Судьи и адвокаты – с разных планет

Пока зависимые судьи Дагестана выносят решения об аресте, в Москве проходят пикеты в поддержку Абдулмумина Гаджиева
Дата: 
13 Дек 2019
Номер газеты: 

12 декабря судья Верховного суда Дагестана Зулжат Минтемирова частично прислушалась к призывам Абдулмумина Гаджиева, Кемала Тамбиева и Абубакара Ризванова: не направила на новое рассмотрение ходатайство следователя в Советский районный суд Махачкалы и оставила их под стражей до 13 января 2020 года.

Судья Зулжат Минтемирова не была, по сравнению с судьями, рассматривавшими жалобы и апелляции до неё, оригинальной. Она последовательно отклонила все ходатайства защиты и обвиняемых: на фото- и видеосъёмку процесса, на доставление Абдулмумина Гаджиева, Кемала Тамбиева и Абубакара Ризванова в зал судебных заседаний, на исключение из доказательств дела рапортов МВД РД и УФСБ РД.

Доставить обвиняемых в зал судебного заседания, а не рассматривать дело посредством видео-конференц-связи (ВКС) ходатайствовал Абдулмумин Гаджиев. Он заявил, что ему по ходу процесса необходимы консультации с адвокатом, а так как они носят конфиденциальный характер, получать их через ВКС не предоставляется возможным.

Минтемирова объявила перерыв на 5 минут, чтобы Гаджиев мог проконсультироваться с адвокатами, но в доставлении обвиняемых в суд отказала.

В исключении рапортов МВД и УФСБ из материалов дела, как не отвечающих требованиям УПК РФ и соответствующей инструкции МВД просил Абубакар Ризванов. Данные рапорта послужили основанием для возбуждения уголовного дела («ЧК» писал о них в статье «Дело Абдулмумина Гаджиева: фантазия или воздух?», №43 от 8.11.2019 г.), однако, как заявил Ризванов, сведения, изложенные в рапортах, не проверены судом первой инстанции. Также в них не содержится указание на время, место и способ совершения преступления – участие и финансирование терроризма. В них просто указывается, что такие-то лица совершили такое-то преступление, и всё.

Судья Минтемирова решила, что исключать эти доказательства из дела нельзя…

В ходе процесса были оглашены данные о том, что адвокаты обвиняемых выявили многочисленные процессуальные нарушения в вынесенном 12 ноября Советским районным судом Махачкалы постановлении. В нём не были отражены доводы защиты, речь шести адвокатов упомянута одним предложением, не исследованы их доказательства, а судья первой инстанции ограничился лишь их перечислением, не проверил, на каком основании продлеваются сроки следствия и по какой причине невозможно было провести следственные действия до сентября 2019 года.

Кроме того, не рассмотрен вопрос об избрании более мягкой меры пресечения, а судья, примерив на себя роль обвинителя, мотивирует своё решение особой сложностью уголовного дела. Хотя сам следователь об этом не упоминает в ходатайстве.

В документе нет ни одного нового основания, кроме как тяжесть преступления, чтобы избрать меру пресечения в виде заключения под стражу. Нет доказательств, что обвиняемые могут скрыться, угрожать свидетелям и оказывать давление на ход следствия.

Адвокаты Арсен Шабанов, Ахмед Ахмедов, Рафидин Курбанов, Рашид Джафаров просили суд отменить решение Советского районного суда Махачкалы и избрать для их подзащитных домашний арест или иную более мягкую меру пресечения.

Прокурор Микаил Омаров просил оставить постановление суда от 12 ноября в силе и обратил внимание обвиняемых на то, что именно при продлении срока содержания под стражей суд руководствовался ст. 97, ч. 2 ст. 99 и 110 УПК РФ.

«Эти статьи широко известны вашим адвокатам, те основания, которые послужили для продления сроков судом, были исследованы и им дана надлежащая оценка и пересказывать их я не буду», – добавил Омаров.

 

Оценка судебной системы

 

В прениях Абубакар Ризванов обратил внимание судьи на абсурдность следственных действий. Так, следствием была заявлена необходимость осмотреть учредительные документы БФ «Мухаджир».

«Этот фонд был создан в Турции. Каким образом следователь будет производить там выемку документов? Почему этот вопрос не был задан судом первой инстанции? Почему другие следственные действия не могли быть проведены в предыдущие пять месяцев? Следствие говорит, что необходимо произвести осмотр аккаунта Трамова Альбина в соцсети «ВКонтакте», получить данные телефонных соединений на всех фигурантов дела. Уже четыре месяца эти следственные действия указываются в ходатайстве. Если дополнительно к фамилиям указали номера телефонов, то что, это становится другим следственным действием?»

В последнем слове Ризванов пытался показать судье Минтемировой, что в том числе от неё зависит формирование гражданского общества в Дагестане, а также посчитал, во сколько обошлось государству их необоснованное содержание в СИЗО: по 180 тыс. рублей на каждого.

