Страховая медицина в Дагестане устроена очень привлекательно, с точки зрения коррупционера (вернее, им же она и устроена). Произвольная трактовка идеи многоканального финансирования вкупе с извращением системы оплаты труда медиков привели к потере у них мотивации качественно оказывать услуги, а в перспективе угрожают крахом государственной бесплатной медицины.
Призывы спикера Совета Федерации Сергея Миронова распустить Фонд обязательного медицинского страхования должны бы насторожить население. Но нет. Идея находит множество сторонников. Если канет в Лету непопулярный в среде даже самих медиков, неведомый по сути своей деятельности ФОМС, то точно без митингов и акций протеста, какие мы наблюдали при отмене льгот. Говорят, пенсионная реформа провалилась потому, что не велась по ней просветительская работа среди населения. Если это так, то система медицинского страхования повторит траекторию развития накопительной пенсионной системы.
Алхимики
Люди, находящиеся у руля государственной страховой медицины Дагестана, – временщики. Менеджмент – это наука мотивировать людей на труд. Наука о мотивации врачей к труду руководству Минздрава РД, гор- и райздравов неведома. Практикующие врачи полагают, что в этих организациях свершаются таинства и «там» сведущие люди лучше знают, как платить зарплату, распределять оборудование между больницами и поликлиниками.
В самих же управлениях здравоохранения или в Минздраве сидят давно уже не медики, но от того не ставшие менеджерами и экономистами, эффективно управляющими средствами и фондами бесплатной медицины. А не имеющим никакого отношения к медицине гражданам их деятельность вообще кажется высшим пилотажем: мало того что сама медицина вызывает пиетет, так управление ею сколько ума требует! Удобно. Очень. Для коррупционеров.
В конце прошлого года УБОП МВД РД выявил нецелевое использование средств ФОМСа, поступивших в Республиканскую клиническую больницу (РКБ), – 56 млн рублей. Для того чтобы возместить их, Минфин Дагестана ежемесячно удерживает 4–5 млн рублей с ФОМСа из тех средств, которые должны были пойти РКБ (ежегодно в республиканском бюджете закладываются средства на обязательное медицинское страхование безработных граждан). Что же теперь? На эти 4 или 5 млн рублей в месяц РКБ не сможет оказать медицинской помощи своим пациентам-безработным? Неизвестно.
56 млн, согласно Уголовному кодексу, – особо крупная сумма. Нецелевое использование средств бюджета в особо крупных размерах предусматривает лишение свободы на срок до пяти лет. По слухам, бессменный главврач РКБ Шейху Магомедов в этой должности удержался благодаря покровительству близкой родственницы руководителя республики.
За здравие Минздрава
Здесь, наконец, уместно объяснить читателю специфику организации страховой медицины в Дагестане. Финансирование лечебно-профилактических учреждений, оказывающих бесплатную медицинскую помощь, производится из нескольких источников (так называемое многоканальное финансирование): бюджета, ФОМСа и за счёт платных услуг. Например, в ту же РКБ средства поступают из ФОМСа «Дагестан», республиканского бюджета по линии Минздрава, федерального бюджета в части мероприятий нацпроекта «Здоровье», от пациентов в качестве платы за отдельные виды услуг. Распределение видов расходов между бюджетами и Фондом следующее. Фонд возмещает затраты на лекарственное обеспечение и питание пациентов и посетителей лечебно-профилактического учреждения (ЛПУ). Всё остальное: оплата коммунальных услуг, приобретение и эксплуатация оборудования, а также полное финансирование высокотехнологичных видов медпомощи (их перечень устанавливает ежегодно Минздрав в рамках территориальной программы гарантированной бесплатной медицинской помощи) – берёт на себя Минздрав (см. фоторепортаж на 7 стр. – Прим. ред.). В отношении же муниципальных учреждений здравоохранения (в основном это поликлиники) те же расходы обеспечивает местный орган управления здравоохранением.
Возникает вопрос: кто оплачивает труд медиков? Здесь заложена та самая мина, о которой мы говорили выше. Страховая медицина предполагает, что оплата труда врача прямо зависит от количества и качества оказанных им медицинских услуг. Каждый визит больного к врачу, с точки зрения страховой медицины, есть наступление страхового случая, за который полагается страховое возмещение. В сумме возмещения «сидят» три вида статей затрат: лекарства, питание больного (при лечении в стационаре) и оплата услуг врача. Соответственно, чем больше больных пролечит врач, тем больше он заработает.
«Не складывается что-то, – подумает врач, читающий эти строки. – Я получаю фиксированную зарплату по тарифной сетке из Минздрава (горздрава) – и всё». То-то и оно, что от врачей Минздрав и горздравы требуют увеличивать приём больных, ссылаясь на нормативы (в среднем 40 человек в день), потворствуя, таким образом, приписке ради выполнения плана. Зачем план, если зарплата фиксирована и не привязана к сделке?
