Дальний бой

Восстание фур: бастует вся страна
Дата: 
7 апр 2017
Номер газеты: 
Фото: 
Руслана Алибекова, vk-smi.ru

Вторую неделю в России практически парализовано автомобильное грузовое сообщение. Всероссийская стачка водителей большегрузных машин охватила почти все субъекты, а Дагестан, как один из самых ресурсно-обусловленных и широко представленных фурами регионов, находится в авангарде протеста.

Это уже вторая волна протеста дальнобойщиков, но, в отличие от массового демарша 2015 года, сейчас водители абсолютно во всех регионах страны готовы в прямом и переносном смысле стоять до победного – полной отмены системы «Платон».

Дагестан в данном протестном движении играет особую роль. Оно и понятно, концентрация большегрузных автомобилей здесь едва ли не самая плотная среди других регионов страны. Резкому приросту количества машин поспособствовали и западные санкции, когда основной поток продуктовых (овощи, фрукты) грузоперевозок переориентировался на юг – Иран, Турцию, Азербайджан. С началом стачки встала вся федеральная трасса, но наиболее массовый лагерь дальнобойщики организовали у посёлка Манас Карабудахкентского района. Помимо того, что у местного населения много фур, так ещё и логистика хорошая. Таким образом, пока правоохранительные органы спохватились, сюда из близлежащих районов и сёл успели съехаться порядка 700 машин без прицепов и сплошными стенами в несколько рядов припарковались на неопределённое время. Те, кто не успел пробиться к Манасу, организовали мини-стачки вдоль почти всей федеральной трассы от границы до границы.

Но главный лагерь не мог не привлечь внимания властей – в минувшую субботу в сторону Манаса выдвинулись подразделения Росгвардии при поддержке средней бронетехники (около 30 единиц транспорта). Однако никакого противостояния и провокаций не произошло, силовики заняли позиции на другой стороне дороги и все последующие дни только наблюдали. К концу второго дня их присутствие сократилось в разы. Тем не менее без конфликтов не обходилось.

Протестующие дальнобойщики крайне агрессивно были настроены против штрейкбрехеров – ​водителей, проигнорировавших стачку и продолживших заниматься перевозками. Участники стачки создали группы в соцсетях и мессенджерах, куда скидывают номера «зайцев», после чего перешли к откровенному самоуправству. Несколько большегрузов были заброшены камнями, иным повезло ещё меньше – их машины просто подожгли. В числе пострадавших оказались и дальнобойщики из Азербайджана. С тех пор фуры из соседней страны перестали передвигаться поодиночке, они собираются в небольшие колонны из 7–10 машин и под сопровождением машины ГИБДД.

Водители в Манасе с иронией и злостью рассказывают о том, как местные полицейские сопровождают колонну фур из Азербайджана, предполагая, что делают это они совсем не безвозмездно. «С одного иностранного грузовика местные сотрудники себе в карман кладут по пять тысяч рублей взамен на их безопасность», – врезается в разговор водитель с обветренным лицом.

Дальнобойщик с тридцатилетним стажем Нурбаганд со знанием дела объясняет своим коллегам, что власти Азербайджана позвонили в Москву и пожаловались, что транспорт не пропускают на территорию России. Из Москвы позвонили местному руководству МВД, оно послало экипажи для сопровождения их фур, а «они ещё с них денежки собирают». Впрочем, в МВД республики это отрицают.

«Платон» – общая беда

 

На Путина надейся, а сам…

 

Тем временем дальнобойщики продолжают разговор о высокой политике. «Наш президент Владимир Владимирович Путин нас бросил! Я голосовал пятнадцать… или сколько лет он там… Я каждый раз голосовал за него и если кто против него что-то говорил, вот свидетель (показывает на соседа), даже до драки доходило. А сейчас надо мной соседи смеются, но мне уже деваться некуда. Действительно, поднял страну и так далее, авторитет заимела Россия, но в итоге… Как это так? Народ же поддерживал его, – продолжает возмущаться один из водителей. – Мы его как лидера ставили, честно сказать. В любое место, когда он заходит, выходит, прямо душа за него радовалась. Ну не знаю, может, и сейчас он решит что-нибудь. Больше в стране надеяться не на кого».

