Вызов для Меликова

Большие и грандиозные проекты должны приносить развитие Дагестану
Дата: 
5 фев 2021
Номер газеты: 

В середине января в информационном поле Дагестана прошла в принципе незамеченной такая важная дата, как первые сто дней Сергея Меликова. Не ошибёмся, если скажем, что эти первые сто дней были для врио главы Дагестана полны шока и стресса, так как Меликову приходилось (впрочем, как и сейчас) решать в ручном режиме проблемы явно не республиканского уровня. И явно накопившиеся не в период его правления…

Впрочем, «Черновик» регулярно напоминал каждому главе Дагестана (с момента создания газеты Сергей Меликов – шестой руководитель республики), что запущенные проблемы какой-либо отрасли или муниципалитета при принципиальном нежелании ответственного за это лица (министра или мэра) решать их приводят к тому, что проблема приобретает чуть ли не вселенский характер.

И за неё приходится отвечать уже не мэру или министру (они умудряются выставить себя непричастными к проблеме), а главе Дагестана. Причём отвечать как перед обществом, так и Кремлём.

И в самом деле. Практически сразу после прихода во власть Меликов был занят тем, что выяснял, почему улицы Махачкалы затоплены после дождей. Затем он выяснял, почему и по чьей глупости Каспийск остался без питьевой воды. Одновременно с этим разбирался в вопросах электроснабжения дагестанцев. Попутно выяснял, почему вырастают в неположенном месте многоэтажки. Из «свежего» – мусорный коллапс, отравление детей… Перечислять насущные проблемы можно долго.

Ну как с такими проблемами думать о развитии Дагестана, привлечении инвестиций, развитии туризма?

Поэтому и вызвала в обществе смех и критику новость о возможном строительстве космодрома в Дагестане. Какой может быть космодром в республике, где только Махачкала (да и то не вся) может похвалиться тем, что из крана вода идёт круглые сутки? В других городах она идёт по часам. А есть ещё муниципалитеты, где приходится делать серьёзный запас воды, так как вода туда приходит раз в неделю!

В то же время у республики есть свои вызовы, реагировать на которые глава республики (если он заинтересован не только в сохранении своей должности, но и в сохранении Дагестана как такового) просто вынужден.

Все вызовы образно можно разделить на «северные», «южные» и «внутренние».

 

Границы возможного

 

«Северные» проблемы республики всегда вертятся вокруг взаимоотношений Дагестана с Чеченской Республикой, Ставропольем и Калмыкией. В политической истории Дагестана настроения «Севера», а также то, как идут взаимоотношения республики с соседями, зависели от таких влиятельных политиков, как Сайгидпаша Умаханов (ныне советник Главы РД) и Сагид Муртазалиев (ныне житель зарубежных стран).

В настоящее время ни первый (в силу отсутствия формальных механизмов), ни второй (в силу своей удалённости из политики) влияния на жизнь северной части Дагестана не оказывают. В то время, когда политическое влияние соседей не только на местную политику, но и на умы дагестанцев только возрастает.

Это заметно хотя бы по тому, как на одни и те же обращения жителей республики реагируют органы власти в Дагестане и в Чечне…

Каких-то новых, равнозначных Умаханову и Муртазалиеву фигур, способных взять на себя их неофициальные функции и ответственность за настроения на севере Дагестана, пока тоже не выявлено. Соответственно, республиканская власть лишена возможности вести понятную и планомерную политику взаимоотношений с соседями. Не агрессивную, но и не угодливую.

Особенно это актуально сейчас, в этом году, так как работы по определению административных границ между нашими республиками должны быть завершены и официально объявлены.

Отметим, что эти работы чеченская сторона вела совершенно открыто и прозрачно. В то же время дагестанские ответственные за границы лица делали всё возможное, чтобы результаты их работы были неизвестны. На определённом этапе это даже привело к тому, что была высказана версия о заинтересованности дагестанских ответственных лиц согласиться с теми картографическими материалами, которые представляют наши соседи, взамен на некие политические и материальные возможности…

Для Меликова данный вопрос является важным, так как история и общественное мнение не будут спрашивать имя мелкого чиновника, отвечавшего за границы. Она (история) возложит ответственность за те или иные шаги, ущемляющие интересы Дагестана, на её руководителя. Экс-глава РД Владимир Васильев, видя такие перспективы, заморозил процесс и успел уйти…

 

Горячий Юг

 

Если на севере республики вопрос политического влияния носит внутрироссийский характер, то на юге – это фактор внешнеполитический. Не секрет, что на настроения в Юждаге оказывает мощное влияние Азербайджан. Влияние соседней страны доходит до того, что в дагестанском сегменте Интернета идут ожесточённые диспуты о том, что такое воздействие на умы может привести к передаче Дербента в состав Азербайджана. Вряд ли, конечно, это будет допущено, но… подобные зарождающиеся настроения никуда не деть.

Азербайджан – это страна, близкая России, близкая Дагестану, давний экономический партнёр. То, что происходит в этой стране (в частности, последние военные события), конечно же, вызывает переживания в нашей республике. Однако понятно, что, строя взаимоотношения с соседями, нельзя забывать и об интересах нашей страны.

