Если задать поиск по Абулгамиду Эмиргамзаеву в интернете, то помимо ссылок на нашу газету найдётся не более трёх-четырёх упоминаний его имени. До недавнего времени только узкий круг московской бизнес-элиты знал о нём и его деятельности. Сейчас же он рассматривается как один из наиболее вероятных кандидатов в Госдуму от республики. Тем ценнее для нас оказалась возможность взять у него интервью.
– Давайте, интервью будет не с кандидатом в депутаты Госдумы, а с председателем регионального отделения партии «Справедливая Россия».
– В какой момент вы почувствовали, что нужно идти в политику?
– Любой человек созревает для чего-то. Меня всегда интересовала политика, особенно внешняя. Плюс пример многих политиков, которые тоже пришли из бизнеса. Вот и я созрел.
– В марте вы были избраны в Народное Собрание и заявили самоотвод. Муху Алиев сказал, что для того, чтобы обеспечить национальное представительство в парламенте, приходилось просить уже избранных депутатов уступить своё место другим. С вами был такой разговор?
– Давно ждал этого вопроса. Что касается меня, то это было моё личное желание. Никто мне не указывал, что я должен делать. Объясню, почему я снялся. Ни для кого не секрет, что я живу в Москве. И сидя там, я просто мог не знать некоторых деталей, которые влияли бы на принятие того или иного решения. Поэтому посчитал, что другой человек, например директор «Дагдизеля» Николай Степанович (Покорский. – Прим. ред.), принесёт больше пользы Дагестану, чем я. Всё равно я как председатель регионального объединения буду в курсе всех событий. Я выступал в роли «паровоза» и привёл партию в Народное Собрание. Я не был в стороне и тогда и сейчас. Приехал, возглавил региональное отделение; работаю не покладая рук.
– Может быть, мартовские выборы были для вас репетицией декабрьских? Таким образом вы проверяли доверие населения?
– Если и так, то неплохая получилась репетиция. Вы знаете результаты. Мы опередили и коммунистов, и аграриев, и патриотов.
– Лидер «СпРоса» Сергей Миронов заявляет о приверженности партии социалистическим идеалам. Вы бизнесмен. Странно, когда бизнесмены выступают с социалистическими лозунгами…
– Я объясню почему. У нас сегодня в политике монополизм. «ЕР» сделала много полезного, но сегодня она просто захватила всё. Смотрите, всего три губернатора не являются членами «Единой России». Все основные министры – тоже члены этой партии. А нам ведь нужен плюрализм, дискуссия, политическая конкуренция. Нас обвиняют в копировании идеологии коммунистов. А у «Единой России» чем не коммунистическая дисциплина? Как один человек или партия сказали, так все и делают. Они не знают, что такое разногласия! У нас же в партии каждый может говорить то, что он думает, и к мнению каждого прислушиваются. Нет бизнеса без политики, я думаю, нет и политики без бизнеса. Быть хорошим бизнесменом, не имея политического влияния, в наше время очень тяжело. С другой стороны, я успешный бизнесмен, ни в чём не нуждаюсь, но когда смотрю на некоторые отрасли дагестанской экономики – больно становится. Хочется пользу принести своему народу.
– Скорей всего, в Дагестане на выборах в Госдуму будет два избирательных округа: южный и северный. В каком из них вы себя видите?
– А почему вы думаете, что я буду баллотироваться?
– Думаю, плох тот солдат, который не мечтает стать генералом.
– Вы правы. И если партия мне скажет, если выбор падёт на меня – я подумаю над этим предложением.
– А кто ещё из «Справедливой России» будет выдвигаться по Дагестану?
– Будет президиум партии, на котором всё решится. Но как только я узнаю, вам первым об этом сообщу.
– Вы как бизнесмен человек прагматичный и рациональный. Какую стратегию вы изберёте на выборах с учётом того, что Дагестан издавна симпатизирует коммунистам? Было бы нелогично с вашей стороны не привлечь их к сотрудничеству. Вы видите кого-нибудь из дагестанских коммунистов в своей партии?
