеры, в 19 веке живет? Следов от колес автомашин тоже нет? Чей скот был, опросили хозяев? А хотят за день раскрыть дело. Им до Аниськина далеко, если будут в кабинетах сидеть. Участковый, чем занимается целыми днями, при коммунистах живет что ли?

Зачем тратить деньги на обучении в академиях МВД когда можно нанять садистов с 3 классами и они раскроют любое преступление

...читаешь это и не удивляешься другому...)когда никто не несет ответственности и не следует правилам...)и так по кругу мы подойдем к концу...)где многие задумаются и опомнятся...но будет уже поздно...)а так держитесь братья и проявляйте стойкость и терпения...да поможет вам Аллаh...

жизнь - бумеранг. те кто устраивают такое беззаконие сами же потом от него страдают. подобные пыточные - очевидный прокол службы собственной безопасности

goretzz пишет:

жизнь - бумеранг. те кто устраивают такое беззаконие сами же потом от него страдают. подобные пыточные - очевидный прокол службы собственной безопасности


Это не прокол, а нормально функционирующая система добычи показателей погононосцев.

Обычная практика полицаев! Удивился бы, если-бы не так!

Необъяснимо популярные солдаты из французских колоний

В эпоху, когда колониальная политика бурно процветала в мире, редко кто из основных игроков в борьбе за новые территории обходился силами титульной нации. Куда разумнее с позиции метрополии выглядел захват своими силами, после чего из населения присоединенных земель набирались и обучались боевые отряды, которым полагались некие блага, выгодные в мире побежденных.

Эти колониальные полицаи иной раз по боевой эффективности оказывались даже выше, чем их непосредственные работодатели. Ну и гибли за идеи правительства уже не столичные жители (которые в противном случае могли выразить недовольство), а никому не интересные в центре "дикари" с периферии. Вот и прирастали новыми колониями подсуетившиеся державы, пока не утыкались в рубежи или границы интересов других таких же дельцов мировой политики.