Кто-то борется оружием, а кто-то словом...

Верховный суд Дагестана вслед за Советским судом оставил без внимания доводы защиты
Дата: 
5 Июл 2019
Номер газеты: 

3 и 4 июля в Верховном суде Дагестана в открытом режиме проходило рассмотрение апелляционных жалоб на арест журналиста «Черновика» Абдулмумина Гаджиева и предпринимателя из Карачаево-Черкесии Кемала Тамбиева. Обоих оставили под стражей на два месяца, но с одной лишь разницей: Гаджиев участвовал в заседании по видеосвязи из СИЗО, а Тамбиев почему-то не заявил о своём участии на процессе…

В Верховный суд Дагестана 3 июля пришли несколько десятков человек поддержать журналиста «Черновика» Абдулмумина Гаджиева. Одиночные пикеты с требованием освободить его проходили до начала процесса и во время него у здания суда.

Перед судебным заседанием по видеосвязи из СИЗО Махачкалы Абдулмумин Гаджиев попросил родственников и коллег только об одном – передавать ему газеты и книги по макроэкономике, истории России и теории государства и права. Никаких жалоб на условия содержания в изоляторе наш коллега не имеет.

На вопрос судьи Абдулнасира Гимбатова, есть ли у него отвод к судье, секретарю и прокурору, Гаджиев ответил, что на этом процессе, к счастью, видит гораздо более адекватных людей, чем в прошлый раз (в Советском районном суде Махачкалы), поэтому отводов нет.

Гимбатов по ходатайству адвокатов и заявлению редакторов изданий «Черновик» и «Новое дело» разрешил фото- и видео-съёмку, правда, ограничил количество журналистов, которым можно фиксировать процесс на камеру.

Также судья разрешил супруге Гаджиева Дане Сакиевой принимать участие в суде в качестве защитника наравне с адвокатами и приобщил к материалам дела характеристику от декана финансово-экономического факультета ДГУ, где Абдулмумин Гаджиев работал преподавателем.

В апелляционной жалобе говорится, что показания второго подозреваемого не могут быть представлены как доказательство для избрания меры пресечения, так как Тамбиев признался, что его пытали и выбили показания против Гаджиева. Причём рассказ Тамбиева составлен со слов третьего лица – Карима Алиева.

В ходатайстве следователя третьего отдела по особо важным делам СУ СКР по РД Шамиля Валимагомедова не указана даже предположительная сумма собранных средств Гаджиевым. Но судья Советского суда Далгат Гаджиев 18 июня обратил внимание только на тяжесть статьи 205 УК РФ – финансирование терроризма и участие в террористической деятельности. Однако до сих пор ни Тамбиеву, ни Гаджиеву не предъявлено официально обвинение. Их статус – подозреваемые.

Шесть защитников Гаджиева просили суд отменить постановление первой инстанции о заключении под стражу на два месяца и освободить его из-под стражи.

 

Тяжкое преступление

на одном листе

 

Адвокат Арсен Шабанов в пояснении к апелляционной жалобе озвучил ещё одно существенное нарушение, допущенное судом первой инстанции. Это нарушение принципа гласности. Судья Советского суда Далгат Гаджиев по ходатайству прокурора Магомеда Ибрагимова 18 июня закрыл процесс.

«Подозреваемый Гаджиев был безосновательно и незаконно лишён права на публичное судебное разбирательство. В постановлении суда о закрытом режиме заседания не указаны конкретные и фактические обстоятельства, на основе которых суд принял данное решение. Обосновывалось тем, что создаётся опасность для участников процесса и может привести к разглашению тайн следствия. Эти лишь немотивированное желание следователя и прокурора. Суд не пояснил, кому из участников судебного заседания грозит опасность, в чём эта опасность выражается и какую связь она имеет с открытостью судебного заседания. Суд не указал, какие именно материалы, находящиеся на исследовании в судебном заседании, составляют тайну следствия», – отметил Шабанов.

Он добавил, что, несмотря на закрытый режим заседания, на оглашении решения журналисты имели право присутствовать, но их не допустили. Это нарушение является основанием для отмены судебного постановления. Адвокат зачитал нормативные акты Европейского суда по правам человека и Пленума Верховного суда РФ от 13 декабря 2012 года.

Адвокат Ринат Гамидов просил суд обратить внимание на ряд других документов, которые были необоснованно приобщены к материалам дела в первой инстанции. В одной справке ФСБ говорится, что Гаджиев может скрыться, и оказывается, «в Турции у него уже все подготовлено для переезда». В другой справке МВД Дагестана говорится, что Гаджиев, используя свои обширные связи, в том числе в Народном собрании РД, может повлиять на суд, поэтому необходимо его изолировать от общества. «Такие материалы не могут быть приобщены, и об этом говорит УПК РФ и в решении Верховного суда РФ, в Пленуме ВС РФ. Это является недопустимым, так как существует специальный порядок предоставления результатов ОРД (оперативно-разыскной деятельности), а других результатов быть не может, и просто так рассылать письма следователь не может. Должно быть что-то больше, чем представленное следователем обоснование на одном листе, тем более по такому обвинению как статья 205. Ничего другого нет в материалах дела, оно пустое», – заявил Ринат Гамидов.

По словам адвоката, есть только допрос Кемала Тамбиева, который слышал «от кого-то что-то». «Чем обоснованы подозрения, только тем, что он слышал? Завтра и вас можно обвинить в чём-нибудь, – обратился Гамидов к судье Гимбатову. – Кто-то слышал от кого-то, что вы что-то сделали… И меня так можно обвинить, и любого другого… Никакой конкретики нет».

