Ассаламу алейкум, Путин!Президент России вернулся в Дагестан

Владимира Путина (в центре) в Дагестане назвали кунаком и попросили побороть кланы и коррупцию
Дата: 
16 мар 2018
Номер газеты: 

13 марта Дагестан посетил президент России Владимир Путин. В статусе президента России в последний раз в нашей республике он был в 2008 году, то есть десять лет назад. И не в Махачкале, а в Ботлихе, где инспектировал строительство воинской части. Нынешний его визит был неожиданным, окутан таинственностью и оставил после себя шлейф больших надежд на светлое будущее. Впрочем, как всегда…

Махачкала с самого утра была напичкана сотрудниками правоохранительных органов. Одни полицейские в спешном порядке перекрывали площадь, другие – разгоняли автомобили с проспекта Расула Гамзатова, ведущего к Белому дому, третьи – стояли вдоль дороги, ведущей от аэропорта «Уйташ» в столицу Дагестана. На вопросы: «Что происходит? Уж не сменилась ли снова в республике власть?» – полицейские отмахивались фразами, что едет важный чиновник.

Примерно в 9:30 редакция «Черновика» знала, что в Дагестан едет первое лицо государства. После того как информация о возможном визите Владимира Путина разошлась в социальных сетях и СМИ, полиция и органы власти предприняли слабые попытки маскировки его визита до часа икс: в 12:40 телеграм-канал врио главы РД Владимира Васильева (t.me/vladimir_vasiliev) заявил, что в Дагестан прибывает секретарь Совбеза России Николай Патрушев. Однако режим безопасности, который был обеспечен вокруг площади и вдоль дороги из аэропорта в Махачкалу, говорил о более высоком статусе гостя…

Примерно в 14:50 в аэропорту Махачкалы Владимира Путина встречали Владимир Васильев и директор ФСБ Александр Бортников. Затем кортеж первого лица государства (заметим, что он был более скромный, чем у экс-главы Дагестана) домчал высоких гостей в Белый дом, где Путин встретился с общественностью, побеседовал с врио главы РД, а затем совершил с ним небольшой променад у здания Русского театра…

Общественность, с которой встретился Путин, состояла из небольших делегаций Ботлихского и Цумадинского районов. Судя по составу участников встречи, в зале должен был витать дух августа 1999 года – дух Победы – когда Путин, только начинавший свою карьеру в качестве руководителя государства, прибыл в Дагестан и констатировал разгром международных бандформирований,  вошедших в республику из соседней Чечни.

«Со многими из присутствующих здесь мы знакомы, знакомы давно. Не близко, конечно, у нас нет возможности встречаться часто, – сожалел президент. – Но я знаю, какие вы люди. Я знаю, что здесь собрались не какие-то большие чиновники и начальники, знаю, что здесь рядовые люди, рядовые дагестанцы, которые любят своих детей, свои семьи». Он же сетовал, что не прилетел к ним туда, в горы: «К сожалению, сейчас такое время года, что вертолёты ненадёжно летят: или туда можно было не долететь, или обратно можно было не долететь из-за погодных условий…»

Охарактеризовав простых дагестанцев как патриотов, готовых подставить плечо всей России в трудную минуту, Путин попросил их рассказать, как они оценивают ситуацию в республике и у себя в районе, что происходит вокруг них.

«Я знаю, что мы делали за последнее время. Это касается газификации, медицины, в одном случае – поликлиники, в другом случае – больницы, жилые дома, дороги. Нерешённых вопросов существует гораздо больше, чем то, что уже сделано. Одна из проблем – 69 место Дагестан занимает по привлекательности для бизнеса. Почему 69 место? Ведь здесь замечательные люди, прекрасные, добрые, работоспособные, талантливые. По сельскому хозяйству у вас пять с лишним процентов роста, в России в целом – 2,4 за прошлый год. В два раза в Дагестане темп роста больше, чем по России. Я уж не говорю про промышленное производство, 15%. В России – 1%. За счёт чего – мы тоже знаем: за счёт прежде всего оборонных предприятий. А где другая промышленность?» – задавал Путин хоть и запоздалые, лет на пять, но актуальные вопросы.

