Откровения о СИЗО

Три заседания подряд суд допрашивал экс-начальника СИЗО-1 Махачкалы Дауда Давыдова. Он, а также двое его подчинённых – младшие инспекторы дежурной службы Махач Вакилов и Абдула Мирзоев – обвиняются в превышении должностных полномочий с применением насилия, в вымогательстве в целях получения имущества в особо крупном размере и в получении взятки группой лиц по предварительному сговору. Дело рассматривает Кировский районный суд Махачкалы.

По версии следствия, с декабря 2015 года по июнь 2019 года Дауд Давыдов, Махач Вакилов и Абдула Мирзаев неоднократно избивали бывшего следователя СУ СКР по РД Арслана Курбаналиева и оказывали на него психологическое давление, заставляя оговорить себя. Также от его супруги сотрудники СИЗО получили взятку на общую сумму 150 000 рублей за незаконные свидания. В 2017 году подсудимые под пытками заставили арестанта Шамиля Рамазанова переписать земельный участок со зданием и квартиру в Подмосковье на подставное лицо.

В этих же эпизодах был задействован ещё один сотрудник СИЗО-1 – Магомед Салиев, но он признал вину и пошёл на досудебное соглашение, его дело рассматривается в особом порядке. В вымогательстве и избиениях арестантов СИЗО принимали участие осуждённые Рустам Рустамов и Султан Магомедшапиев. Последний, после того как в январе 2020 года третий раз был оправдан присяжными по делу об убийстве, скрылся.

Свою вину Дауд Давыдов не признаёт ни по одному из вменяемых ему эпизодов. В качестве аргумента защиты он всё время ссылается на то, что выполнял указания то оперативного отдела УФСИН по РД, то УФСБ по РД и Следственного управления СКР...

По словам Рамазанова, возглавлял всю преступную группу Давыдов, который лично давал своим подчинённым поручения, в том числе об избиении подозреваемых. Все приказы беспрекословно исполнялись Махачем Вакиловым, Абдулой Мирзаевым и Магомедом Салиевым, который в изоляторе был известен под прозвищем Дикий Мага.

С 1 по 10 февраля 2019 года Вакилов и Мирзаев по указанию Давыдова заводили арестанта Ахмеда Далгатова в камеры, где находились подследственные Султан Магомедшапиев и Рустам Рустамов, избивали и требовали передать больше трёх миллионов рублей.

 

Беседа с куратором

 

Давыдов в ходе суда отрицал вину по эпизоду с Шамилём Рамазановым, как, впрочем, и эпизоды по Ахмеду Далгатову и Арслану Курбаналиеву.

Подсудимый заявил, что в тот период, когда Далгатов появился в СИЗО, он находился в отпуске, и справка об этом приобщена к уголовному делу. По словам Давыдова, ни он, ни его сотрудники не побуждали никого к взятке, а показания Далгатова и сокамерника последнего – Нигматулаева – голословны.

«То, что ему дали матрас и одеяло, подтверждается карточкой и показаниями свидетелей. Что касается Нигматулаева – он рецидивист по статье «Мошенничество». Каких-либо доказательств, что переведённые его супруге 300 тыс. рублей предназначались мне, в материалах не имеется. Я никогда не давал указаний организовывать встречи Далгатова с Магомедшапиевым и Рустамовым. Все ссылаются на Магомедшапиева, а он остался недопрошенным по делу, не задержан, более того, специально отпущен, и ему дана возможность сбежать, и никому это не интересно», – рассказал Давыдов.

Он добавил, что за полгода до этого Нигматулаев находился в СИЗО в блоке «Г», оказывал содействие ФСБ, ЦПЭ, СК.

«Его контролировали, где он обманул, а где нет, у определённых структур были такие возможности, с помощью сотрудников в том числе. Таким образом, – утверждает Давыдов, – было раскрыто много тяжких преступлений, в частности, террористической направленности».

По его словам, оперативники сообщили ему, что на Далгатова оказывалось давление.

По этому поводу к нему пришёл куратор от ФСБ и попросил без его участия задать подследственному два вопроса: действительно ли это было и собирается ли он написать заявление.

«Я тогда не подумал, но сотрудник ФСБ оставил сумку с телефонами у меня на столе, и не удивлюсь, что весь наш разговор записывался. Сам он в это время сидел у моего заместителя. Я поговорил с Далгатовым, он всё отрицал. Куратор дал указание поместить его в блок «Г» и чтоб к нему никто не подходил. После этого вызывал Магомедшапиева.

У меня к нему не было доверия, но его пришлось поддержать как положенца, потому что в СИЗО другой (арестант – «ЧК») провоцировал изнутри массу на дезорганизацию. Мы это всё согласовали с оперативным отделом управления», – пояснил Дауд Давыдов.