 

 «Платон» убивает перевозчиков

 

Третьего апреля в редакции «Нового дела» состоялась пресс-конференция с участием представителей власти, перевозчиков и представителей дагестанского офиса системы «Платон». Замминистра транспорта Якуб Худжаев отметил, что протестующие водители с начала забастовки три раза меняли свои требования, но в ответ на ключевое требование – отмену «Платона» – разводит руками. «Всё равно дагестанские власти не могут повлиять на это решение», – говорит чиновник и добавляет, что в случае если плата за «Платон» превысит сумму транспортного налога, то водители будут освобождены от последнего. Но и упрекнул водителей в том, что они сделали перевозчиков из соседних государств (Азербайджана, Грузии, Армении, Украины) заложниками своего протеста. Замминистра сказал, что водители в своих требованиях, изложенных в письме к органам власти, пишут об ущемлении своих конституционных прав. «Уважаемые, когда вы в дневное и ночное время останавливаете этих водителей, кидаете в их лобовые стёкла кирпичи и камни, конституционные права этих людей не нарушаются?» – задавался вопросом Худжаев.

Заместитель начальника управления Ространснадзора по Дагестану Муртазали Муртазалиев сказал, что задолго до начала акции они совместно с Минтрансом, управлением ГИБДД собрали перевозчиков и обсудили те проблемы, которые могут быть решены на уровне местной власти. Водителей неоднократно упрекали в том, что они думают только о себе.

Индивидуальный предприниматель Нурислам Саидов назвал введение «Платона» рейдерским захватом. «Мы уже платим акциз. В стоимости солярки это уже составляет где-то 9–10 рублей. Это на одну машину 200–250 тысяч рублей в год. Транспортный налог согласны платить, но «Платон» убивает перевозчиков. Акциз они платят ежедневно, поэтому принцип «кто ездит, тот платит» здесь соблюдается. «Платон» – это слишком большая нагрузка на бизнес. Я думаю, что происходит рейдерский захват рабочих мест со стороны государства», – сказал он. Директор ООО «Юг-транс» Башир Джанхуватов посетовал на то, что он вынужден закрыть своё дело, потому что «даже на карманные расходы не хватает».

«Платон» для легковых – дело временное, уверены водители

«У меня было более 160 машин, сейчас осталось 17, и я закрываю своё предприятие, мне просто невыгодно работать», – сказал предприниматель. Представители дагестанского офиса системы «Платон» озвучили статистику, согласно которой в республике в системе зарегистрирован самый маленький процент транспорта – на сегодня из всех перевозчиков Дагестана зарегистрировано 2%. (1 500 грузоперевозчиков и 2 тысячи транспортных средств).

4 апреля к протестующим в очередной раз приехали представители власти и попросили разойтись. В ответ на прекращение стачки им обещали, что в течение 2–3 месяцев будет подготовлено письмо в Государственную думу с просьбой пересмотреть «Платон». «Мы отказались. Нам пересмотр не нужен, нас устраивает только отмена системы сборов», – сообщили водители.

По словам дальнобойщика и по совместительству депутата районного собрания Каякентского района Умара Гарисова, республиканские власти согласились пойти на некоторые уступки. В частности, водителям пообещали, что снизят количество передвижных постов транспортной инспекции (проверяют режим труда и отдыха) в республике. Гарисов рассказал, что в Дагестане они стоят в шести местах, тогда как в остальных регионах – только в одном. «Помимо этого сказали, что лицензию, которую продавали за пять тысяч рублей на один год, будут выдавать на пять лет бесплатно. Это карточка допуска к международным перевозкам, без которой водители не могут выезжать за границу», – сказал он.

Однако больших надежд на эти обещания протестующие не возлагают.  «Я честно скажу: не верю в это. Сейчас они на всё готовы, чтобы мы разошлись. Я думаю, что если и пойдут на уступки, то ненадолго. Когда забастовка рассосётся, будут грабить, как и грабили до сих пор», – считает Гарисов.