«Судебная инстанция – одна из трёх ветвей власти, которая является независимой. Сегодня много разговоров в дагестанском обществе о необходимости сформировать гражданское общество. Наш (судебный) процесс приобрёл общественный резонанс, хотя это просто продление меры пресечения и это явный показатель, насколько наше общество готово к тому, чтобы было гражданским. Люди дают оценку тому, насколько судебная власть является независимой или зависимой, когда выносятся судебные решения в отношении нас. Поэтому хочу, чтобы вы понимали: вы не только нам даёте оценку, а всей судебной системе», – заявил Ризванов.

 

«Вы делаете то, что вам говорят…»

 

Кемал Тамбиев начал своё выступление с цитаты Ремарка: «Человеку, плывущему под водой, важно вынырнуть. Мне не дают вынырнуть. Я подписал показания, которые диктовал человек в синей куртке следователю Мамаеву. Меня избили, и синяки под глазами уже полгода как не проходят. Судьи продлевают нам арест по глупым и идиотским обстоятельствам. Следовательно, за этим стоит кто-то выше, а вы делаете то, что вам говорят. Извините, но не для того я гражданин России, чтобы терпеть этот беспредел в стране. Это немыслимо!»

По его словам, в постановлении от 12 ноября сказано, что участковым уполномоченным он характеризуется отрицательно, но на самом судебном заседании судья отмечал, что в представленных в суде материалах нет отрицательной характеристики. Поэтому у него складывается мнение, что постановление судья напечатал до начала заседания. Помимо этого, у него вопросы о причинах нахождения его под арестом, заявленных следователем.

«Я сам родом из Карачаево-Черкесии. Какое отношение я имею к осмотру следователем мечети по ул. Котрова в Махачкале? А также очень интересует меня, как следователь осмотрит группу «Хаир» в социальной сети, которая была удалена шесть лет назад. Следователь заявляет, что ему необходимо установить всех сотрудников моей фирмы, но в ней я единственный сотрудник. Все следственные мероприятия делаются, чтобы затянуть следствие», – уверен он.

 К последнему слову у Кемала Тамбиева остались одни эмоции, которые он предпочёл приберечь, передав слово Абдулмумину Гаджиеву.

 

Посмотрите на нас…

 

Абдулмумин Гаджиев пришёл к выводу, что адвокаты и судьи живут на разных планетах, поэтому ведут судопроизводство по разным законам. Он, как и Ризванов, просил суд ни в коем случае не отправлять ходатайство следователя в Советский районный суд Махачкалы на новое рассмотрение и выпустить их из-под стражи.

Гаджиев решил эмоции не сдерживать: «Сегодняшний судебный процесс для меня примечателен одним обстоятельством, которое раньше не замечал. Судья – девушка, а на предыдущих процессах судьями были мужчины. У меня сложилось такое ощущение, что мужчины боятся (этого дела). Сегодня женщины стали намного мужественнее. Вы слушали нас каждого в отдельности. У вас сложились свои человеческие характеристики о нас. Посмотрите, это Кемал Тамбиев – он предприниматель, программист, победитель многочисленных федеральных конкурсов, выступает с лекциями в Москве, добрейшей души человек, пацифист. Абубакар Ризванов – он мог бы работать профессиональным адвокатом наравне с присутствующими в зале. Прекрасный, образованный, умный человек. Я про себя не буду много говорить: я преподаватель математики в университете, журналист, общественный деятель, блогер и много чего могу сказать, но это будет нескромно. Посмотрите на нас, мы можем иметь хоть какое-то отношение к финансированию террористов?»

Гаджиев подробнее остановился на деятельности БФ «Ансар», к которому имел отношение Абубакар Ризванов. «Этот фонд был закрыт ещё до того, как организация (запрещённая в России) ИГИЛ, в финансировании которой нас обвиняют, была признана террористической. До того, как она была признана террористической, Ризванова посадили в тюрьму. Знаете, за что? Ему подкинули наркотики. Он сидел 3,5 года. Потом он выходит на волю, посвящает себя семье и родителям. Уезжает в село и живёт там, никуда не лезет. Его оттуда на броневиках привозят обратно в Махачкалу и вменяют, что он с 2013 года через «Ансар» финансировал ИГИЛ. Ему заявляют, что это «преступление длящегося характера». Как преступление может быть длящегося характера на основе данных 2013 года, если на тот момент оно не было преступлением?»

Абдулмумин Гаджиев обратился к судье Минтемировой, призывая её к ответственности: «Дома нас ждут на троих 13 детей. Как вы войдёте сейчас в совещательную комнату, выйдете и скажете «продлить» и «отказать», я не знаю. Ну, вы сами смотрите, у вас нелёгкое дело, нелёгкая судьба. Раз уж вы стали судьёй, то надо нести эту ответственность. Вы прекрасно знаете, что мы невиновны, отпустите нас хотя бы под домашний арест. Это вопиющая несправедливость, но что делать?»

Выйдя из совещательной комнаты, Её честь, судья Верховного суда РД Зулжат Минтемирова довольно легко произнесла слова «продлить» и «отказать», отказав обвиняемым в их требованиях… ]§[