[ Опоясанные смертью ]

Корреспондентам «ЧК», выехавшим на место происшествия, удалось восстановить хронологию событий. Итак, в половине девятого утра к КПП у дороги, ведущей в сторону городского ОВД (тут же расположены подразделения Управления дагестанской границы МВД по РД, ЦПЭ МВД по РД, а также местное УФСБ РФ по РД), подъехала автомашина «нива». За рулём авто сидел человек в милицейской форме, а на бортах машины имелись надписи с милицейской символикой. Водитель, рассчитывая сойти за «своего», попытался проехать через шлагбаум. Но дежурившие у КПП милиционеры потребовали у него служебное удостоверение. Поняв, что замысел не удался, водитель свернул от КПП в сторону объездной дороги, ведущей к зданию ГОВД. Проехав 60 м, он остановился. В это время милиционеры, которые насторожились странным поведением водителя и видом его авто, просевшего будто от тяжёлого багажа, передали информацию коллегам в отдел. Как раз к этому времени в ОВД закончился развод личного состава (в ГОВД собралось большое количество милиционеров: на 31 марта были назначены служебные занятия и стрельбы), и милиционеры стали отъезжать от отдела на своих машинах. По получении информации к машине приблизились двое сотрудников ГИБДД. В тот момент, когда милиционеры стали выходить из своего авто, раздался мощный взрыв (8:40 утра). (Есть и другая версия первого подрыва. Согласно ей, после получения информации о подозрительном автомобиле милиционеры стали его преследовать и попытались блокировать, взяв в кольцо.) В результате два инспектора ДПС – Василий Юриков и Сергей Кожурин – погибли на месте (смертельное ранение получил и житель города, оказавшийся рядом). Их тела раскидало от эпицентра взрыва на десятки метров. От самой «нивы» остались лишь мельчайшие фрагменты. На месте взрыва образовалась воронка высотой в человеческий рост и шириной почти в 5 м. О силе взрыва говорит и тот факт, что в радиусе 300 – 400 м от эпицентра взрыва выбило окна, повреждена кровля домов. В 20 м от места взрыва расположена школа­гимназия № 1 г. Кизляра. Занятий в школе в этот день не было: шла подготовка к первому после весенних каникул учебному дню (1 апреля). В самом здании в этот момент находился директор школы и несколько учителей, получивших ранения лёгкой степени тяжести. Пооценкам криминалистов из УФСБ, мощность бомбы составила 200 кг в тротиловом эквиваленте, при этом сам заряд был начинён поражающими элементами в виде болтов и гаек, а также рубленой арматуры, которая была порезана наискосок.

Само место первого подрыва представляло собой ужасающую картину: в радиусе 50 м от эпицентра были разбросаны детали авто и фрагменты человеческих тел. В эпицентре взрыва оказались и другие сотрудники милиции, выезжавшие с развода (всего пять машин). После взрыва раненных милиционеров стали свозить на попутном транспорте к городской больнице.

Когда к месту взрыва стали стягиваться милицейские силы и просто зеваки, прибыли машины «скорой помощи» и пожарные наряды. В 30 м от первого взрыва прогремел второй (9:05).

По одной из версий, к группе руководящего состава сотрудников местного РОВД и следователей из МРСО СКП по Кизлярскому району подбежал молодой человек в милицейской форме с лейтенантскими погонами и привёл в действие взрывное устройство, размещённое на его теле. По другой версии, смертник, пройдя оцепление под видом сотрудника милиции, стал интересоваться тем, что произошло. Он протиснулся к группе офицеров; тут «взрывника» заметил его дядя, сотрудник уголовного розыска местного ГОВД, который, не совсем понимая, что тут делает его племянник в милицейской форме, стал его отгонять от места взрыва. Вскоре он вернулся и сразу же подорвал себя. В результате все, кто был рядом, попадали на пол. Разорванное тело самого смертника подбросило в воздух на 20 – 25 м. Как впоследствии выяснилось, смертник облачился в форму незадолго до теракта; под милицейской одеждой у него был спортивный костюм. От полученных ранений на месте скончались семь сотрудников, включая начальника Кизлярского РОВД полковника Виталия Ведерникова и начальника отдела по налоговым преступлениям этого же подразделения майора Магомеда Саидова. С ранениями различной степени тяжести в больницу города были доставлены 10 сотрудников милиции и 7 гражданских лиц.

 

 

Избежать большего количества смертей удалось благодаря случайности. Между собравшимися после взрыва расположились две машины «скорой помощи». Они приняли на себя взрывную волну, обрушившую на них поражающие элементы.

Опознать смертника удалось сразу: его лицо осталось неповреждённым. Им оказался местный житель Дауд Джабраилов, 1988 года рождения, состоявший на оперативном учёте у местных милиционеров как приверженец ваххабизма. Джабраилов, предположительно иранец по национальности, уроженец Дагогней, проживает в Кизляре.

В общей сложности в результате подрывов в Кизляре погибли 12 человек (в том числе два смертника), около 30 получили ранения. 17 раненых из Кизляра вертолётами доставили в лечебные учреждения Махачкалы. В Центральной городской больнице Кизляра находятся девять раненых, двое из которых в тяжёлом состоянии.

Как рассказывает местная жительница, дом которой находится в нескольких метрах от эпицентра, взрыв был настолько сильным, что в её доме от взрывной волны стала «играть» крыша. У женщины чудом остался жив ребёнок. «Я как раз собирала сына в садик. Его кровать рядом с окном. Разбудив, я одевала его в другой комнате, это и спасло его. А так, если бы был в кроватке, стёкла от окна попали бы в него». Она же рассказала, что по городу сразу после теракта распространились слухи «о большом количестве жертв, что в местной больнице не хватает мест для раненых», «о пяти взрывах и ещё нескольких разминированных авто», «об аресте подозрительной девушки в хиджабе у здания общежития».

