«Преодолеть вековое скотство можно!» Ли Куан Ю.

Сингапур 60-х тоже испытывал проблемы с уплотнительной застройкой
Дата: 
2 Авг 2019
Номер газеты: 

Редакция «Черновика» совместно с PR-агентством «Медиафакт» повторяет публикацию объёмной, стратегической, на наш взгляд, статьи бывшего премьер-министра Сингапура Ли Куан Ю о том, как он за несколько десятилетий превратил беднейшую островную территорию в современнейший город-государство, являющийся сегодня одним из мировых бизнес-центров с высоким уровнем жизни и причисляемый к одному из «восточноазиатских (экономических) тигров».

Эта статья, несмотря на то, что была опубликована в 2015 году, свою актуальность не потеряла. Она продолжает быть методической рекомендацией для властей многих дагестанских городов и районов. Она подсказывает, как с помощью последовательных шагов можно исправить ситуацию в родном муниципалитете, окультурить население, сделать его образованней и здоровее, развить местный бизнес, привлечь инвесторов. Другими словами, сделать всё, чтобы конкретный населённый пункт считался гордостью Дагестана, а человек, добившийся этого, был вписан в страницы истории не просто как «политик, пришедший во власть в 1990-х», а как «реформатор, политический деятель, совершивший большой вклад в развитие дагестанского общества».

Очень часто от разного рода нынешних дагестанских политиков и общественников можно услышать фразы, похожие на приговор обществу: «У нас народ такой, не хочет меняться (учиться, не давать взятки, не мусорить)… У нас бизнес такой, не хочет платить налоги (выходить из тени, быть социально ответственным)… У нас система такая…» Опыт Ли Куан Ю, человека, фактически один на один оставшегося с трудностями мирового уровня, показывает, что такие фразы-приговоры – это просто жалкая попытка ответственных за Дагестан политиков найти себе оправдание за преступное ничегонеделание! Вместо сетований и постоянных мольб о повышении дотаций нужно сделать маленький, но трудный шаг: перестроить систему взаимоотношений власти и общества. Тогда и Дагестан сможет похвалиться своими сингапурами…

Коротко, что такое Сингапур. Это государство, расположенное на 63 островах. К началу реформ Ли Куан Ю (1960-е годы) население Сингапура было чуть больше 1,6 млн человек, а общая площадь государства составляла 581,5 км². (Для сравнения: площадь Махачкалы равна 468,13 км², а население по официальным данным – 583 233 человека, а по неофициальным – около 1,2 млн человек.) Развитие Сингапура (резкий рост экономики, борьба с коррупцией и пр.) привело к тому, что сейчас население этого государства равно 5,312 млн человек, а площадь  страны, благодаря реализации проекта намыва земли, увеличилась до 715,8 км². В планах у Сингапура к 2030 году увеличить свою площадь ещё на 100 км²!


Создатель Сингапура Ли Куан Ю

Частью моей стратегии было превращение Сингапура в оазис «первого мира» в Юго-Восточной Азии, ибо, если бы мы добились стандартов благоустройства города, присущих развитым странам, то бизнесмены и туристы сделали бы Сингапур базой для бизнеса  и путешествий в регионе. Улучшить физическую инфраструктуру было легче, чем  изменить привычки людей. Многие из них переселялись из лачуг с отверстием в земле или ведром в надворных постройках для отправления естественных надобностей в квартиры в высотных домах с современной канализацией, но их поведение оставалось  точно таким же, как и ранее. Нам пришлось упорно потрудиться, чтобы избавиться от мусора, шума, грубости и заставить людей быть вежливыми и внимательными друг к другу. Мы начинали с очень низкого уровня. В 60-ых годах на наших «встречах с народом» (мероприятиях,  на которых министры и члены парламента помогали решать  проблемы избирателей) выстраивались длинные очереди. Безработные, часто  сопровождаемые женами и детьми, приходили с просьбами о трудоустройстве, о выделении лицензий на ведение лоточной торговли, лицензий на право эксплуатации такси или за разрешением на продажу продуктов питания в школьных кафетериях. Это  были человеческие лица за скупой статистикой безработицы. Тысячи из них могли бы  зарабатывать себе на жизнь приготовлением блюд на тротуарах и улицах. При этом они проявляли полное безразличие к правилам  дорожного движения, санитарным  нормам и другим требованиям. В  результате мусор, грязь, беспорядок и зловоние от  гниющих остатков пищи превратили многие части города в трущобы. Многие из  них стали  «пиратскими  таксистами», не  имевшими лицензий и страховки, и подвергались  эксплуатации со стороны  бизнесменов, которые арендовали  для  них поношенные  частные  автомобили. Они брали за проезд несколько  больше,  чем автобусы, но меньше,  чем лицензированные такси. Они останавливались без предупреждения, чтобы подобрать  пассажиров или высадить их, и представляли собой угрозу для других участников  дорожного движения. Сотни, а впоследствии тысячи «пиратских такси» запруживали улицы и подрывали развитие общественного транспорта. В течение  нескольких лет правительство не могло очистить город, просто удалив с улиц нелегальных лоточников и  «пиратских» таксистов. Только после 1971 года, когда мы создали много рабочих мест, у нас появилась возможность применить закон и очистить улицы. Мы ввели лицензирование лоточников, готовивших пищу, и переместили их с обочин дорог и тротуаров в оборудованные надлежащим образом центры, с проточной водой, канализационными коллекторами и мусоропроводами.