И, судя по последним событиям, экономические связи между странами будут только усиливаться.

Как сообщает «Российская газета», в конце января этого года прошло заседание трёхсторонней рабочей группы под совместным председательством вице-премьеров Азербайджанской Республики, Республики Армения и Российской Федерации.

«Стороны договорились создать экспертные подгруппы: по железнодорожным, автомобильным и комбинированным перевозкам; по вопросам обеспечения перевозок, включая безопасность, пограничный, таможенный, санитарный, ветеринарный, фитосанитарный и другие виды контроля», – гласит официальный релиз.

В переводе на простой язык – наши страны договорились создать транспортный коридор, который будет обходить Грузию и пройдёт от Армении через Азербайджан в Россию.

Этот транспортный коридор, в случае его реализации, пройдёт через Дербент и Махачкалу с дальнейшим выходом на Астрахань и Волгоград. Помимо этого, есть ожидания от проекта, что Махачкалинский порт тоже будет «запитан» и выйдет на свои заложенные мощности по перевалке грузов.

Соответственно, в Дагестане возникнет вопрос об автомобильных и железных дорогах, расширения их пропускной способности. Причём дороги должны будут пропускать не только грузопоток, но и туристов и местных жителей, ведущих активную экономическую деятельность.

Соответственно, возникнет вопрос расширения имеющейся дорожно-логистической сети, а также поиска строительных материалов для этого грандиозного проекта. Поэтому мы сможем в ближайшее время наблюдать, как в республике будут идти битвы за свободные и несвободные земельные ресурсы и карьеры. Очевидно, что желание одних, более сильных, игроков отжать карьеры и земли у других, более слабых, задёшево или забесплатно отразится и на общей политической картине Дагестана. Сопротивляющиеся нажиму владельцы карьеров и земель будут сплачиваться в группы и союзы, требуя соблюдать и их интересы.

И тут будет важна позиция как республиканской власти, в первую очередь, Сергея Меликова, так и федерального центра: без разумных компромиссов, во-первых, грандиозные проекты пойдут в жизнь с опозданием, а во-вторых, большое количество недовольных местных жителей никак не укрепляет такие понятия, как «патриотизм» и «государственность».

В эпоху перемен большой стране на окраинах нужны не протестующие толпы, а лояльные государственному строю граждане. А гражданин – это, в первую очередь, тот, чьи права и свободы защищены и прогарантированы государством!

 

Инвестиции в будущее

 

У Дагестана сегодня есть шанс совершить резкий рывок в будущее: разобраться не только с вопросами водоснабжения и канализации, уборки мусора, строительства школ и детских садиков и пр., но и реализовать ряд дорогостоящих, но глобально важных проектов, способных преобразовать Дагестан.

Приход в Дагестан команды Сулеймана Керимова (большие деньги) под гарантии того, что их не будут разворовывать на местном уровне (об этом должен позаботиться Сергей Меликов), означает, что Москва заинтересована вкладываться в преображение Юга России, укрепить границы страны, экономические связи СКФО через перемещение товаров, людей и услуг с центральной Россией.

Если в республике есть деньги, обещанные Керимовым и федеральным правительством, то почему бы их не пустить на глобальные, стратегически важные, модернизационные проекты?

А их довольно много! Это и Аваро-Кахетинская дорога, способная дать экономически выгодный для страны и развития горной части Дагестана выход на Грузию. Это и забытый, но обещанный властями Дагестана автомобильный тоннель Махачкала – Буйнакск, позволяющий, в том числе и туристам, быстро добираться из столицы республики до гор и обратно. Это и скоростная железная дорога (наподобие «Сапсан»), способная объединить Дербент с Южно-Сухокумском и дальнейшим выходом на Ростов или Астрахань. И эти проекты фантастичны не больше чем канатная дорога в Дербенте.

Денег на это вполне может хватить. Главное, чтобы было не только желание реализовать эти проекты (вопрос, по большому счёту,  в правильности оформления бумаг для федерального центра), но и в умении работать с инвесторами.

В стране, в принципе, сложилась любопытная ситуация: международные санкции, возложенные на представителей российского бизнеса, а также своеобразная работа спецслужб с отдельными чиновниками-коррупционерами, «взявших не по чину», приводят к тому, что и бизнес, и спалившиеся чиновники готовы вкладываться в различные проекты внутри России. В том числе и в проекты, связанные с развитием Северного Кавказа. В первую очередь, это вопросы туризма (относительно быстрые и лёгкие деньги), логистики (требуют серьёзных вложений и лоббистских возможностей), производства (требуют серьёзных средств, понятного арбитража и рискового инвестора).

Но готовность инвестировать в кавказский бизнес сталкивается с кавказскими реалиями: не всегда московским (образно) инвестициям рады местные представители политики и бизнеса, считающие, что какой-либо конкретно взятый регион – это их вотчина, с которой только они имеют преимущественное право извлекать прибыль.

