[ Прибытие генерала Деникина на Кавказ ]

(К перезахоронению генерала Антона Ивановича Деникина в Москве) В начале февраля 1919 г. на территорию Горской республики вступила Добровольческая армия Антона Деникина, имея целью восстановить старые порядки под лозунгом «единой и неделимой России». Помимо желания очистить край от большевиков Добровольческая армия приняла на себя функции управления.

Раскол в Горском правительстве

16 февраля 1919 г. генерал Павел Шатилов, командующий войсками Деникина на Кавказе, в письме на имя главы Горской республики Пшемахо Коцева уведомил, что все горские народы Северного Кавказа и Дагестана, подчинившись Добровольческой армии, вводят у себя систему самоуправления, разработанную генералом Владимиром Ляховым, главнокомандующим войсками Терско-Дагестанского края. На заседании парламента Горской республики 17 февраля 1919 г. такой ультиматум был рассмотрен как покушение на самоопределение горских народов Кавказа.

16 марта в Темир-Хан-Шуре состоялся съезд представителей округов Дагестана, на котором был поднят вопрос о действиях Добровольческой армии. К тому времени глава английской миссии в Дагестане полковник Роуландсон не раз пытался привлечь горцев на сторону деникинцев, но участники съезда постановили оказать сопротивление деникинцам, вступившим на территорию Горской республики. Были и противники такого решения. Так, муфтий Нажмуддин Гоцинский объявил о нежелании противостоять вступлению деникинцев на территорию республики, что вызвало неудовольствие у многих участников съезда. Чувствуя бессилие правительства Горской республики в управлении и проведении важных реформ, Гоцинский видел во главе Добровольческой армии генерала старой русской военной школы, который, по его мнению, способен был навести порядок и очистить Кавказ от большевиков. Т. е. из двух зол Нажмуддин выбрал меньшее – деникинцев, прямо заявив об этом на заседании правительства, и в дальнейшем всегда отстаивал своё решение.

В свою очередь генерал Антон Деникин был осведомлён о нежелании Гоцинского противостоять Добровольческой армии. В проденикинской газете «Вестник Дагестана» отмечалось, что «…муфтий Нажмуддин Гоцинский не без участия нашего влияния отказался от шовинизма и альфонизма политики правительства Горской республики в отношении Добровольческой армии и, усвоив сознательно нашу точку зрения на этот могучий фактор возрождения России, занял соответствующую позицию…»

Англичане требуют

В феврале 1919 г. глава военной миссии Великобритании на юге России генерал Бриггс потребовал от Добровольческой армии остановить наступление на Чечню и Дагестан и вступить в переговоры с Горским правительством.

18 марта 1919 г. генерал Абрам Драгомиров из Екатеринодара в телеграмме генералу Ляхову в Пятигорск сообщал, что «глава английской миссии в Екатеринодаре генерал Бриггс изъявил согласие выехать в Грозный, чтобы быть посредником в переговорах ваших с Горским правительством».

Правда, уже в апреле, выступая на съезде чеченского народа в Грозном, Бриггс так обозначил принципы британской политики на Кавказе: «Британское правительство не желает вмешиваться во внутренние дела России, но желает лишь помочь генералу Деникину победить большевиков… В России теперь повсеместно замечается склонность малых национальностей к полной независимости… Если вы хотите внять моему совету, то сами убедитесь, что малые национальности почти не могут жить обособленно друг от друга; у них нет естественных выходов, и вся их жизнь тесно связана между собою...»

Делегацию от Горской республики, посланную в Екатеринодар к Деникину на переговоры, последний не принял. Положение Горской республики становилось критическим. С одной стороны внутренние противоречия между членами правительства, с другой – оторванность от народа. И, наконец, социалисты и большевики усиленно работали, чтобы дискредитировать правительство Горской республики. 22 марта Пшемахо Коцев подаёт в отставку, но парламент вновь переизбирает его и поручает составить новое правительство.

Встреча в Грозном

Между тем Добровольческая армия успешно продвигалась по территории Горской республики. 16–17 марта отряд под начальством генерала Даниила Драценко нанёс поражение чеченцам у аула Алхан-Юрт, где они потеряли до 1000 человек. Потрясённые этой неудачей, чеченцы Грозненского округа начали присылать депутации с изъявлением покорности, а генерал Ляхов назначает проведение чеченского съезда, приглашая присутствовать на нём и Коцева.

7 апреля 1919 г. на экстренном заседании Союзного совета Горской республики была заслушана телеграмма генерала Михаила Пржевальского о том, что «Деникин вместе с чинами союзного командования выезжает в Грозный и туда же приглашает представителей Горского правительства для переговоров».

Поскольку Коцев отказался ехать, в Грозный по решению Союзного совета отправились министр почт и телеграфов, путей сообщения и снабжения Зубаир Темирханов, председатель Союзного совета Рашидхан Капланов и глава ведомства шариатских дел Нажмуддин Гоцинский.