 К  началу 80-ых  годов мы переместили в эти центры всех лоточников. Некоторые из них были такими превосходными поварами, что стали своего рода туристской достопримечательностью нашего города. А некоторые из них стали миллионерами, добиравшимися на работу в «мерседесах» и нанимавшими официантов. Предприимчивость, энергия и талант таких людей создали Сингапур. «Пиратские» такси были убраны с дорог только после того, как нам удалось реорганизовать систему   автобусного сообщения и предоставить таксистам альтернативные рабочие места. За  время нашего пребывания в составе Малайзии город значительно обветшал, особенно после межобщинных столкновений, имевших место в июле  и октябре 1964 года.  Дисциплина и мораль людей значительно  упали. Два происшествия подтолкнули меня к  действиям. Однажды утром,  в ноябре 1964 года, я посмотрел из окна своего кабинета в здании муниципалитета и увидел несколько коров, которые паслись на Эспланаде (Esplanade). Спустя несколько дней адвокат, ехавший по главной магистрали Сингапура, столкнулся за городом с коровой и погиб. Индийские пастухи приводили коров в город, чтобы выпасать их на обочинах  дорог и даже на самой Эспланаде. Я созвал совещание со служащими, отвечавшими за вопросы здравоохранения, и предписал им принять меры для решения этой  проблемы. Мы установили для владельцев коров и коз срок до 31 января  1965 года, после которого всех  беспризорных животных следовало конфисковывать и забивать на бойнях, а мясо – передавать в приюты. К декабрю 1965 года мы действительно конфисковали и забили 53 коровы. Вскоре после этого весь крупный и мелкий рогатый скот был убран с улиц.

 Чтобы добиться стандартов благоустройства, принятых в государствах «первого мира»,  мы решили превратить  Сингапур в тропический город-сад. Я высаживал деревья на церемониях открытия общественных  центров, во время визитов в различные учреждения, на обочинах дорог, во время церемоний открытия дорожных развязок. Многие деревца принимались, а многие – нет. Повторно посещая общественные центры,  я иногда находил новые молодые деревья, только что пересаженные перед моим визитом. Я  понял, что мы нуждались в специальном органе, который занимался бы сохранением  зеленых насаждений, и создал такой департамент в Министерстве национального развития (Ministry of national development). Добившись некоторого прогресса в этой  сфере, я встретился со всеми высокопоставленными чиновниками правительственных и   законодательных учреждений, чтобы вовлечь их в движение за чистоту и озеленение. Я подсчитал, что  я посетил почти пятьдесят стран и останавливался почти в таком же количестве домов для официальных приемов. Меня поражал не размер этих зданий, а уровень обслуживания гостей.

Наблюдая за тем, как содержались эти здания, я всегда  мог определить, была  ли страна и ее администрация деморализованы, – это  было видно по разбитым умывальникам, протекавшим кранам, не работавшим туалетам и общему упадку зданий, в том числе по плохо ухоженным садам. Высокие официальные лица точно так же судили бы о Сингапуре.

Мы  высадили  миллионы  деревьев,  пальм и  кустов. Озеленение  подняло мораль  людей и позволило им гордиться городом, в котором они жили. Мы учили их  беречь деревья и  не  делали  различия  между районами, в  которых жил рабочий класс и представители  среднего  класса. Британцы имели превосходные районы для белых в Танлине (Tanglin) и вокруг Дома правительства (Government House). Дома там были более опрятны, а прилегающая территория – более чистой и  зеленой,   чем  в  районах,  в   которых  жило  местное  население.   Для демократически избранного правительства такое положение было бы  политически бедственным.  Мы  уничтожали мух  и комаров,  чистили вонючие  отстойники  и каналы. В пределах года все места общественного пользования были приведены в порядок.  

Для борьбы со старыми  привычками  была необходима настойчивость.  Люди ходили   по  газонам,   мяли  траву,  портили   клумбы,  воровали   саженцы, припарковывали велосипеды  и мотоциклы у больших  деревьев, ломая их. Причем нарушителями были  не  только  бедные  люди.  Например, был  пойман  доктор, выкапывавший  с разделительной  полосы  дороги  недавно высаженную там сосну ценной породы (Norfolk Island pine), которую он решил пересадить в свой сад. Чтобы преодолеть безразличие людей  к озеленению, мы приучали детей в школах заботиться  о  растениях и ухаживать за  садами,  а они передавали свой опыт родителям.