Учительница школы­гимназии № 1 Валентина рассказывает, что, когда прогремел второй взрыв, она уже была в школе: «Мы планировали подготовить школу к завтрашнему дню. Летом сделали новую крышу, окна новые установили, и камеры наблюдения по периметру. А теперь где детям учиться? Завтра им в школу?»

На место происшествия сразу после случившегося прибыл президент Дагестана Магомедсалам Магомедов, заявивший, что республика будет ходатайствовать о награждении погибших работников госнаградами (1 апреля президент РФ подписал указ о награждении посмертно всех погибших сотрудников милиции орденами Мужества).

В своём обращении к жителям республики Магомедов повторил вслед за президентом России Дмитрием Медведевым и премьер­министром Владимиром Путиным, что теракты в Москве и Кизляре – звенья одной цепи: – «Теракты в Московском метрополитене и сегодня в Кизляре – звенья одной цепи, преследующие только одну цель – посеять страх и панику среди людей, расшатать общество, подорвать доверие людей к власти и дестабилизировать обстановку в республике. У них ничего не получится. Мы не дадим. Я требую от правоохранительных органов, чтобы они провели самое тщательное расследование этого теракта, выявили его организаторов и заказчиков. Наказание для них должно быть адекватным. Они не услышали нашего призыва к мирному диалогу, с этими людьми у нас не может быть ничего общего. Мы будем с ними бороться. В то же время это не означает, что мы намерены действовать только силовыми методами. Мы готовы вести диалог с теми, кто не замарал себя подобными преступлениями».

Владимир Путин пообещал, что семьям погибших будут выделено по одному миллиону рублей, гражданам, которым был причинён тяжкий вред здоровью или вред средней тяжести, – 400 тысяч рублей, гражданам, получившим лёгкий вред здоровью, – 200 тысяч рублей.

В среду, 31 марта, в Интернете появились сразу две записи от имени лидера Имарата Кавказ Доку Умарова. В первой аудиозаписи некий мужчина, представившийся Умаровым, утверждает, что во взрывах в Москве виноваты спецслужбы, непосредственно Путин. Вечером того же дня на ресурсе YouTube появилось уже видеообращение Умарова, заявившего, что теракты в Москве 29 марта являются ответом на спецоперацию силовиков 11 февраля в Ингушетии, где, наряду с членами вооружённого подполья, были убиты четверо мирных жителей Чечни, занимавшихся сбором черемши. При этом Умаров пообещал, что это не последние атаки: «Война придёт на ваши улицы и в ваши дома». Мотивируя свои угрозы тем, что именно на налоги простых граждан на территории Северного Кавказа, по его словам, бесчинствуют силовики. Умаров также сказал, что ему смешно, когда его обвиняют в терроризме, а Путина – нет.

 

 

В четверг глава ФСБ России Александр Бортников на совещании в Махачкале подтвердил версию, согласно которой к терактам в Москве причастно подполье Северного Кавказа: «Мы знаем персонально организаторов терактов; проводится оперативно­разыскная работа». По его словам, «получены определённые материалы, задержан ряд лиц, ведутся допросы, получены вещественные доказательства, проводятся экспертизы». Он также заверил, что спецслужбы во что бы то ни стало доведут дело до конца.

Сразу после этого заявления в СМИ просочилась информация, что спецслужбами установлена личность обеих террористок­смертниц, которые привели в действие бомбы в Московском метрополитене. Было озвучено и то, что спецслужбам удалось выследить путь, по которому смертницы добирались в Москву.

Они приехали на автобусе «Кизляр – Москва» в ночь перед взрывом. Автобус прибыл к спорткомплексу «Лужники» в два часа ночи. До открытия метро женщины оставались в салоне автобуса. Вместе с ними был некий сопровождающий, который сейчас находится в розыске. Одна из них, совершившая взрыв на станции метро «Парк культуры», – вдова лидера дагестанского подполья Умалата Магомедова по прозвищу Альбара (убит 31 декабря 2009 года). Вторая (та, что помоложе) – опознана как 20­летняя Марха Устарханова, вдова убитого боевика из Гудермеса Саидэмина Хизриева, который подозревался в подготовке убийства президента Чечни Рамзана Кадырова.

Источник «ЧК» в правоохранительных структурах пояснил, что касательно первой нет никаких сомнений: это на самом деле вдова Магомедова – Дженнет Абдуллаева, 1992 года рождения, уроженка с. Костек, Хасавюртовского района (девушка опознана родными). О второй женщине источник заявил, что пока с уверенностью об установлении её личности говорить нельзя.

Произошедший теракт в Кизляре показал, что тактика атак смертников в Дагестане приобретает масштабность. Ранее сообщения о подобного рода ЧП мы могли слышать только из соседней Чечни и Ингушетии. В Дагестане впервые атака смертника произошла 1 сентября 2009 года, когда был подорван въездной пост в Махачкалу.

Следующий подобный теракт произошёл также в Махачкале у базы ДПС 6 января 2010 года. При этом тактика двойных атак (подрыв или обстрел сотрудников правоохранительных органов, а затем подрыв этого же места) уже апробирована в Дагестане. В нашем случае своеобразным ноу­хау стала двойная атака смертников (есть мнение, что и в Москве вторая смертница планировала подорвать себя на той же станции, что и первая), переодевшихся в милицейскую форму.

P. S. Всего с начала 2010 года в Дагестане убито 33 сотрудника милиции…