[ Тайны Дербентского двора ]

Дата: 
14 мая 2010
Номер газеты: 

«ЧК» уже сообщал читателям о предоставленных руководству УБЭП МВД по РД рапортах по фактам проведённых проверок финансово-экономической деятельности Дербентской городской администрации и её экс-главы Феликса Казиахмедова. Оперативники выявили ряд злоупотреблений, в частности, незаконную реализацию асфальтобетонного завода и здания женской консультации. Совокупный ущерб только от двух сделок милиционеры оценили в 10 миллионов рублей.

Сам факт проверки «деятельности» главы муниципалитета, пусть даже уже бывшего, с последующим его приданием гласности, со всеми вытекающими последствиями, в практическом формате дагестанской политики – явление нередкое и зачастую носит либо устрашающий характер, либо это месть более влиятельных сил за нелояльность. Иначе масштабы коррупции как таковой в республике не представляли бы угрозу в масштабах национальной безопасности.
 
Кому это надо,
кому это нужно…
 
Как ни странно, в новейшей истории Дагестана был эпизод, когда одновременно скопом посадили в тюрьму нескольких глав местных администраций. Достаточно вспомнить знаменитый «обезьянник» Владимира Колесникова. Правда, после отъезда Владимира Ильича в Москву всех арестантов досрочно освободили, а спустя ещё несколько дней размеры взяток в этих самых муниципалитетах возросли в несколько раз. Причину объясняли просто: один из глав администраций изрядно потратился на собственное освобождение. Единственный, кому в этой истории повезло меньше всех, – Артур Муталибов, бывший мэр Дагестанских Огней. Ему пришлось задержаться около трёх лет в местах не столь отдалённых, но и после освобождения на прежнее рабочее место тот вернуться не сумел: к тому времени кабинет главы города был занят Галимом Галимовым.
Действия же сотрудников УБЭП по отношению к Феликсу Казиахмедову именно сейчас, после того как он 9 апреля добровольно сложил с себя полномочия руководителя муниципалитета и назначил исполняющим обязанности своего оппонента на прошедших выборах – Имама Яралиева, некоторые эксперты расценивают как адекватную, то есть ожидаемую реакцию власти на его демарш. Ведь известно, что ещё накануне выборов «нежелезный Феликс» готов был уступить Яралиеву, но после встречи тогдашнего президента Муху Алиева с его отцом, директором Дербентского педагогического колледжа Гаджиахмедом Казиахмедовым, Феликс резко передумал. В Дербенте была популярной байка про то, как Муху Гимбатович сказал Казиахмедову­старшему, что он в курсе всех его грехов, и если они с сыном просто так уступят Дербент Яралиеву, то он как президент использует весь свой ресурс, чтобы надолго упрятать их за решётку.
По всей видимости, те, кто инициировал проверки хозяйственной деятельности бывшего градоначальника, преследуют две цели: во­первых, на примере Казиахмедова устроить показательную «порку» и внушить остальным, что слов на ветер они не бросают, а с «предателями» будут поступать самым жёстким образом. Второе: возможно, это некий сигнал­напоминание Имаму Яралиеву о том, что борьба за власть в городе ещё не закончена.
Эти версии не заслуживали бы внимания или детального рассмотрения лишь в том случае, если представить себе, что сотрудники УБЭП действовали исключительно по собственной инициативе в рамках строго определённого плана работы. Но в это верится с трудом. Ведь, как известно, Казиахмедов руководил городом в общей сложности 17 лет. Первые семь лет он был заместителем Николая Алчиева (вице­спикера НС РД, в то время мэра Дербента), а затем сменил шефа на данном посту и последние 10 лет представлял город в качестве первого лица. За это время, будь у правоохранителей желание и воля, они могли бы привлечь Казиахмедова к ответственности задолго до 27 апреля 2010 года. Поводов было предостаточно. Вспомнить хотя бы недостроенные объекты, под которые выделялись огромные бюджетные средства, например «Самур – Дербентский водовод» или прокрутка в коммерческом банке своего дяди денежных средств, принадлежащих детям­сиротам, и т. п.
Более того, многочисленные обращения и жалобы рядовых граждан во все инстанции, вплоть до администрации президента, причём не только дагестанского, на неправомерные действия со стороны городских властей в конечном итоге терялись в тех же коридорах власти, на которые они, собственно, и жаловались. Следовательно, «око государево» раскрылось вдруг не само по себе.
Отметим, что после прихода Яралиева выяснилось, что городская казна совершенно пуста. Во время одного из совещаний начальник финансового отдела Фейзиева ­Мирзеханова сообщила, что у них на счетах всего лишь 22 миллиона рублей. А тем временем долги бюджетникам увеличиваются: люди третий месяц не получают зарплату. Пришлось в срочном порядке выбивать в Минфине бюджетную ссуду и закрывать образовавшуюся брешь.
 