Сады на крыше – обычное явление для страны с дефицитом земли

Природа не наградила Сингапур сочной зеленой травой, как Новую Зеландию или Ирландию.  В  1978 году, по моей просьбе,  австралийский  специалист  по озеленению  и  новозеландский почвовед прибыли в Сингапур для  оценки  наших условий.  Их отчет заинтересовал меня,  и я  попросил о встрече с  ними. Они пояснили,  что  Сингапур  расположен  в экваториальной части тропической лесной зоны, для которой характерно большое количество ливней и яркое солнце на  протяжении всего года.  Если  вырубить деревья,  то  сильные дожди смоют верхний  слой  почвы и вымоют из нее  питательные вещества. Чтобы  вырастить зеленую   и  пышную  траву,  нам   следовало  регулярно  вносить  удобрения, предпочтительно компост, который не так  легко смыть, и известь, потому что наша почва была слишком кислой. Садовник на Вилле Истана решил проверить эти советы  на наших  лужайках.  И действительно, трава стала более  зеленой. Мы сделали  то  же  самое  на  всех  школьных  дворах,  спортивных  площадках и стадионах, голые  заплаты  вокруг  футбольных ворот с редкой  желтой  травой вскоре покрылись  зеленью. Постепенно весь город зазеленел. Посетивший нас в 70-х годах французский министр, который был гостем на нашем приеме  в честь Национального  праздника,  был  в  восторге  от  города  и  поздравил   меня по-французски.  Я  не   говорил  по-французски,  но   понял  слово  «зелень» (verdure). Он был просто очарован зеленым нарядом города.  

Большинство азиатских  стран  в  то время  уделяло  мало или совсем  не уделяло внимания озеленению. Сингапур отличался в этом отношении, и в ноябре 1969 года американский журнал «Лук»  (Look) напечатал статью  о  наших мерах против  бродячего  рогатого   скота.  Воодушевленный  посещением  Сингапура, директор Информационной  службы (information services)  Гонконга заявил, что начнет двухлетнюю кампанию за чистоту, основанную на нашем опыте. Во  время  проведения конференции  премьер-министров стран  Британского Содружества наций в  середине  января 1971 года  я убедил наших должностных лиц приложить дополнительные усилия для того,  чтобы  создать у посетителей еще  лучшее  впечатление  от  Сингапура.  Работники  сферы  услуг,  продавцы магазинов,   водители   такси,   персонал   гостиниц и ресторанов   были проинструктированы относиться  к посетителям более  учтиво и приветливо. Они отнеслись к этому  с  пониманием и  получили хорошую оценку  посетивших  нас премьер-министров,  президентов  и сопровождавших  их  лиц.  Ободренное этим успехом,  Агентство по  развитию туризма начало кампанию  среди  работников, занятых в торговле и сфере услуг, по улучшению качества обслуживания и более вежливому  отношению к  клиентам. Я  вмешался. Было бы абсурдно, если бы наш обслуживающий персонал был вежливым только по отношению к  туристам,  а не к жителям   Сингапура.   Я   заставил   министерство  обороны,  отвечавшее  за военнослужащих, министерство  просвещения, которое заботилось о полумиллионе студентов, и НКПС, в который входило  несколько сот тысяч рабочих, проводить разъяснительную  работу с населением. Вежливость  должна  была стать  частью нашего образа  жизни, сделать город более приятным местом  для жизни жителей Сингапура, а не только для туристов. А наибольшие  дивиденды наша программа озеленения принесла тогда, когда лидеры стран АСЕАН решили конкурировать с нами в озеленении городов.

Премьер-министр Малайзии доктор  Махатхир, который останавливался в Вилле Истана в 70-х  годах, поинтересовался  у меня,  каким  образом  удалось поддерживать лужайки  такими  зелеными.  Когда  он  стал  премьер-министром,  он  занялся озеленением Куала-Лумпура. Президент Сухарто настойчиво проводил  озеленение Джакарты, президент Маркос – Манилы,  а  премьер-министр  Танин  (Thanin) – Бангкока. 

Все  это  происходило в конце  70-х  годов.  Я  подбадривал  их, напоминая,  что  в  их  распоряжении  имелось  большее  число  разнообразных растений и похожий благоприятный климат. Ни один другой  проект  не принес региону большей пользы.  Наши  соседи пытались  превзойти  друг  друга  в  озеленении  и  красоте  своих  городов. Конкуренция в озеленении приносила пользу каждому – это хорошо отражалось на морали населения,  развитии  туризма, привлечении  инвестиций. Это было  так здорово, что мы все соревновались за то,  чтобы стать самым зеленым и чистым городом в Азии.

Соревнование во многих других областях могло быть вредным и даже смертельным.


Зеленение города-государства было поднято Ли Куан Ю на уровень государственной идеи! Он хотел, чтобы каждая улица утопала в зелени деревьев и кустов, в больших и многочисленных парках гуляли люди, чтобы туристы, приезжая в Сингапур, вспоминали его именно как современный город-парк, который не давит на человека своей атмосферой и железобетонными конструкциями.