Кроме того, экс-начальник СИЗО-1 в этот же день разговаривал с другим сидельцем – Джамбулатовым, который просил за Магомедшапиева. У Давыдова была претензия к ним, потому что они все свои дела прикрывали его именем и таким образом набивали себе авторитет. Как ему рассказал Джамбулатов, у Далгатова и Магомедшапиева есть общий родственник, Ахмед должен был 2,5 млн рублей, а с него взяли 3 млн рублей. Подсудимый уверяет, что невозможно передать 1,5 млн рублей в пропускном пункте, так как там круглосуточная камера работает, бывает руководитель ОСБ ФСИН, руководитель отдела режима и оперативного отдела.

Прокурор уточнил у Давыдова: «Я правильно понимаю, что дело сфабриковано куратором ФСБ против вас?»

«Я не знаю, такие слова не могу сказать. Я хотел бы это узнать, много вопросов за 2,5 года пришло в голову. Куратору отказал, так как не было письменного задания, и я ему сказал причину», – ответил подсудимый.

«Для чего вы это сказали про куратора? С чем это связано?» – настаивал прокурор.

«Потому что я отказал, а мой заместитель Эльдар Рамазанов, пока я отсутствовал, согласился. А это используется в уголовном деле, как будто я специально вызвал Далгатова и говорил ему ‘‘не болтать лишнего’’. Оставил у меня в кабинете два телефона, что до этого никогда не делал. Я так думаю, что если записывали разговор, то он должен быть, но почему-то в течение суток не возбудили в отношении меня уголовное дело», – пояснил он.

«Вы с заявлением обращались по этому поводу?» – уточнил гособвинитель.

«Нет, откуда я знал, что так будут раскручиваться. Это было 15 апреля 2019 года. С Далгатовым никогда ранее не был знаком. Никаких неприязненных отношений с ним не было. Я про Далгатова ничего сказать не могу, как понимаю, там вина Магомедшапиева. Просто кому-то захотелось отвести все эти преступления от него и просто всё повесить на нас», – предположил Давыдов.

 

Невидимые спецсредства

 

Также Давыдов утверждает, что экс-следователя Курбаналиева перевели в одиночную камеру в блок «Г» по указанию оперативного отдела, так как, по их данным, он знал о невидимых спецсредствах в СИЗО-1 в силу своей работы и намерено их повредил. Давыдов заявил, что не давал указания не пропускать его супругу в СИЗО, она общественный защитник, у неё был доступ. Он отметил, что сотрудник Шамиль Расулов сообщал о противоправных действиях Салиева, и он сразу же дал указания, чтобы его сняли с поста. В течение нескольких месяцев его уволили.

Что касается Курбаналиева, то, как уверяет Давыдов, он и другие сотрудники СИЗО выполняли указания оперативного отдела ФСИН, СУ СКР по РД, УФСБ по РД и ничего незаконного, по его мнению, не делали.

 «Вам оперативные сотрудники ФСИН дали указание меня изолировать из-за того, что, с ваших слов, я повредил какие-то ваши скрытые камеры и микрофоны? Я мог их видеть?» – просил конкретизировать потерпевший Курбаналиев.

«Я не могу на это отвечать, только в закрытом режиме. Можно на пять минут перерыв сделать? Нас оставьте, и я всё объясню. Он меня сейчас провоцирует, чтобы я лишнее сказал», – отбился Давыдов.

Потерпевший продолжил: «На каком основании в СИЗО могут изолировать?»

«Сотрудники оперативного отдела по звонку сотрудников ФСБ прибыли и дали указания, я их принял и в рамках положенного исполнял. Я сотрудникам следственного комитета разъяснил, каким образом они должны сделать, чтобы я смог эту работу организовать. На следующий день они принесли бумагу в оперативный отдел. Рассадку я, может, подписал», – ответил экс-начальник СИЗО-1.

Курбаналиев напомнил, что в уголовном деле есть постановление о его одиночном содержании, утверждённое Давыдовым. Обосновывалось решение тем, что подследственный являлся криминальным лидером, склонял сокамерников к нарушению режима, написанию жалоб, бессрочной голодовке, нападению на сотрудников. По словам потерпевшего, сотрудник СИЗО-1 Яраги Курбанов это подтвердил на суде и сказал, что это были указания Давыдова.

«Дали указание подготовить такое постановление», – признался подсудимый.

«4,5 года в одиночной камере содержали по какой причине: на основании этого рапорта или из-за того что повредил технические средства? Кто из сотрудников следственного комитета СКФО приходил и зачем?» – атаковал вопросами Курбаналиев.