О тех тревожных днях в жизни Северного Кавказа генерал Деникин вспоминал: «К назначенному дню я приехал в Грозный совместно с английским представителем ген. Бриггсом. Коцев не приехал. По-видимому, он считался в своей среде слишком умеренным. Горский совет командировал в Грозный троих лиц во главе с ярким русофобом и полубольшевиком, своим председателем Каплановым для переговоров с командованием. Но делегация, узнав о событиях в Чечне, задержалась в ауле Шали, не решаясь проехать в Грозный. Из Шали Капланов сообщил мне в Грозный, что «никакие переговоры с отдельными племенами или селениями не имеют в глазах Горского союза никакой определённой силы». Не признавая вовсе прав Горского правительства, командование в свою очередь не могло входить с ним в обсуждение участи кавказских племён. Да и дальнейшие разговоры, как оказалось, были бы совершенно бесполезными: инструкция, данная делегации на секретном заседании совета, гласила: 1) потребовать от Добровольческой армии очищения всей горской территории; 2) никакого сотрудничества с армией ген. Деникина; 3) роспуск всех мобилизованных горцев».

В своём письме из Грозного в Темир-Хан-Шуру Капланов сообщал о том, что на переговоры Деникин прибыл с начальником английской миссии, и беседа как с англичанами, так и с Деникиным происходила отдельно.

По свидетельству дипломатического представителя Республики Азербайджан при правительстве республики Союза горских народов Кавказа А. Ахвердова, «Деникин пригласил делегацию не для мирных переговоров, а для объявления своего непреклонного решения непризнания Горского союза».

Объяснение же самого Гоцинского данной встрече было несколько иным. «Было решено через представителя в Петровске полковника Роуландсона просить английское правительство воспрепятствовать движению белых на Кавказе, – вспоминал в дальнейшем Нажмуддин. – Я получил телеграмму от Деникина с приглашением на переговоры за границу Дагестана. На границе нас встретил Роуландсон и Джафаров, которые сообщили, что чеченцы побеждены деникинцами. Деникин сказал, что не имеет ничего против автономии Дагестана. Он просил разрешить ему организовать штаб в Петровске из 30 человек и пользоваться ж/дорогой до Баку. Мои спутники согласились, я долго не соглашался, но по рекомендации английского генерала, который был там, я воздержался...»

Не получив желаемого удовлетворения от переговоров, пробыв два дня в Чечне, делегаты вернулись в Дагестан.

Вторжение

Положение Горской республики продолжало ухудшаться. Жители многих больших населённых пунктов, находившихся под влиянием большевиков, отказывались подчиняться распоряжениям Горского правительства. С каждым днём росла преступность. О беспомощности правительства Горской республики говорилось в политической сводке генерала Евгения Масловского: «…В последнее время обострились отношения между Чечнёй и Горским правительством, и в связи с этим чеченцы готовы поддержать Добровольческую армию, если она вступит в войну с Дагестаном. Казалось бы, вполне своевременным с нашей стороны раздувать вражду и, пользуясь поддержкой чеченцев, а также и раздорами в самом Дагестане, попытаться ликвидировать абсолютно непопулярное Горское правительство, но обстановка на главных фронтах армии требует сосредоточения сил туда и наибольшего высвобождения войск с нашего фронта, почему приступить теперь же к окончательной ликвидации Горского правительства не представляется возможным».

Тем не менее уже 21 мая 1919 г. части Добровольческой армии заняли Петровск, затем Дербент. Ни в парламенте, ни в правительстве Горской республики не было единства по вопросам организации отпора Добровольческой армии, не было и достаточной вооружённой силы. Командование Добровольческой армии, отказав в признании Горской республики, в то же время по согласию англичан было готово признать «автономное» правительство Дагестана. В позициях английского, командования и Деникина чётко проглядывалась установка на раскол горских народов Кавказа и создание отдельных национальных областей, управляемых марионеточными режимами.

О прямой поддержке англичанами Деникина говорится в воззвании представителя английской миссии полковника Роуландсона к народам Северного Кавказа и Дагестана: «Правительство Англии поддерживает генерала Деникина и его цели, – говорил он. – Цель генерала Деникина – уничтожение большевиков. Англия помогает Деникину снаряжением, танками, аэропланами, пушками, пулемётами и будет помогать Деникину до исполнения его цели…»

По жёсткому требованию деникинского командования парламент Горской республики был распущен, 24 мая 1919 г. власть в Дагестане перешла к деникинской армии. 3 июня в Темир-Хан-Шуру прибыл новый главнокомандующий Терско-Дагестанским краем генерал Иван Эрдели, сопровождаемый генералом Микаэлем Халиловым. В тот же день городским самоуправлением в клубе был дан торжественный обед в честь гостя. Вскоре в прессе был опубликован приказ генерала Драценко о назначении генерала Халилова правителем Дагестана. Начало деникинскому правлению в Дагестане было положено. ]§[

Номер газеты

Добавить комментарий

CAPTCHA на основе изображений
Введите символы, которые показаны на картинке.
Отправить на Яндекс (ТОЛЬКО для "Лента новостей", ЕСЛИ событие УЖЕ произошло)
Выкл