Сингапур – один из самых “зеленых” регионов планеты

Таким должны быть и города Дагестана. К сожалению, мы, в отличие от сингапурцев, сажавших деревья по любому поводу, стараемся делать ровно наоборот: мы по любому поводу деревья вырубаем! Там, где мог быть скверик, в тени деревьев которого играли бы дети и отдыхали пенсионеры и ветераны, мы предпочитаем воткнуть торговый центр или многоэтажку… И чего добиваемся? Городские власти от этого решения проклинают и те, кто живёт в этой многоэтажке, и те, кто живёт вокруг неё. Почему? Потому что негде припарковаться, погулять с детьми, нет свежего и чистого воздуха, который (может быть, это кого-то удивит!) дают именно зелёные насаждения, парки, скверы…

Каждый город Дагестана должен взять опыт Сингапура и начать соревнование за звание самого зелёного города! Больше парков, больше скверов, больше озеленённых улиц! Народ, в условиях бытового комфорта видящий, что вокруг него город-сад, готов многое простить своему руководителю.

P.S. Ботанический сад Сингапура включен в список Всемирного наследия ЮНЕСКО.

«ЧК»

 

Комментарии:

Эту статью должны ежедневно читать Путин, Васильев и Дадаев. Каждый день читать и делать каждый день что-то для страны, республики, города. Все деньги невозможно заработать да и зачем? Можно же каждому из руководителей города, региона, страны сделать для своей родины и народу что-то. "Бытиё определяет сознание" - эти слова актуальны и сегодня. Надо людей приучать к чистоте. Как? Убрать мусор из города и озеленить каждый квадратный метр. Для этого можно привлечь и народ. 9 человек если не выйдут, десятый точно выйдет просто так помочь. Неужели мужчины не любят чистоту и красоту? Если любят, почему ни один мужчина - чиновник даже попытку не делает что-нибудь изменить вокруг? Если, например, чиновник-Магомед начнет по собственной инициативе сажать деревья в городе, Васильев его выгонет с работы или ФСБ его арестует? Не бойтесь, мужчины-чиновники делать добро! Народ наш очень отзывчивый и поддержит такого и спасибо скажет!
Почему такие люди не рождаются в Дагестане, как этот из Сингапура, который один изменил сознание миллионов людей?

Сравнили Сингапур и самую южную колонию самой большой и нищей(для народа) империи. Для того,чтобы в Дагестане появился свой Ли Куан Ю нужно переформатирование самого сознания в умах дагестанцев,чтобы из их народа родился свободный духом Дагестанец,а не гибрид псевдомусульманина и расеянина(добровольно не входили и добровольно не выйдем)

d. пишет:

...озеленить каждый квадратный метр. Для этого можно привлечь и народ. 9 человек если не выйдут, десятый точно выйдет просто так помочь. Неужели мужчины не любят чистоту и красоту? Если любят, почему ни один мужчина - чиновник даже попытку не делает что-нибудь изменить вокруг? Если, например, чиновник-Магомед начнет по собственной инициативе сажать деревья в городе, Васильев его выгонет с работы или ФСБ его арестует? Не бойтесь, мужчины-чиновники делать добро! Народ наш очень отзывчивый и поддержит такого и спасибо скажет!

Посадить деревья не проблема. Но где гарантия, что там где один или 100 жителей города посадят деревья, завтра кто-то не начнёт строить очередную многоэтажку или торговый центр? Люди об этом знают, поэтому не шевелятся. Пока не начнут жёстко наказывать застройщиков, всех кто строил в парках в последние 20 лет, ничего в городе не изменится. А сажать деревья у всех на виду будут только чиновники, стремящиеся к показухе, как это у нас обычно бывает. Тот же Дадаев обещал заняться наведением порядка в Эльтавском лесу, на озере Ак-гёль и других местах. Но пока реальных действий не видно.

Озеленение подняло мораль Людей и они стали гордиться своим городом / в каком то смысле мусоркала тоже зелёный город на каждом шагу стройки и торговые кварталы и они получают Зелень) за 30 лет ни одного похожего на Куан Ю не появилось , все работали лишь на свой карман , теперь выход один ввести допналог чиновникам и на эти деньги снести все лишнее в городе , и транспор ограничить иногородний и регистрацию ввести Мерия же может это сделать ...

Как «Лев» стал тигром
29.04.2013 / 08:55
Однажды у первого премьер-министра Сингапура после независимости Ли Куан Ю поинтересовались, как он смог победить коррупцию в своей стране. Тот ответил: «Расстрелял несколько близких друзей, а остальные все правильно поняли». Однако специалисты-филологи утверждают, что все дело – в трудностях перевода, а вместо «расстрелял» Ли Куан Ю сказал «репрессировал». Тем более, известен и второй вариант этого ответа: «Начните с того, что посадите трех своих друзей. Вы точно знаете за что, и они знают за что». Как бы там ни было, сейчас Сингапур – государство, где уровень взяточничества и казнокрадства стабильно низкий.