Спустя неделю после начала забастовки дальнобойщиков отреагировал и глава Дагестана Рамазан Абдулатипов. Он заявил, что все законные требования митингующих, находящиеся в компетенции республиканских властей, будут учтены. Глава республики намекнул на «провокаторов», которые используют дальнобойщиков для нагнетания обстановки в республике. «Подобные незаконные действия наносят вред всей республике и самим дальнобойщикам. Если люди платят налоги, регистрируют свою деятельность и работают в рамках закона, то мы должны им помогать ежедневно. Никакие структуры не должны их мучить», – заявил Абдулатипов на оперативном совещании, прошедшем 3 апреля.

Эхо дагестанского протеста докатилось и до Москвы. 5 апреля в столице был задержан один из кураторов дагестанского сегмента протеста Рустам Малламагомедов. Приняв участие в пресс-конференции представителей дальнобойщиков в редакции «Новой газеты», он вышел на улицу, и к нему подошли двое людей в штатском, как позже выяснилось, сотрудники мос-ковского уголовного розыска. Один из них показал служебное удостоверение, второй и вовсе этого не сделал. Малламагомедова взяли за руки, через некоторое время без объяснения причин задержания посадили в «Ладу-Ларгус» без номеров и увезли. Как выяснилось позже, его доставили в ОВД подмосковного Жуковского. Отпустили Малламагомедова только ближе к девяти вечера, ничего при этом не предъявив. Он рассказал, что оперативные сотрудники показали ему постановление Ростовского суда, согласно которому за ним остаются непогашенными 10 суток административного ареста. Стоит отметить, на пресс-конференции принимали участие представители дальнобойщиков и из других регионов, однако к ним у оперов МУРа вопросов не возникло. 

В тот же день – новая эскалация. К протесту присоединились ещё несколько десятков дагестанских дальнобойщиков. Возле села Тухчар (Новострой) полицейские разогнали лагерь протестующих дальнобойщиков и задержали около пятнадцати человек. Всего здесь их было около пятидесяти. «Приехал полицейский с вопросами: «Собираемся ли мы уходить?», «Почему стоим?» и так далее. Сказал: «Забирайте свои машины и уезжайте отсюда». Когда мы отказались, он вызвал наряд, и ребят забрали в отдел полиции Кумторкалинского района», – рассказал один из водителей. На следующий день разогнанные дальнобойщики организовали свою стоянку ближе к Сулакскому посту. Сегодня там сконцентрировано около десяти грузовиков.

В четверг, 6 апреля, произошло очередное обострение ситуации, когда дальнобойщиков решили поддержать их братья меньшие: водители легковых машин ударили автопробегом из Махачкалы в Манас, тем самым продемонстрировав свою поддержку дальнобойщикам и их требованиям. С утра в сторону Манаса выстроилась многокилометровая колонна, спровоцировавшая пробки на несколько часов. Ближе к посёлку дорога была полностью оцеплена сотрудниками силовых структур (Росгвардия). В автопробеге участвовало не менее тысячи машин. Пробка рассосалась только после обеда.

Весьма показательна позиция по данному вопросу дальнобойщика Юрия Бубнова, чьё выступление буквально разлетелось на днях в Интернете: «С 11 ноября 2015 года мы слышим одно враньё от представителей Росавтодора, Минтранса и ОНФ в том числе… Довольно любопытно слушать такую позицию, что не хватает денег на строительство дорог. А для чего тогда существует ФЗ «О дорожной отрасли в РФ», где прописано, что у нас государство отвечает за строительство и содержание дорог? Ни частники, ни владельцы грузовиков или иных машин!..

По состоянию дорог, как нам говорят, мы в первой двадцатке стран с конца. Может, стоит меньше воровать? Может, стоит нормы какие-то пересмотреть, по которым вы строите эти дороги?

Собрано средств от «Платона» – 17 млрд рублей за один год. 9,6 млрд рублей уходит в ООО «РТИС», 8 млрд – на погашение вычетов из транспортного налога для владельцев грузовиков.