Два Владимира – Путин и Васильев – прогулялись по Махачкале

Президент, говоря о проблемах Дагестана, так часто употреблял выражение: «я знаю», что глава Цумадинского района Анваргаджи Вечедов признавался СМИ, что Путин знает ситуацию в районе, обо всех проблемах и достижениях лучше него…

Испугало ли Вечедова такое знание Путиным его районных дел или нет, неизвестно, но, судя по тому, что он заявил, что президент был у них в 2012 году, глава района знал или больше Путина, или начал волноваться. Муниципал рассказал, что под патронажем Путина в районе построена поликлиника, школа, гостиница и общежитие. За средства района построили четыре детсада… А затем, не забывая хвалить Васильева за содействие, стал говорить о проблемах: неасфальтированная дорога до райцентра, три школы в районе почти разрушены, ещё одна строится с 2005 года (должны открыть в сентябре), с 2011 года в район инвестиции не идут, соответственно, нет должной налоговой базы, проблемы с водоснабжением… Призывая помочь в решении этих проблем, глава был принципиален: «Сделаете – спасибо, не сделаете – спасибо!». Пожелав Путину успехов и здоровья, Вечедов поделился рецептом правильного управления субъектами страны, в частности, Дагестаном. «В республике говорят, что сложно. Нет, не сложно. Здесь надо правильно работать – строже, жёстче. Если так работать, как начал Владимир Абдуалиевич, работа в республике пойдёт», – уверен в нынешнем руководителе Дагестана Вечедов. Он же попросил Путина помочь Васильеву в борьбе с клановостью…

 

«Надо совесть иметь тоже»

 

Путин заверил общественность, что у Васильева личных интересов в Дагестане нет, кроме того, чтобы работать на процветание республики. Что касается кланов и коррупции, то Путин указал на распространённость этого явления по всей стране, а также раскрыл людям глаза на правду: «Что в этой связи хотел бы сказать? Эти коррупционеры не просто себе карманы набивают. Они набивают себе карманы за счёт таких, как вы, – вот в чём самое большое преступление. Они не откуда-то с Марса или даже просто из Москвы деньги берут, они забирают их у своих соседей. Вот что лежит в основе этих деяний». Путин уверен, что Васильев, опираясь на порядочных, честных, деловых дагестанцев, сможет обуздать это явление.

Глава Ботлихского района Магомед Патхулаев, несмотря на редкие визиты Путина в Дагестан, сразу назвал его кунаком и человеком, чьё имя, наряду с именем министра радиопромышленности СССР Петра Плешакова (в ходе беседы стало понятно, почему всплыло имя министра), привело район к процветанию. Патхулаев очень уверенно заявил, что прибудь сегодня президент в муниципалитет, то он бы его не узнал, настолько там всё стало хорошо. Путин обещал ещё приехать…

Патхулаев поблагодарил за решённый вопрос с газификацией, реконструкцией старой больницы, ставшей современным центром. Поблагодарил за дороги, туннели, многоквартирный дом для силовиков. А потом перешёл к главному: «Я разговаривал с людьми вчера, одни говорят: надо то просить у Владимира Владимировича, надо это. И один встаёт и говорит: слушайте, надо совесть иметь тоже, раз он приезжает сюда, наверное, хорошо знает, что нужно дополнительно. Народ к Вам относится не то что по-доброму – породственному». Поэтому по-родственному попросил то, после чего Путин останется «в истории не только Ботлиха, но и Дагестана как человек, преобразовавший вообще всё в районе»: ни много, ни мало, восстановить радиоэлектронный завод, в своё время запущенный в Ботлихском районе Плешаковым. «Все цеха, всё оборудование сохранили, зачехлили. На этом заводе какоето производство организовать бы, хотя бы на 300–350. Конечно, на 1 800 человек сегодня нереально, таких заводов не бывает. Хотя бы на 300–350 человек завод, чтобы рабочие места создать», – попросил Патхулаев. До этого он перечислил возможности района по производству баранины, различных консервов и пр.

Среди прочих, родственных, просьб были: помощь в трудоустройстве молодого поколения ботлихцев, содействие в строительстве служебного жилья, которым можно было бы привлекать в район педагогические и медицинские кадры, доведение до ума водовода, введение в действие мусоросортировочного завода, ну и, по традиции, побороть клановость.