Естественно, так было не всегда. Когда в 1965 году Сингапур (название произошло от слова «лев», если перевести его на малайский язык) получил независимость, первое время там царил если и не бардак, то что-то похожее. За границей приходилось покупать все – вплоть до пресной воды и строительного песка. Но этого все время не хватало, потому что соседние государства относились к Сингапуру, мягко говоря, без особой любви. К тому же тамошние чиновники воровали все, что плохо лежит. А поскольку лежало плохо слишком многое, можно себе представить, какие там сколачивались состояния. Сам Ли Куан Ю признавал: «Коррупция является одной из черт азиатского образа жизни. Люди открыто принимали вознаграждение, это являлось частью их жизни». Итог – примерно такой же, как сегодня в странах СНГ: государство перестали уважать.

Ли Куан Ю, став премьером чуть раньше обретения Сингапуром независимости – в 1959 году, судя по всему, понял, что дальше так продолжаться не может. Но перед ним встал пошлый, но актуальный для всех государств мира вопрос: как победить взяточничество? Тем более, в стране, где три четверти населения – китайцы, для которых было правилом: если идешь к чиновнику, обязательно захвати что-нибудь. И если с древних времен это «что-нибудь» называлось жареным поросенком, то теперь времена несколько изменились. Взятки в Сингапуре брали даже врачи «Скорой помощи», чтобы доставить больного в «правильную» лечебницу.

В итоге Ли Куан Ю решил: и рядовой полицейский и мелкий столоначальник должны получать такое жалованье, чтобы оно напрочь отбило у них желание охотиться за барашками в бумажке. Первоначально, правда, зарплата была высокой и фиксированной. Но потом Ли Куан Ю решил, что это неэффективно. С тех пор в Сингапуре жалованья министров, судей и высших госслужащих привязаны к сумме налогов на доходы, которые платит государству частный сектор. Сама формула расчета зарплаты в Сингапуре с тех пор такая: уровень оплаты труда чиновника определяется как 2/3 дохода работников частного сектора сопоставимого ранга. Вместе с этим, Ли Куан Ю отнял у них все служебные привилегии — охрану, персональные авто с водителем и служебные дачи. Теперь все это чиновники должны были добывать на свои деньги.

Франшиза школы программирования!
Актуальные направления обучения! Современные методики! Консультации. Окупаемость!
Узнать больше
franchise.coddyschool.com
Яндекс.Директ
Однако это помогло не сразу. Известно несколько случаев, когда чиновников и судей потом ловили на взятках. На допросе в полиции такого чиновника и судью спрашивали: «Зачем ты взял эти деньги, если государство тебе платит в десять раз больше?». Арестованный не знал, что и ответить – настолько дико и смешно выглядела ситуация. Проще говоря, чиновник и сам не понимал, почему принял такую взятку. Забегая немного вперед, хочется отметить: с тех пор в Сингапуре стыдно не только брать взятки, но и давать.

Ну а поскольку средство для сохранения и укрепления власти до сих пор придумано только одно – разумный баланс пряника и кнута, позаботились и о последнем. Во-первых, отменили презумпцию невиновности для чиновников, а их самих лишили неприкосновенности – вместе с членами семей. Во-вторых, учредили Corrupt Practices Investigation Bureau — «Бюро по расследованию коррупции». Директор БРК подчиняется премьеру Сингапура, и никто не может приказать ему прекратить расследование. Агенты бюро проверяют банковские счета и имущество не только самих чиновников, но и их детей, жен, родственников и даже друзей. Если клерк и его семья живут не по средствам, БРК автоматически, не дожидаясь команды сверху, начинает расследование. Это у нас никого не удивляет, когда министр в декларации о доходах указывает, что имеет только «Жигули» какого-нибудь «семьдесят лохматого года». В Сингапуре после такой декларации начинается обязательная проверка, и если она найдет хоть что-то сверх положенного… В общем, в зависимости от степени богатства фантазии, каждый может додумать последствия сам.

Как пишут об этом британские источники: «Следователи Бюро наделены следующими полномочиями: производить аресты, в соответствии с Законом (при наличии улик они могут арестовывать и обыскивать без повестки любого человека, подозреваемого в коррупционных преступлениях, к которому имеются разумные претензии, если получена информация из достоверных источников); изымать любые документы и иные вещественные доказательства по выданной повестке, входя в любое помещение (даже силой). Если офицер Бюро имеет разумные основания полагать, что отсрочка в получении повестки сорвет планы расследования, он может воспользоваться правом расследования без получения повестки».

В БРК может запросто позвонить любой сингапурец – «горячая телефонная линия» бюро работает круглые сутки. Рассматриваются, впрочем, не только звонки с указанием имен звонящих, но и анонимные жалобы. Чиновников буквально терроризируют проверками. С точки зрения самого чиновника, это, может быть, и плохо. С другой же – чиновник прекрасно знает, на что идет, поступая на госслужбу, а также какие деньги за нее получает. Поэтому необходимо терпеть. К слову, за ложные показания следователям БРК или введение следствия в заблуждение сажают в тюрьму и штрафуют до 10 тысяч сингапурских долларов. Так что, сводить счеты с госслужащим, которого ты считаешь взяточником, только потому, что он тебе не понравился, в Сингапуре не стоит.