А такой пример у судьи Абдулнасира Гимбатова есть. 30 мая в Советском районном суде при продлении Раипу Ашикову срока заключения под стражу адвокат Сапият Магомедова заявила, что у Омара Абдурашидова сотрудники ФСБ выбивали показания под пытками не только против братьев Ашиковых, но и судьи Верховного суда Дагестана Абдулнасира Гимбатова. Якобы Гимбатов был судьёй подконтрольным братьям Ашиковым, которых сейчас обвиняют в финансировании терроризма и в организации покушения на убийство коллеги Анвара Шамхалова.

 

Ошибка и тупик

 

Адвокат Исрафил Гададов отметил, что, когда судьям поступает материал по любой статье террористической направленности, они не хотят с этим связываться и выносят одно и то же решение – заключение под стражу. «Мы не обсуждаем вопрос виновности или невиновности, мы говорим, насколько достоверна информация, представленная в суд. До сих пор Абдулмумину не предъявлено обвинение. Несмотря на то что следствием позволяется предъявлять обвинение до 30 суток, если были бы доводы, доказывающие вину Гаджиева, ему уже предъявили бы обвинение», – пояснил Гададов.

Адвокат Мурад Магомедов считает сложившуюся ситуацию с Абдулмумином Гаджиевым глупой: «Терроризм – это боль и зло, наша общая трагедия. Кто-то борется оружием, а кто-то словом, делом, знаниями. Одним из тех, кто борется с терроризмом словом, делом и знанием, был и есть Абдулмумин Гаджиев. Но, когда ситуация поворачивается так, что те, у кого есть сила и оружие, начинает бороться с тем, у кого есть знание, это тупик. Это не то что ошибка, незнание, непонимание ситуации, которая приводит к трагическим последствиям. Я говорил это в первой инстанции, прокурору, следователю. Мы зачитывали на суде полностью статью Абдулмумина Гаджиева «Сергокалинская трагедия», где описывается убийство братьев Нурбагандовых, и тех людей, которые действовали от имени запрещённой организации ИГИЛ, он назвал бандитами и преступниками. Я напомню, что его подозревают в том, что он якобы финансировал тех самых ИГИЛОвцев».

Адвокат Абас Гайдаров напомнил суду, что нет никаких доказательств, что Гаджиев переводил какие-либо средства за рубеж, а показания Тамбиев дал под пытками.

Общественный защитник Арсен Магомедов выступил перед судом, от имени рядового налогоплательщика, который, отдавая деньги государству, хочет получать качественную государственную услугу, в том числе в судебных инстанциях.

«Я заинтересован в борьбе с терроризмом. Наши налоги поступают в бюджет, и, по сути, всё, что здесь происходит, за наш счёт. Качественную услугу мы не получили в суде первой инстанции. Суд выносит своё решение, основываясь на показаниях избитого Тамбиева. Суд закрыл процесс и сделал его непубличным. Лично я не удовлетворён качеством правосудия, оно не отвечает требованиям разумности, добросовестности, в связи с чем прошу вернуть это качество на должный уровень и отменить постановление первой инстанции», – заявил Магомедов.

Супруга Гаджиева рассказала суду, что он всегда во всём является открытым человеком: в журналистской деятельности, в своей работе, семье, в общении с друзьями и соседями. «Это всё подтверждается тем, как отреагировала общественность. Дети наши находятся в большой стрессовой ситуации. Мумин очень близок к своим детям, участвует в образовании и развитии, поддерживает все их начинания. За 12 лет совместной жизни не могу дать своему супругу никакой отрицательной характеристики», – заявила она.

По её словам, у них никогда не было желания и планов уехать из Дагестана: «Даже когда была возможность остаться в Москве после учёбы, сразу было оговорено, что будем жить в Дагестане, работать здесь и приносить пользу».

Прокурор Караев пытался отстоять позицию стороны обвинения, но никаких новых доводов не представил суду, помимо показаний Тамбиева и справок ФСБ и МВД.

«Подозрения, в частности, обоснованы показаниями Кемала Тамбиева, который, будучи допрошенным 14 июня в качестве подозреваемого, показал, что Гаджиев со слов Алиева и по указанию Ахмеднабиева занимался сбором денежных средств для финансирования террористической организации ИГИЛ. Более того, в отношении Алиева также возбуждено уголовное дело. Дело возбуждено по факту финансирования с начала 2013 года, по информации ФСБ и МВД, преступная деятельность продолжалась до 2018 год. Представление доказательств на стадии предварительного следствия не предмет заседания», – отрапортовал он.

 

Без Тамбиева

 

Заседание в Верховном суде по апелляционной жалобе на арест Кемала Тамбиева состоялся 4 июля. Процесс проходил без участия подозреваемого. По словам судьи Магомеда Магомедова, Тамбиев не заявлял о своём участии. 

Адвокат Рашид Джафаров напомнил, что показания Тамбиева считаются несостоятельными, так как он признался, что дал их под пытками. Более того, нет ни одного человека, подтверждающего причастность его подзащитного к этому преступлению. Кроме того, следствие сообщает, что отправляло уведомление о задержании брату Исламу Тамбиеву, но это ложная информация. Кемала Тамбиева задержали в 6 утра в квартире в Балашихе, выбив двери, а затем он был избит и доставлен в Дагестан. Сообщение об этом преступлении направлено в следственные органы.

Прокурор Микаил Омаров настаивал на том, что Тамбиев подозревается в особо тяжком преступлении. Кроме того, не имеет постоянного места жительства в Дагестане и может оказать давление на свидетелей. ]§[