«Чиновники всегда скажут, что хорошо, даже если будет плохо. А фактически я человек прямой и говорю вещи, как думаю. Настрой у людей поменялся. Мы много говорили о клановости. Это очень плохо. Нормальные люди не могут трудоустраиваться, это тяжело... А какой-нибудь человек – два диплома, а в голове пусто – находит себе рабочее место. В этой связи вот эти первые шаги Владимира Абдуалиевича приветствуются не только чиновниками, но и простым народом. Только темп надо не сбавлять, – уверенно сказал Патхулаев, но затем быстро поправился: – Я не имею в виду, чтобы людей сажать, я имею в виду, если наворовал, пусть государству вернёт, пусть сидит до тех пор, пока не вернёт это всё людям и государству. Я не призываю сажать. Пусть возвращают незаконно нажитые деньги, пусть возвращают. Потом пусть по новой создаёт себе и нормально живёт». Последнее предложение, конечно, показывало цикличность коррупционно-кланового процесса, но никто на этом внимание заострять не стал.

Путин, судя по ответу, понимал, что куначество ему (бюджету РФ) дорого обходится. Он обещал подумать вместе с Васильевым над этими проблемами и, скорее всего, решить их за счёт республиканского и муниципального бюджета. По поводу радиозавода и создания там новых рабочих мест глава РФ ничего твёрдо не обещал, пошутив: «Кто будет баранину выращивать, если все уйдут на завод?» А вот вопрос со служебным жильём он предложил Патхулаеву считать уже решённым: «Мы деньги выделим, построите сами!»

Владимир Путин в окружении бессеребренников

Главврач Ботлихской ЦРБ Магомедкамиль Шахрутдинов благодарил Путина за то, что в этом «хаосе, который творится вокруг», они имеют возможность спокойно жить, есть, пить, ходить на работу. Он сообщил, что врачи зарплату получают уже 43 тысячи рублей, а среднее звено и медперсонал – по 20 тысяч, что детская смертность за пять лет с 15–16 спустилась на 4,8, а также попросил ввести ответственность граждан за несвоевременное прохождение ими профосмотра и намекнул, что им нужен томограф, который смог бы обслуживать жителей трёх районов: Ахвахского, Ботлихского и Цумадинского.

Другие участники общения с Путиным тоже благодарили его, не забывая о просьбах. Женщины благодарили за газификацию, мужчины – за возможность встретиться, желали успехов и «жить назло всем». (С чего это вдруг стало актуальным, никто уточнять не стал.) Просьбы хоть и были стандартными для всех муниципалитетов и не раз озвучивались горцами и равнинными жителями что перед муниципальными депутатами, что перед руководством страны, но о них «болела душа»: нужны новые школы взамен сгоревших и ветхих, а также спортзалы, чтобы ковать новых чемпионов.

«Цумадинцы дали стране двух олимпийских чемпионов. Тагир Хайбулаев – это цумадинец», – приводила аргументы Путину общественность, почему-то не называя фамилию другого чемпиона – победителя ОИ в Сиднее Сагида Муртазалиева. На упоминание Тагира Хайбулаева Путин среагировал положительно, а школу и спортзал обещал сделать.

Наиболее дельная просьба (на взгляд автора публикации «ЧК») прозвучала под конец встречи. Один из присутствующих попросил пересмотреть тарифы на газ для теплиц, сделать их льготными. «Дагестан может снабжать, не Турция, всю Россию может снабжать Дагестан за счёт парников – чуть-чуть льгот на газ юридическим лицам», – заявил общественник.

Путин, подводя итог встречи, заявил, что знает, что «здесь собрались бессребреники» и что их мнение очень ценно для него. Именно за ним, а не в рамках предвыборной гонки он прибыл в Дагестан. И он надеется, судя по смыслу сказанных Путиным фраз, что дагестанцы поддержат новую команду Васильева, а также начнут собирать налоги, чтобы жить в том числе и на свои средства.

Выйдя от общественников, Путин провёл совещание с руководством РД, отдельно переговорил с Владимиром Васильевым, а затем выехал было в сторону аэропорта, но решил остановиться у Русского театра, и, пообщавшись с дагестанцами, покинул республику… ]§[