БРК, однако, расследует поведение крупных чиновников. С мелкими жуликами на госслужбе 40 лет назад боролись путем упрощения процедур принятия решений, и удаления всякой двусмысленности в законах. Доходило даже до отмены разрешений и лицензирования в менее важных сферах общественной жизни. Параллельно суды получили право конфисковывать доходы, полученные в результате коррупции. В 1989 году максимальную сумму штрафа за взятки и прочий «беловоротничковый» криминал увеличили с 10 тысяч до 100 тысяч сингапурских долларов. Что характерно, БРК не раз проводило расследования и в адрес… самого Ли Куан Ю и его семьи. Но все это закончилось ничем. За время деятельности БРК в Сингапуре посадили несколько министров, глав профсоюзов, общественных деятелей и топ-менеджеров государственных компаний.

Конечно, есть подозрение, что если этот способ ввести где-нибудь в России или иной стране СНГ, брать взятки чиновники перестанут, зато появится волокита. Но в том-то и фокус, что никакой волокиты в Сингапуре нет. К примеру, есть в Сингапуре так называемый «Суд малых жалоб» — Small Claims Court. К примеру, если какого-нибудь туриста облапошили при покупке, его дело рассматривает СМЖ. Причем, схема такова: сегодня – жалоба; завтра – заседание суда. Если нет волокиты, то нет и причины дать взятку…

Что же касается друзей, о которых говорил Ли Куан Ю, то широко известны примеры одного из них – министра охраны окружающей среды Ви Тун Буна. В 1975 году он съездил в Индонезию со своей семьей. И вроде бы все ничего, но поездку оплатил строительный подрядчик, интересы которого Ви Тун Бун представлял перед госслужащими. Ви также получил от этого подрядчика особняк за 500 тысяч сингапурских долларов, и два кредита на имя его отца на общую сумму 300 тысяч сингапурских долларов для спекуляций на фондовом рынке. Деньги были выданы под гарантии этого подрядчика. В итоге Ви Тун Бун получил четырем с половиной года тюрьмы. Он обжаловал приговор, но обвинение ему оставили в силе, хотя срок заключения и снизили до полутора лет.

…Сегодня по всему СНГ принято считать, что взяточничество и казнокрадство невозможно одолеть. Однако есть подозрение, что и в Сингапуре полвека назад говорили то же самое. Может, есть смысл прекратить разговоры, и начать действовать? Глядишь, и сработает сингапурский метод.

Дмитрий ОРЛОВ, генеральный директор аналитического центра «Стратегия Восток-Запад» (Кыргызстан), специально для «Первого антикоррупционного СМИ»

Как «Лев» стал тигром
29.04.2013 / 08:55
Однажды у первого премьер-министра Сингапура после независимости Ли Куан Ю поинтересовались, как он смог победить коррупцию в своей стране. Тот ответил: «Расстрелял несколько близких друзей, а остальные все правильно поняли». Однако специалисты-филологи утверждают, что все дело – в трудностях перевода, а вместо «расстрелял» Ли Куан Ю сказал «репрессировал». Тем более, известен и второй вариант этого ответа: «Начните с того, что посадите трех своих друзей. Вы точно знаете за что, и они знают за что». Как бы там ни было, сейчас Сингапур – государство, где уровень взяточничества и казнокрадства стабильно низкий.

Естественно, так было не всегда. Когда в 1965 году Сингапур (название произошло от слова «лев», если перевести его на малайский язык) получил независимость, первое время там царил если и не бардак, то что-то похожее. За границей приходилось покупать все – вплоть до пресной воды и строительного песка. Но этого все время не хватало, потому что соседние государства относились к Сингапуру, мягко говоря, без особой любви. К тому же тамошние чиновники воровали все, что плохо лежит. А поскольку лежало плохо слишком многое, можно себе представить, какие там сколачивались состояния. Сам Ли Куан Ю признавал: «Коррупция является одной из черт азиатского образа жизни. Люди открыто принимали вознаграждение, это являлось частью их жизни». Итог – примерно такой же, как сегодня в странах СНГ: государство перестали уважать.

Ли Куан Ю, став премьером чуть раньше обретения Сингапуром независимости – в 1959 году, судя по всему, понял, что дальше так продолжаться не может. Но перед ним встал пошлый, но актуальный для всех государств мира вопрос: как победить взяточничество? Тем более, в стране, где три четверти населения – китайцы, для которых было правилом: если идешь к чиновнику, обязательно захвати что-нибудь. И если с древних времен это «что-нибудь» называлось жареным поросенком, то теперь времена несколько изменились. Взятки в Сингапуре брали даже врачи «Скорой помощи», чтобы доставить больного в «правильную» лечебницу.