«Не могу назвать их. Какие условия содержания? Вам что там должны были делать?» – возмутился Давыдов, добавив, что к Курбаналиеву хорошо относился и общался с ним по-дружески.

 

В кругу друзей

 

Кроме того, в суде допросили бывшего и действующего сотрудников УФСИН по РД, которые тоже находились некоторое время под следствием. Один из них стал Расул Магомеддибиров, главный бухгалтер ИК-2. Он был задержан в тот же период, что и Давыдов, находился под стражей, был переведён под домашний арест, а по истечении срока этой меры пресечения снова вышел на работу. Он обвиняется в получении взяток и злоупотреблении должностными полномочиями. Дело против него восьмой месяц лежит в СУ СКР по РД.

Магомеддибиров рассказал, что был очевидцем обстоятельства, когда Далгатов признавался в оговоре экс-начальника СИЗО-1. По его словам, он содержался в одной камере с Абдулой Мирзаевым.

«В октябре 2020 года мы с Мирзаевым находились в прогулочном дворике, и на его приветствие откликнулся Далгатов, так как он узнал голос Абдулы. Они беседовали, и Мирзаев его спросил, почему он даёт ложные показания против него. Далгатов ответил, что был вынужден, потому что сотрудники ОСБ и ещё какой-то структуры к нему подошли и оказывали на него давление, обещали за оговор Мирзаева и начальника СИЗО помочь ему выйти условно-досрочно. На Дауда он злой, так как много раз просился на приём к нему. Признался, что у него не было другого выхода, но если ему отправят хорошего адвоката, на суде от этих показаний будет отказываться. В итоге сотрудники ОСБ УФСИН по РД своё слово не сдержали, поэтому зол на них», – вспоминает свидетель.

Прокурор уточнил, было ли на Далгатова давление со стороны ФСБ.

«Может, и было, не хочу врать», – ответил Магомеддибиров.

Второй свидетель – Михаил Мирошниченко, экс-сотрудник ОСБ УФСИН по РД. Его обвиняли в получении взятки за бездействие при выявлении хищения денег, выделенных на очистку канализации в СИЗО-1. По версии следствия, Мирошниченко получил 150 тыс. рублей от замначальника СИЗО, а расхищено было 1,8 млн рублей. Мирошниченко был заключён под стражу в феврале 2020 года. На данный момент уголовное дело против него прекращено.

Мирошниченко рассказал, что с конца 2017 года вёл оперативное сопровождение СИЗО-1 по линии собственной безопасности, также он обеспечивал госзащиту, под которой находились Дауд Давыдов и Абдула Мирзаев.

«Они проводили оперативные режимные мероприятия в условиях СИЗО, неоднократно поступала оперативная информация о том, что будет угроза жизни и здоровью им и членам их семьи. Эта информация проверялась и, если находила подтверждение, Давыдову предоставлялась личная охрана. От подследственных поступала информация, что они недовольны режимом содержания. До Давыдова арестанты кидались на сотрудников СИЗО, он эту заразу искоренил. Угрозы поступали от следственно-осуждённых и иных лиц, они через адвокатов передавали, что их нужно устранить», – доложил свидетель.

Он утверждает, что Курбаналиева не видел, знал, что он содержался. По его данным, проверка проводилась, но подозрения не нашли своего подтверждения. Также ему проступала информация на Салиева, что он вымогал деньги у арестантов.

Мирошниченко рассказал в суде, что, по его оперативной информации, родственник начальника второго отдела по расследованию особо важных дел СКР по РД Зураба Арсланбекова находился в СИЗО, и, видимо, ему были предоставлены не те условия режима, на которые он рассчитывал.

«В одно время следственный комитет имел препятствия попадания в СИЗО. Много не могу говорить, так как разрабатывал оперативно и обеспечивал госзащиту Давыдову, у меня была информация, что родственник жены Арсланбекова собирается совершить посягательство», – сообщил свидетель, добавив, что его дело тоже расследовал Арсланбеков.

Рамазанов задал ему вопросы: «Я давал вам два заявления по Давыдову и Салиеву? Вы у меня обнаружили синяки и сказали, что вызовете медиков?»

«Не давал, так как имеете право только через канцелярию подавать заявление. И синяков не было, я с его же адвокатом был, вызвали бы медиков и всё зафиксировали бы официально», – с недоумением ответил Мирошниченко.  ]§[

 

Номер газеты

Добавить комментарий

CAPTCHA на основе изображений
Введите символы, которые показаны на картинке.
Отправить на Яндекс (ТОЛЬКО для "Лента новостей", ЕСЛИ событие УЖЕ произошло)
Выкл