Куклы и кукловоды
 
3 декабря прошлого года судья городского суда Джанбулат Гаджиев, рассмотрев иск кандидатов на пост мэра Дербента Эльхана Казимова и Салиха Рамазанова, признал итоги выборов главы города 11 октября недействительными. По сути, в этот день, с подачи судьи Гаджиева, в России был создан прецедент, если хотите, реального проявления демократии, когда стало ясно, что даже в России с её авторитарным по содержанию режимом можно не только поспорить, но и выиграть. И не где­нибудь, а в обычном городском суде. С этого момента стало ясно, что перевыборы в Дербенте неизбежны. А вскоре была озвучена и дата дня голосования – 10 октября 2010 г. И очевидно, что Имам Яралиев, как безусловный фаворит последних выборов, обязательно победит и на предстоящих.
Поэтому Мурад Гаджиев – спикер местного собрания депутатов, где из 33 народных избранников 19 – его сторонники, один из хозяев города, чей бизнес – не только коньячный комбинат – прочно завязан на Дербенте, понимая, что правовой вакуум с признанием легитимности действующей (в лице Казиахмедова; читай: ручной) власти долго продолжаться не может, решил взять инициативу в свои руки. Так, 27 марта депутаты, поддержав своего спикера, попытались внести изменение в Устав города (в частности, в пункт 10). По замыслу депутатов, руководитель муниципального образования должен был избираться из своей среды простым голосованием. Видимо, этим новым главой должен был стать сам Мурад Гаджиев.
Возможно, что в условиях сложившейся структуры властной вертикали принять подобное решение Гаджиев самостоятельно, без согласования с президентом Магомедовым, вряд ли бы решился. В таком случае остаётся неясным, почему президент, который ещё недавно открыто поддерживал Имама Яралиева, вдруг передумал и встал на сторону Гаджиева. Вполне возможно, что в этом вопросе на президента повлиял его отец – Магомедали Магомедов, который накануне уже наверняка встречался с вице­спикером НС РД Насыром Гайдаровым, Станиславом Гаджиевым и Николаем Алчиевым – недавними противниками Яралиева. Не исключено, что почётный Председатель Госсовета попросту не поверил Яралиеву в желании ограничиться лишь притязаниями на Дербент и таким образом посоветовал сыну подстраховаться до следующих президентских выборов. А кресло мэра Дербента может укрепить и расширить позиции Имама Яралиева, причём не только в самом городе, но и во всём Южном Дагестане.
В этой ситуации судьба самого Феликса Казиахмедова, главной жертвы прошедших выборов, похоже, мало кого интересовала. Неопределённость будущего и осознание того, что власть ему больше никак не удержать, и томительное ожидание своей участи, которое теперь почему­то будет зависеть от людей, ещё совсем недавно стоявших рангом ниже его, наверное, побудили мэра к активным действиям.
Утром 9 апреля на совещании он представил городскому активу Имама Яралиева в качестве своего заместителя и одновременно исполняющего обязанности главы муниципального образования, так как сам слагает с себя полномочия мэра. На каких условиях договаривались бывшие противники – неизвестно, остаётся лишь догадываться. Однако доподлинно известно, что Мурад Гаджиев буквально на следующий день, как только услышал о рокировке в городской администрации (чего собственно он и опасался и приложил массу усилий, чтобы не допустить подобного исхода дела), прилетел с Мальты, где он живёт на вилле со своей семьёй уже несколько лет. Источники в городской администрации сообщают, что в тот же день состоялась встреча президента Магомедова с Гаджиевым и Яралиевым, на которой последний обозначил свою позицию в плане управления муниципалитетом и сказал, что у города не может быть одновременно несколько руководителей. Яралиев дал ясно понять, что делить власть, как прежнее руководство, он ни с кем не собирается.
 
А не послать ли нам гонца?
 
До следующих выборов осталось не так уж много времени – всего несколько месяцев, однако уже сейчас некоторые представители местного истеблишмента объединились в оппозицию и пытаются отвоевать утраченные позиции. К уже названным выше фамилиям: Мураду Гаджиеву, Николаю Алчиеву, Насыру Гайдарову – присоединились глава Дербентского района Курбан Курбанов и начальник Дербентского РОВД Мамед Шахбазов*. После того как планы Мурада Гаджиева стать мэром провалились, Шахбазова, как альтернативную кандидатуру, готовят на пост главы города. Более того, в Дербенте ходят слухи, что якобы эта группа делегировала на прошлой неделе в соседний Азербайджан своих представителей на встречу с президентом АР Ильхамом Алиевым, чтобы заручиться его поддержкой. Однако выяснить, насколько реальны эти слухи, пока не удалось… 

 
* Личность самого Шахбазова достаточна интересна. Известно, что в 1990­х, в разгар чеченской войны, он сам, не дожидаясь вышестоящего начальства, ездил договариваться с полевыми командирами и вызволял оказавшихся в плену подчинённых. Кроме непосредственной службы в ОВД, он известен своими бизнес­проектами. К примеру, ему, хоть и опосредованно, принадлежит предприятие по розливу гранатового сока, цех по изготовлению пластиковых пакетов, доля в бизнесе «пашабековский каменный карьер» (здесь также имел долю убитый в Махачкале Сейфутдин Казиахмедов, родной брат Феликса Казиахмедова). Так, Шахбазов участвовал в бизнес­проекте по экспорту в Азербайджан строительного леса. Его сын – офицер уголовного розыска ГОВД – в прошлом году был уличён в вымогательстве взятки. По данному факту возбуждено уголовное дело.