В итоге Ли Куан Ю решил: и рядовой полицейский и мелкий столоначальник должны получать такое жалованье, чтобы оно напрочь отбило у них желание охотиться за барашками в бумажке. Первоначально, правда, зарплата была высокой и фиксированной. Но потом Ли Куан Ю решил, что это неэффективно. С тех пор в Сингапуре жалованья министров, судей и высших госслужащих привязаны к сумме налогов на доходы, которые платит государству частный сектор. Сама формула расчета зарплаты в Сингапуре с тех пор такая: уровень оплаты труда чиновника определяется как 2/3 дохода работников частного сектора сопоставимого ранга. Вместе с этим, Ли Куан Ю отнял у них все служебные привилегии — охрану, персональные авто с водителем и служебные дачи. Теперь все это чиновники должны были добывать на свои деньги.

Однако это помогло не сразу. Известно несколько случаев, когда чиновников и судей потом ловили на взятках. На допросе в полиции такого чиновника и судью спрашивали: «Зачем ты взял эти деньги, если государство тебе платит в десять раз больше?». Арестованный не знал, что и ответить – настолько дико и смешно выглядела ситуация. Проще говоря, чиновник и сам не понимал, почему принял такую взятку. Забегая немного вперед, хочется отметить: с тех пор в Сингапуре стыдно не только брать взятки, но и давать.

Ну а поскольку средство для сохранения и укрепления власти до сих пор придумано только одно – разумный баланс пряника и кнута, позаботились и о последнем. Во-первых, отменили презумпцию невиновности для чиновников, а их самих лишили неприкосновенности – вместе с членами семей. Во-вторых, учредили Corrupt Practices Investigation Bureau — «Бюро по расследованию коррупции». Директор БРК подчиняется премьеру Сингапура, и никто не может приказать ему прекратить расследование. Агенты бюро проверяют банковские счета и имущество не только самих чиновников, но и их детей, жен, родственников и даже друзей. Если клерк и его семья живут не по средствам, БРК автоматически, не дожидаясь команды сверху, начинает расследование. Это у нас никого не удивляет, когда министр в декларации о доходах указывает, что имеет только «Жигули» какого-нибудь «семьдесят лохматого года». В Сингапуре после такой декларации начинается обязательная проверка, и если она найдет хоть что-то сверх положенного… В общем, в зависимости от степени богатства фантазии, каждый может додумать последствия сам.

Как пишут об этом британские источники: «Следователи Бюро наделены следующими полномочиями: производить аресты, в соответствии с Законом (при наличии улик они могут арестовывать и обыскивать без повестки любого человека, подозреваемого в коррупционных преступлениях, к которому имеются разумные претензии, если получена информация из достоверных источников); изымать любые документы и иные вещественные доказательства по выданной повестке, входя в любое помещение (даже силой). Если офицер Бюро имеет разумные основания полагать, что отсрочка в получении повестки сорвет планы расследования, он может воспользоваться правом расследования без получения повестки».

В БРК может запросто позвонить любой сингапурец – «горячая телефонная линия» бюро работает круглые сутки. Рассматриваются, впрочем, не только звонки с указанием имен звонящих, но и анонимные жалобы. Чиновников буквально терроризируют проверками. С точки зрения самого чиновника, это, может быть, и плохо. С другой же – чиновник прекрасно знает, на что идет, поступая на госслужбу, а также какие деньги за нее получает. Поэтому необходимо терпеть. К слову, за ложные показания следователям БРК или введение следствия в заблуждение сажают в тюрьму и штрафуют до 10 тысяч сингапурских долларов. Так что, сводить счеты с госслужащим, которого ты считаешь взяточником, только потому, что он тебе не понравился, в Сингапуре не стоит.

БРК, однако, расследует поведение крупных чиновников. С мелкими жуликами на госслужбе 40 лет назад боролись путем упрощения процедур принятия решений, и удаления всякой двусмысленности в законах. Доходило даже до отмены разрешений и лицензирования в менее важных сферах общественной жизни. Параллельно суды получили право конфисковывать доходы, полученные в результате коррупции. В 1989 году максимальную сумму штрафа за взятки и прочий «беловоротничковый» криминал увеличили с 10 тысяч до 100 тысяч сингапурских долларов. Что характерно, БРК не раз проводило расследования и в адрес… самого Ли Куан Ю и его семьи. Но все это закончилось ничем. За время деятельности БРК в Сингапуре посадили несколько министров, глав профсоюзов, общественных деятелей и топ-менеджеров государственных компаний.

