Неразделённый оптимизмБольшая колонка про цирк в суде и акробатов

Почти год, как Абдулмумин Гаджиев находится под арестом. И весь год судебная система выкидывает фокусы...
Дата: 
5 Июн 2020
Номер газеты: 

Через десять дней, 14 июня, будет ровно год, как наш коллега Абдулмумин Гаджиев находится в СИЗО-1 Махачкалы. Его обвиняют в финансировании запрещённой в России террористической организации ИГИЛ. Обвинения серьёзные. Звучат громко! Но… доказательства хлипкие, притянутые за уши, а где-то выглядящие откровенно сфальсифицированными. «Черновик» неоднократно писал об этом1, поэтому позволю себе не повторяться, а расскажу об ином, оставившем сильное впечатление.

29 мая Его честь, судья Верховного суда Дагестана Абдулнасыр Асхабов рассматривал вопрос о том, оставить Абдулмумина Гаджиева под стражей или нет. Наш неунывающий и крепкий духом коллега, как правило, всегда в начале судебного процесса немного троллит судей и следствие, отпуская колкие, но не обидные выражения, должные ярче показать всю нелепость происходящего в зале суда.

Так поступил Абдулмумин и на этот раз: что-то сказал, а в ответ получил эмоциональную  реакцию судьи Асхабова: «Мы же не в цирке находимся!.. Давайте более серьёзно будем в судебном заседании вести себя, Гаджиев… Мы же не в цирке находимся!» – «Я был бы рад разделить ваш оптимизм, что мы не в цирке…» – тут же ответил Абдулмумин.

Не разделяем этот оптимизм и мы. И дальнейшее развитие событий в том же зале суда с участием того же судьи только подтвердило этот тезис.

Оставлю без комментирования эпизод из зала суда, когда Абдулмумин детально, по пунктам, со ссылкой на законодательство объясняет, что оснований для нахождения его в СИЗО нет, и как минимум его можно выпустить под домашний арест. Судья Абдулнасыр Асхабов здесь его прерывает и требует: «Говорите по существу…» Это ладно.

Быстренько огласив решение, что Абдулмумина Гаджиева, как лицо, которое может скрыться от следствия и суда, а также оказывать давление на свидетелей, выпускать из СИЗО нельзя, Абдулнасыр Асхабов приступил к другому делу.

Это другое дело связано с сотрудниками полиции: замначальника уголовного розыска Хасавюртовского РОВД Рамазаном Сулеймановым и оперативником Юсупом Магомедовым. Они обвиняются в превышении должностных полномочий и применении насилия в отношении жителя села Муцалаул Мусы Алиева.

Ранее (уже не в первый раз) Советский районный суд Махачкалы принимал решение о том, чтобы эти блюстители порядка находились под домашним арестом. Правозащитники и адвокаты, в свою очередь, требуют, чтобы полицейские находились до суда в СИЗО, так как, по их данным, Сулейманов и Магомедов оказывают давление на свидетелей, нарушают правила нахождения под домашним арестом.

Асхабов принял решение, что нахождение полицейских под домашним арестом вполне законно, что давления никакого они не оказывают, да и условия ареста не нарушают…

Не знаю, уважаемый Асхабов, как ваше поведение называется языком юриспруденции, но в обществе это называется двойными стандартами. Ну, или откровенной подлостью. Вы там сами как-нибудь, выберите комфортное для себя определение. Не впервой, наверное…

Читатель, наверное, может воскликнуть: «А зачем сравнивать эти два дела? Абдулмумина привлекают за терроризм, а полицейских – совершенно за другое!»

Да, за другое. Возможно, совершенно привычное для них преступление: они пытали, били и угрожали задержанному, чтобы тот согласился взять на себя обвинение в педофилии. Этим задержанным мог быть ваш друг, родственник, могли быть и вы лично! Такое преступление, что, менее опасно, чем терроризм?

И вот эти деятели, на причастность к преступлению которых указывает масса доказательств, сидят сейчас дома, пьют тёплый чай, читают эту статью и параллельно ищут варианты давления на свидетелей. А Абдулмумин, чьё обвинение зиждется только на фантазиях следователя Телевова и страхах судебной системы, находится в махачкалинском СИЗО!

И после этого судья Асхабов заявляет, что это – судебный процесс – не цирк? Конечно, судья Асхабов не клоун. По сравнению с другими его коллегами, он более серьёзен и внимательно и скрупулёзно подходит к рассмотрению находящихся в его производстве дел… Но, к сожалению, судебная акробатика тоже превращает правосудие в цирк. И этим занимается не Гаджиев Абдулмумин Хабибович 1983 года рождения, а кто-то другой.

В современных судах трудно,  а порой невозможно добиться справедливости...

