[ колонка ]

[Институт аманатства] Аманатство (заложничество) – не абсолютно новый феномен для Северного Кавказа.

Всегда находились люди или община (тухум, тейп и т. д.), стремившиеся решать ту или иную проблему через захват и насильственное удержание у себя в основном мирных граждан, относящихся к лагерю противника. Но особое распространение аманатство получило в период последней из Кавказских войн. При генерале от инфантерии, «проконсуле Кавказа», палаче горских народов Алексее Ермолове это неприглядное занятие даже облачилось в государственные одежды. Прикрываясь «государевыми интересами», он брал в заложники как близких родственников наибов и мюридов, воюющих против царской армии, так и целые населённые пункты. Беспристрастная летопись свидетельствует, что только в одном месяце 1820 года «из самых влиятельных горских семей были взяты 24 человека и помещены в Дербент».

Притом необязательно аманатство тогда означало унижение и арест. Почти всегда практиковалось «почётное заложничество», которое позволяло «одним выстрелом убить несколько зайцев». Аманатство такой формы не только оказывало умиротворяющее воздействие на противника, но и готовило пятую колонну в самом сердце гор. Ведь многие «почётные» пленники (обычно их называли гостями) видели другой образ жизни; иногда они учились в российских военных училищах. Заканчивая учебные заведения, они возвращались домой вообще иными людьми. В качестве наиболее наглядного подтверждения можно привести хотя бы ситуацию со старшим сыном третьего имама Чечни и Дагестана Шамиля – Джамалуддином. Девятилетним заложником царской России он стал в 1839 году. А в 25-летнем возрасте имаму вернули не дагестанца, воина и мюрида, а изнеженного русского офицера, который, по свидетельству Мухаммад-Тагира аль-Карахи, неоднократно просил отца мирно договориться с царём.

С той поры утекло немало воды. Считалось, что с каждым годом человечество становилось всё гуманнее и гуманнее. В 1949 году даже принимается Женевская конвенция, статья 34 которой гласила: «Взятие заложников запрещается». Но, как говорится, бумага всё стерпит. И сегодня на Северном Кавказе институт аманатства функционирует с таким же размахом, что и во времена кавказских войн. Почитайте повнимательнее данный номер «ЧК». Есть и особенности. Заложников-то берут, в том числе женщин с детьми, но никто не хочет называть вещи своими именами. Сейчас аманатство проходит как «пособничество бандитам, незаконное хранение оружия и т. д.». Коренное отличие от времён Шамиля также заключается в «умиротворении» противной стороны только пытками и судебными преследованиями. Оставляя в стороне этическую сторону проблемы, невозможно не заметить, что с точки зрения интересов государства наиболее эффективным всё-таки представляется именно «почётное заложничество». Может, пора его возродить, раз уж современная власть никак не может обходиться без аманатов? . ]§[