Конечно, есть подозрение, что если этот способ ввести где-нибудь в России или иной стране СНГ, брать взятки чиновники перестанут, зато появится волокита. Но в том-то и фокус, что никакой волокиты в Сингапуре нет. К примеру, есть в Сингапуре так называемый «Суд малых жалоб» — Small Claims Court. К примеру, если какого-нибудь туриста облапошили при покупке, его дело рассматривает СМЖ. Причем, схема такова: сегодня – жалоба; завтра – заседание суда. Если нет волокиты, то нет и причины дать взятку…

Что же касается друзей, о которых говорил Ли Куан Ю, то широко известны примеры одного из них – министра охраны окружающей среды Ви Тун Буна. В 1975 году он съездил в Индонезию со своей семьей. И вроде бы все ничего, но поездку оплатил строительный подрядчик, интересы которого Ви Тун Бун представлял перед госслужащими. Ви также получил от этого подрядчика особняк за 500 тысяч сингапурских долларов, и два кредита на имя его отца на общую сумму 300 тысяч сингапурских долларов для спекуляций на фондовом рынке. Деньги были выданы под гарантии этого подрядчика. В итоге Ви Тун Бун получил четырем с половиной года тюрьмы. Он обжаловал приговор, но обвинение ему оставили в силе, хотя срок заключения и снизили до полутора лет.

…Сегодня по всему СНГ принято считать, что взяточничество и казнокрадство невозможно одолеть. Однако есть подозрение, что и в Сингапуре полвека назад говорили то же самое. Может, есть смысл прекратить разговоры, и начать действовать? Глядишь, и сработает сингапурский метод.

Дмитрий ОРЛОВ, генеральный директор аналитического центра «Стратегия Восток-Запад» (Кыргызстан), специально для «Первого антикоррупционного СМИ»

Нет, чтобы оставить хороший след в сердцах людей ,чтобы о тебе вспоминали десятилетиями и после ,наши прорвавшиеся во власть чинуши практически все без исключения уходят с проклятиями. Ну,сколько можно воровать ,пора бы и насытиться ?

[quote=Bolshevik]Нет, чтобы оставить хороший след в сердцах людей ,чтобы о тебе вспоминали десятилетиями и после ,наши прорвавшиеся во власть чинуши практически все без исключения уходят с проклятиями. Ну,сколько можно воровать ,пора бы и насытиться ?[/
А почему,Ильич, тот же Сталин, не имевший ни гроша с казны страны и создавший на обломках самодержавия такую мощную страну 20 века, все равно некоторой частью потомков был проклят?
Может наш народ ещё не определился приоритетами и сознательно не достиг истинных ценностей внутренней свободы?

Да нет, никогда не быть Дагестану (и России) "Сингапуром". Одна планета - два разных мира.

Хорошая статья, однако плохой, но очень тонко - коварный подтекст для среднего обывателя: Вот ведь как можно при желании и умении, а у Васильева и Дадаева мол не получается. Исходные позиции и внешняя среда ОЧЕНЬ разная в обеих случаях, плюс Сингапур - это уникальный случай даже в мировой практике, так что керосинить население через этот пример, не хорошо и не честно! Ваши бы усилия, Писаки, да в мирных целях)))

Магомеднури пишет:

Хорошая статья, однако плохой, но очень тонко - коварный подтекст для среднего обывателя: Вот ведь как можно при желании и умении, а у Васильева и Дадаева мол не получается. Исходные позиции и внешняя среда ОЧЕНЬ разная в обеих случаях, плюс Сингапур - это уникальный случай даже в мировой практике, так что керосинить население через этот пример, не хорошо и не честно! Ваши бы усилия, Писаки, да в мирных целях)))

по вашему сидит Маирбек и занимается коварством? ваше мнениеэто мнение одного человечка и не более.думаете Василтеву и Дадаеву под силу то что сделал сингапурец? Сингапурец был человеком свободным в отличие от наших винтиков системы.
Нашим дали задание проследить за местом обитания папуасов чтобы жили тихо мирно и не мешали и еще меньше думали и вслух говорили. Когда телят пасут первый раз, их вокруг охраняют чтобы не разбежались чтобы не упали если горная местность что они едят и как себя чувствуют пастуха не интересует. Цель постуха в целости и сохранности привести телят домой. сегодня дагестанцы телята а Васильев или Дадаев пастухи.вот и делай выводы кто хитрей власть на верху или Маирбек?

Магомеднури пишет:

Хорошая статья, однако плохой, но очень тонко - коварный подтекст для среднего обывателя: Вот ведь как можно при желании и умении, а у Васильева и Дадаева мол не получается. Исходные позиции и внешняя среда ОЧЕНЬ разная в обеих случаях, плюс Сингапур - это уникальный случай даже в мировой практике, так что керосинить население через этот пример, не хорошо и не честно! Ваши бы усилия, Писаки, да в мирных целях)))

В наших условиях действительно такое обращение с населением невозможно. В условиях Сингапура у руководства была исключительная возможность в рамках маленького государства с абсолютно- контролируемой территорией делать со своим населением, что захочет. Сингапур поднимался в условиях запредельной диктатуры.
Причем под репрессии попали все, вплоть до друзей и родственников Ли Куан Ю. Никто не имел шанса оказать сопротивления властям. И на сегодня такого шанса ни у кого тоже нет.