 

Шаг в прошлое

 

В принципе, я не собирался писать об Абдулмумине. Или только об Абдулмумине. Я хотел написать о состоянии той части государственного аппарата управления, которую именуют судебной властью, а также правоохранительными органами. И полной беспомощности перед этим монолитом адвокатов. Тем более что 31 мая был День адвокатуры.

Уголовное правосудие всё больше и больше напоминает собой ленту конвейера, где основная функция  оперативника, следователя, прокурора и судьи, как это видится на примере различных дел, собрать, словно пазл или механизм, уголовное дело, наполнив его на 80% никому не нужными бумажками и справками. Затем способствовать вынесению «не ломающего дело» решения, а потом бережно передать бедолагу, на которого было возбуждено дело, в систему ФСИН и навсегда забыть про его поломанную судьбу.

Напомним, что, по данным «Медиазоны» (они использовали данные Судебного департамента Верховного суда РФ), в 2019 году было вынесено 0,36% оправдательных приговоров. А по данным председателя Верхсуда России Вячеслава Лебедева, оправдательных приговоров где-то один процент.

Уже неоднократно в залах суда адвокатами и их подзащитными заявлялось, что такие проценты  – это прямое следствие того, что судьи всё больше и больше становятся похожими на общественных помощников следователей, что орган правосудия превращается в филиал Следственного комитета. А также, что нарушается один из основополагающих принципов современного судопроизводства: принцип равноправия сторон, в результате чего суд всегда готов выслушать сторону обвинения, но крайне редко – сторону защиты.

Глядя на то, как выстроена система неформальных  отношений в судебной системе Дагестана, да и в целом на юге России, можно сделать вывод о том, что ещё не скоро появятся адвокаты вроде Александрова, Плевако, способные, как это было в конце XIX века, призвать к справедливости одной короткой фразой или аргументированной речью. Дело не в том, что нет адвокатов, умеющих грамотно, аргументированно и пламенно защищать своих клиентов. Нет, они есть. И их много! Но… их таланты не востребованы.

Судьям, как показывает то же дело Абдулмумина Гаджиева и проходящих с ним по делу Кемала Тамбиева и Абубакара Ризванова, куда проще выступать с позиций младшего помощника следователя, чем с позиций правосудия…

Иногда представляю себе, что было бы, если бы те знаменитые русские адвокаты конца XIX века, речи которых рекомендуют читать на юрфаках страны и приводят в пример будущим юристам, выступали в современном суде. Вот это на самом деле был бы «цирк с конями»!

Вот, к примеру, Пётр Александров, знаменитейший адвокат прошлого. Он сумел добиться оправдательного приговора Вере Засулич, в своё время чуть не убившей петербургского градоначальника Фёдора Трепова двумя выстрелами в живот. Экстремистка! Террористка! Но Засулич вышла на свободу, несмотря на гнев императора России! Несмотря на то, что судья в процессе испытывал колоссальное давление со стороны властей и угрозы увольнения. Кстати, судье, тоже знаменитому юристу прошлого, Анатолию Кони, на тот момент  было 34 года. И он уже тогда снискал авторитет судьи, не идущего ни на какие компромиссы с совестью. Ужился бы Кони в том же Советском райсуде Махачкалы? Ну, или в Верховном суде Дагестана? Вряд ли…

Но вернёмся к адвокату Александрову. Вот представим себе, выступил бы он в каком-нибудь уголовном процессе, где председательствует Мурад Гюльмагомедов… Высказал бы речь, обличающую все нарушения, допущенные следствием и судом, указал бы на промахи прокуратуры, привёл бы  аргументы, способные убедить любого скептика, что лицо, находящееся в клетке, должно быть на свободе. Как бы отреагировал Гюльмагомедов? Наверняка сказал бы великому юристу: «Иди отсюда, фуцин! Что ты мне тут рассказываешь?! Мне семью кормить надо…» И, высокомерно глядя на присутствующих, поддержал бы запинающегося следователя, не способного даже по бумажке и с подсказками пересказать содержание своего ходатайства и путающегося в материалах уголовного дела.

Или же возьмём иного адвоката прошлого, Фёдора Плевако. В те далёкие времена судили подростка за то, что он ударил сверстника, обзывавшего его горбуном, ножом. Плевако, когда настало время защитной речи, чтобы показать суду и присяжным, как повторяющиеся из раза в раз даже не обидные слова могут привести к убийству, 37 раз подряд поздоровался с присяжными и судьёй. Они были взбешены повторяющимися приветствиями, но… согласились с адвокатом, что обзывания из года в год могут довести человека до крайности, и оправдали его подзащитного.

Что бы произошло в Советском районном суде Махачкалы, выступай там сегодня Плевако? Думается, что такой гигант юридической мысли, как судья Далгат Гаджиев привлёк бы Плевако к ответственности «за неуважение к суду» и выгнал бы из своего личного храма правосудия, запретив приставам вообще пускать его даже на порог! «Будет тут сейчас непонятно кто непонятно как выступать! Нормальные вещи говори!..» – наверняка звучало бы в след ошарашенному Плевако.