ФОМС выделяет деньги за каждого пролеченного или принятого больного. Скажем, для поликлиник Махачкалы в среднем одно посещение оплачивается 45 рублями. За месяц, таким образом, средняя поликлиника Махачкалы зарабатывает порядка 900 тысяч – 1 млн рублей. При пересчёте на одного врача с учётом среднего числа приёмов в день выходит около 40 тысяч «на нос». Допустим, если из заработанной врачом суммы половину отдавать ему, а другую половину распределять между остальным персоналом поликлиники, то без учёта отчислений с фонда оплаты труда врач должен получать в месяц около 15 тысяч рублей. Если сумма заработанного им будет делиться хотя бы в пропорции 20 % на 80 %, то его заработок составит порядка 6 тысяч. ФОМС выделяет эти деньги ЛПУ, иначе не заставляли бы врачей заполнять массу регистров. Но вот до лечащих врачей эти деньги странным образом не доходят.
По справедливости деньги должен получать тот, кто оказывает медицинские услуги. Вместо этого на известных только Минздраву и горздраву Махачкалы основаниях деньги за услуги, оказанные врачами, попадают к ним. А уже оттуда они растворяются, словно их и не было. Врачам же выделяется фиксированная заработная плата по тарифно-квалификационной сетке, составляющая в среднем 3800 руб. Да ещё в качестве общественной нагрузки их же заставляют заниматься бумаготворчеством, чтобы снова и снова получать из ФОМСа деньги. От них же в сами поликлиники попадает произвольно устанавливаемая мизерная часть в виде премий врачам якобы за выполнение нормативов.
За упокой медстраха
Страховая медицина и бесплатная государственная медицина – это не одно и то же. Государственную бесплатную медицину обеспечивает государство из бюджетных источников. В случае с обязательным медицинским страхованием за медицинские услуги платит работодатель, производя отчисления во внебюджетные источники. То есть страховая медицина платная. Это социальный институт капиталистического общества. Здесь должны работать рыночные взаимоотношения: деньги получает тот, кто их зарабатывает, а государственный исполнительный орган в сфере здравоохранения занимается нормативным и методическим регулированием отрасли. У нас же, по весьма непротиворечивым данным, деньги, зарабатываемые республиканскими ЛПУ, Минздрав держит на счетах банка «Дагестан», которым «рулит» брат министра здравоохранения РД Ильяса Мамаева. Доходы поликлиник Махачкалы, наверно, «капают» на счета в Махачкалинском городском муниципальном банке. Вот и получается, что врачи, не пользующиеся выгодами страховой медицины, ненавидят цветные бумаги, именуемые страховыми полисами обязательного медицинского страхования. Так, за апрель 2007 года поликлиники Махачкалы, согласно регистрам учёта, оказали услуг на 33,5 млн рублей. Но инспектора ФОМСа, проверив их, признали оказанными медицинские услуги на сумму лишь 22,7 млн рублей. Услуги в общем объёме на 9,6 млн рублей забраковали, в том числе вследствие неверно заполненных регистров, что даёт основание инспектору выносить решение о некачественной услуге и не оплачивать её. На деле имеет место форменный саботаж со стороны врачей: зачем брать на себя «общественную нагрузку» в виде заполнения кипы бумаг на каждого посетителя? При таком раскладе посыл спикера Совета Федерации Сергея Миронова распустить ФОМС встретит бурное одобрение медицинских работников при полном равнодушии населения, не успевшего почувствовать разницу между бесплатной и страховой медициной.
Республиканский ортопедо-травматологический центр
Он же городской травмцентр, он же травмпункт. По нормам, на каждые 150 тысяч населения должен функционировать один травмпункт. Полумиллионная Махачкала нуждается ещё в трёх.
Единственный стационарный рентгенаппарат часто выходит из строя. Переносными рентгенаппаратами должны быть оснащены отделения травмотологии, ортопедии и реанимации. Стационарными – травмпункт и сам центр.
Нет аппарата УЗИ. Больных вынуждены выписывать без снимков. Вместо 10 аппаратов искусственного дыхания всего 2.
Вместо 119 коек должно быть 480 по уровню населения.
В штате отсутствуют собственные специалисты: нейрохирург, невропатолог, окулист. Их приходится вызывать из других учреждений здравоохранения.
Республиканский центр инфекционных заболеваний
Уровень оснащения квалифицированными врачами критический. Нередко дежурные врачи по отделению ведут и приём.
Смертность в инфекционной больнице объективно высокая вследствие недостаточного текущего финансирования и оснащения оборудованием.
Здание ветхое.
Республиканский туберкулёзный диспансер
Не имеет собственного помещения. Здание, в котором сейчас расположен туберкулёзный диспансер, находится в ветхом состоянии.
Нет рентгенаппарата, диагностического оборудования. Отсутствует возможность для проведения процедур химиотерапии и коллапсотерапии.
Истинные масштабы распространения болезни неизвестны вследствие плохо поставленной работы по выявлению заболевания.
Республиканский онкологический диспансер
Больные не могут проходить комплексное лечение в одном месте, что является одной из причин высокой смертности по республике. Существует функциональное распределение онкологических больных. Например, при поражениях мозга их направляют в отделение нейрохирургии РКБ, лёгких – в таракальное отделение всё той же РКБ. Поэтому невозможно проводить последовательное и комплексное лечение больных.
Во дворе Центра, в пяти метрах от отделения радиологии, возводится огромное строение. По слухам, не то развлекательный центр, не то больница для дочери известного дагестанского политика.
Центр, рассчитанный на 120 коек, уплотнён до 200. Исходя из уровня заболеваемости и количества населения, республике необходим онкологический центр на 500–600 мест. ]§[
- 6 просмотров