Я не знаю, какие деньги тратит государство на обслуживание тех ведомств, что отвечают за исполнение «Платона», а это ГИБДД, Ространснадзор, таможенные службы, которые не выпускают нас за границу без оплаты «Платона»… Думаю, что несколько миллиардов. Итого: расходы на «Платон» – более 25 млрд рублей, собираемость «Платона» – 17 млрд рублей. Минус 8 млрд рублей за год.

Про дешевизну тарифов… Конституционный суд России нам сказал, что эта практика платных дорог есть в Белоруссии, в Европе, США… Но ведь уровень жизни разный у нас.

Белорусы берут плату только за транзиты грузовиков по своей территории. У них только три платных участка на всей протяжённости дорог. Общая протяжённость платных дорог Белоруссии – около 200 км. Состояние белорусских дорог в десятки раз лучше российских, даже федеральных трасс.

В России все федеральные дороги являются платными для большегрузных автомобилей. Кроме того, конституционный суд постановил, что плата должна быть дифференцированной и зависеть от нагрузки, от перевозимого груза и фактической массы грузовика. Не может грузовик, перевозящий пенопласт общим весом 1,5–2 тонны, платить столько же, сколько платят за 20 тонн металла. Где дифференциация?

Почему пустой грузовик, весящий менее 12 тонн, облагается «налогом Ротенберга»?

За наши деньги строятся дороги и с нас же берут деньги за то, чтобы эти дороги окупить.

В Европе дорога, если она платная, то только на то время, пока не окупится её строительство.

Напомню: в 2013 году министр транспорта Максим Соколов обосновал введение акцизов на бензин – для направления их на строительство и ремонт дорог. Какую плату вы ещё введёте? За воздух?»

 

Комментарий «ЧК»

 

Очевидно, что республиканские власти испытывают огромный дискомфорт от организованного протеста дальнобойщиков, испытывают в какой-то степени и страх, но ещё больше боятся, что ситуация может перейти в неконтролируемую фазу. Расслабляться местным властям не позволяет и федеральный центр, и недавний визит в Дагестан министра внутренних дел РФ Владимира Колокольцева только подтверждает это. Известно, что министр был весьма встревожен ситуацией в республике, поскольку стачка дальнобойщиков продолжается на фоне протеста погорельцев махачкалинского рынка. Тем не менее, по нашим сведениям, генерал инструктировал подчинённых быть максимально сдержанными при взаимодействии с протестующими. Возможно, поэтому ни в случае с неоднократными акциями погорельцев, блокировавших центральную улицу Махачкалы, ни  – дальнобойщиков, не предпринимаются попытки разгона и применения спецсредств.

Однако так долго продолжаться не может. Как бы Дагестан ни сползал в пространство протестного мышления, наступит время, когда народ в прямом смысле почувствует на себе негативные результаты стачки. По нашим данным, уже сегодня ощущается нехватка некоторых видов продуктовых товаров, поскольку львиную их часть Дагестан импортирует из регионов центральной части России и преимущественно на большегрузных автомобилях. И, что больше всего беспокоит, прогнозируется, что в ближайшее время рынок Дагестана почувствует острую нехватку хлеба из-за отсутствия ввозимого зерна. В свою очередь, жители других регионов также не смогут получать в основном фрукты и овощи, завозимые из Азербайджана, Ирана и Турции через территорию Дагестана. Ни железнодорожный транспорт, ни тем более морской покрыть эту брешь не в состоянии. Несомненно, это вызовет рост цен на продукты питания.

В такой ситуации возможны разные варианты развития событий. По одному из них, видя острую нехватку продовольствия и исходящее из этого нарастание недовольства в обществе, органы государственной власти могут использовать ситуацию как способ обращения людского гнева в сторону дальнобойщиков, таким образом, разрешив проблему руками недовольного электората. Впрочем, никаких гарантий того, что подобные меры помогут завести моторы десятков тысяч большегрузов, нет… ]§[