 

Борьба видов

 

Понятно, что адвокаты, серьёзно относящиеся к своему делу, судебно-следственной машине не нужны. Поэтому им регулярно препятствуют в работе. Вспомним то же СИЗО-1 Махачкалы, где до момента ареста начальника этого самого СИЗО Дауда Давыдова заявлялось, что адвокат не имеет права видеться с подзащитным больше 10 минут, что арестант не имеет права на свидание с близкими, и если привлекается по террористическим статьям, то должен находиться в спецблоке. Уже не говорю про такие мелочи как то, что арестанты не могли подписаться на «Черновик».

Регулярно адвокаты писали жалобы, обращались через СМИ на нарушение их прав. И что? Прокуратура делала вид, что всё нормально, «проверка нарушений законодательства не выявила». Но стоило приехать представителям Генпрокуратуры, как тут же оказалось, что в СИЗО-1 Махачкалы, да и в целом в системе дагестанского УФСИН, масса нарушений. И мы почему-то не слышим, проводится ли прокуратурой РД проверка работы ответственных за исправительные учреждения прокуроров. Ведь получается, что они до момента проверки совершали преступление: не реагировали на массовые нарушения закона в системе УФСИН.

Про взаимоотношения адвокатов и МВД говорить смысла нет. Это ежедневная война адвокатов за право пробиться в горрайотдел к своему подзащитному. И лучше всего отношение системы МВД к адвокатуре в целом выразили полицейские Кабардино-Балкарии. Когда накануне Дня адвоката молодая женщина-адвокат пыталась войти в здание РОВД, ей заявили: «Вот ты сюда рвёшься внутрь, а мы тебя сейчас заведём и «по кругу пустим»…» Хотя те же самые сотрудники полиции, когда их вышвыривают из Системы (отнимают «корочку», пистолет и полномочия), бегут искать смелых и принципиальных адвокатов, таких, которым они вчера угрожали групповым изнасилованием.

Почему они так себя ведут? Потому  что считают, что в случае чего они смогут легко решить свои проблемы в прокуратуре, на следствии, а через судебную систему они пройдут, открывая двери ногой! Ведь для Системы они «свои люди». В принципе, решение судьи Абдулнасыра Асхабова, отправившего под домашний арест двух «хасовских» полицейских, это полностью подтверждает…

…Судебная система нуждается в срочной реанимации: повышение авторитета судьи, создание условий для вынесения им объективного, справедливого, законного решения. В принципе, появление новых судебных округов потихоньку начинает решать эту задачу.

Но лично я боюсь, что ещё не скоро, глядя на судью, мы будем ждать от него правосудия, а не жалоб вроде «Я всё понимаю, но наверху так решили…» ]§[

____________________________________

 

1 К примеру, см. статью «Дело Гаджиева: фантазии или «воздух»?», «ЧК» №43 от 08.11.2019 г.

Комментарии:

Всё давно понятно в матушке-Россея-кормилице. Медицина разавлена, образование и наука развалена, промышленность развалена, космонавтика развалена, так вы ещё хотите, чтобы правоохранительная система оставалось нормальной?

Кто такие наши дагестанские адвокаты??? Это бывшие сотрудники правоохранительных органов, бывшие судьи, бывшие прокуроры, по той или иной причине выдавленные из системы, они работают как помощники судей, прокуроров. Адвокаты это Те Люди, которые помогают найти компромисс, между законом и беззаконием, путём Очистки И дележа содержимого кошельков клиентов С представителями системы. Их цель заработать много монет, и не ответить за результат дела подзащитного. Все!!!!!

САМНЕСВОЙ пишет:

Кто такие наши дагестанские адвокаты??? Это бывшие сотрудники правоохранительных органов, бывшие судьи, бывшие прокуроры, по той или иной причине выдавленные из системы, они работают как помощники судей, прокуроров. Адвокаты это Те Люди, которые помогают найти компромисс, между законом и беззаконием, путём Очистки И дележа содержимого кошельков клиентов С представителями системы. Их цель заработать много монет, и не ответить за результат дела подзащитного. Все!!!!!


Сам чужеой. Не все такие. Вот я ни дня не работал в правоохранительных органах, ни дня в суде, ни в прокуратуре. После учёбы стажировался в Москве, сам сдал экзамен в Московской коллегии адвокатов, процент выигранных дел 60 на 40 в пользу защиты. Так что, если заметут, обращайся. Приеду из Москвы, чтобы тебя разубедить, обращайся через Черновик.

Допускаю Небольшой % исключения, но система такого адвоката долго терпеть не будет, Скоро станешь петь совместные серенады о прелестях Фемиды. В будущем надеюсь не придётся обратится к вам, хотя от сумы и тюрьмы нельзя зарекаться, опыт общения с этими категориями людей имеется к большему моему сожалению.