– Вижу, но имён называть не буду. Коммунистам близки наши идеалы, поэтому они регулярно пополняют ряды нашей партии. У КПРФ неплохая идеология, но слова с делами не сходятся, нет у них возможности осуществить задуманное. Наша же партия, и тому много примеров, выполняет взятые на себя обязательства.
– Какую партию вы считаете конкурентом в Дагестане?
– Единственный конкурент – «Единая Россия».
– Как вы считаете, ваша партия оппозиционная?
– Любая партия, если она не у власти, – оппозиционная. А когда получает власть, – перестаёт быть таковой. Но свою партию я не назову оппозиционной. Мы поддерживаем курс президента Путина на наведение порядка в стране, на защиту национальных интресов, тем более он симпатичен мне как старому дзюдоисту. Просто его задачи и установки мы хотим воплощать лучше, чем это делает «ЕР».
– Вы предполагаете, какой процент голосов вы сможете набрать на выборах?
– Чем больше, тем лучше.
– В каком комитете в Госдуме вы смогли бы работать на профессиональной основе в случае своего избрания?
– Я вам так скажу: сначала надо выставить свою кандидатуру, потом пройти в парламент. А потом – как скажет президиум партии. Но это не значит, что у меня нет своего мнения. Может быть, у меня будут свои пожелания, может быть, у партии будут свои.
– И всё же бизнес привлекательнее для вас, чем политика. Ваш бизнес тесно связан с Москвой или вы собираетесь в Дагестан?
– Пока в республике у меня бизнес-проектов нет. Но в ближайшем будущем, думаю, что-нибудь крупное я построю. Пока не буду говорить, где и что. Хочу, чтобы дагестанцы не в Турции за 500 долларов отдыхали в трёхзвёздочном отеле, а в Дагестане за триста – в пятизвёздочном.
– У вас есть какие-то задумки?
– Да, я очень усиленно думаю об этом в последнее время. Единственное могу сказать, что бизнес будет связан с морем.
– А в Москве у вас есть бизнес в сфере туризма?
– Абсолютно никакого.
– А строительный?
– Строительный есть. Рассказать обо всём, что у меня есть?
– Не надо. А в Каспийске строится завод комфортного стекла…
– Я никакого отношения к нему не имею и даже не знаю, кто его строит.
– Вы, наверно, сможете оценить, насколько защищены права собственника в Дагестане. А как с этим в Москве?
– Быть хорошим бизнесменом – трудоёмкая работа. На то мы и сильные люди, чтобы уметь защитить свой бизнес вполне законными способами. Что же касается Дагестана, то здесь я пока бизнес не вёл. Но обнадёживает тот факт, что Муху Алиев, когда стал президентом, встретился с московскими бизнесменами-дагестанцами, пригласил вкладывать в Дагестан и гарантировал свою защиту от произвола чиновников. После этого многие мои коллеги по бизнесу, которые говорили, что никогда не вернутся в Дагестан, воодушевились. Начали инвестировать в Дагестан. Тот же пример Сулеймана Керимова для многих был показательным. Этот человек, в отличие от других, делает для республики гораздо больше, чем говорит об этом. Вернее, он вообще ничего не говорит, его дела за него говорят и ещё больше скажут. Просто не про всех люди ещё знают. Деньги, как говорится, любят тишину. Вкладывают многие, а гарантом для них выступает президент Дагестана.
– А какой долей своего состояния вы готовы рискнуть при инвестировании в Дагестан?
– В данный момент я не бизнесмен, а председатель регионального объединения «Справедливой России». И опять же деньги любят тишину.
– Вы сказали, что уважаете Путина за то, что он дзюдоист… А будь схватка: вы – Путин, – кто бы победил?
– Он вообще-то очень простой человек и ведёт себя достойно, но у нас говорят так: татами покажет. ]§[
- 7 просмотров