В Дагестане тоже наблюдалась примерно такая картина. Если брать период правления Рамазана Абдулатипова, то можно вспомнить, как команды двух олигархов – Сулеймана Керимова и Зиявудина Магомедова – пытались… инвестировать в республику, при этом сильно толкаясь локтями и мешая друг другу. Можно в этой связи предположить, что такое же толкание локтями мы будем наблюдать и в ближайшее время: есть риск, что «дербентская команда» будет готова взаимодействовать с потенциальными инвесторами, но при этом рассматривать себя не как равноправного партнёра, а как… покровителя инвестора.

И в этой связи Сергей Меликов должен будет видеть не только текущие выгоды от прихода инвесторов в Дагестан, но и просчитывать возможные риски: в Кремле и около Кремля не любят, когда отправленные ими в регионы инвесторы жалуются на сложности в работе на местах. А это сильно бьёт по позициям губернаторов (любых).

 

Внутренний мир

 

Если говорить о внутренних проблемах Дагестана, то самый главный экзамен Меликов должен будет пережить в этом году ближе к сентябрю. На это время будут назначены выборы не только в Народное собрание РД, но и в Госдуму.

В этой связи ожидаются весьма жаркие бои за места в дагестанском парламенте и, в частности, за должность спикера. Понятно, что Дагестан двух Хизри (Шихсаидова и Абакарова) не потянет. У каждого свои амбиции, свои взгляды на политические команды и зоны ответственности. Поэтому им будет тесно. Поэтому нет гарантий, что в новом парламенте будет старый спикер.

Борьба традиционных политических партий – «Единая Россия», «Справедливая Россия» и КПРФ – может быть разбавлена не только проектами, близкими к Кремлю, но и каким-либо проектом, близким к духовенству республики. К примеру, как это было в период Рамазана Абдулатипова с партией «Народ против коррупции». Причём в борьбе не только за дагестанский парламент, но и за мандаты депутатов Госдумы.

Отметим, что ресурса для такой борьбы у духовенства хватит! (Хватит ли у республиканских властей «зелёнок», чтобы покрыть их запросы и амбиции?)

Меликов и руководитель АГИП РД Алексей Гасанов понимают, что грядущие выборы нельзя пускать на самотёк, так как в силу большой внутренней конкуренции они могут пройти под жёстким контролем их результатов, и, соответственно, привычные победы партии власти могут не состояться.

На фоне этой проблемы проблема кадрового резерва уходит на второй план…

 

Борьба или футбол?

 

Как известно нашей редакции из приватных бесед с близкими к окружению Сергея Меликова источниками, первое, на что он, не скрывая эмоций, сокрушался, возглавив республику, – это острая нехватка квалифицированных кадров. И если традиционно такую ситуацию описывают «короткой скамейкой запасных», то Меликов не увидел даже самой скамейки.

Однако это не отменяет политической и местами подковёрной борьбы за должности. И она разворачивается, казалось бы, в самом доселе понятном и спокойном министерстве – физкультуры и спорта Дагестана.

Ещё в середине января многие информагентства запестрели заголовками о скором назначении руководителем Минспорта РД главы Федерации спортивной борьбы республики, бронзового призёра Олимпийских игр 2004 года в Афинах Сажида Сажидова.

Сажид Сажидов  рассматривается как смена Магомеду Магомедову

В самих этих сообщениях, как, впрочем, и в положительном исходе этого кадрового назначения, ничего странного и необычного не было. Единственное, что удивляло – это то, что вопрос о назначении Сажидова якобы должен был решиться только через Москву. И это, безусловно, был признак того, что Сергей Меликов испытывает определённый дискомфорт при формировании своей команды.

Так или иначе, назначение Сажида Сажидова пока не состоялось. Согласно данным источников нашего издания, его кандидатура почему-то не находит поддержки в Москве. Но, как говорится, ещё не вечер…

Надо сказать, что в числе соискателей на должность министра не прошедшими отбор называют олимпийского чемпиона по борьбе (Атланта-1996) Хаджимурада Магомедова (глава Гумбетовского района) и ещё одного олимпионика, но уже по боксу (Афина-2004), Гайдарбека Гайдарбекова.

На этом фоне поступают данные о включении в борьбу за кресло министра ещё одного известного спортсмена, бывшего таранного нападающего махачкалинского «Анжи», председателя Федерации футбола Дагестана Будуна Будунова.

Будун Будунов готов вернуться в политику...

Как и когда полностью решится вопрос с министром, ещё не ясно, но нужно отметить, что Сергей Меликов не очень интересуется вольной борьбой, но является истинным ценителем футбола и, по разным данным, желает возродить этот вид спорта в Дагестане...

Минспорт Дагестана, пожалуй, – единственное ведомство, от руководителя которого никогда (ни публично, ни даже кулуарно) не требовали знания азов спортивного менеджмента или умения успевать за запросами федерального центра. Достаточно было пользоваться авторитетом в спортивных (преимущественно в борцовских) кругах, быть амбициозным и харизматичным.

Именно таким критериям отвечал и нынешний руководитель Минспорта Магомед (Большой Махач) Магомедов, назначенный в 2012 году ещё президентом Дагестана Магомедсаламом Магомедовым. С тех пор его позиции выглядели вполне незыблемыми, а само министерство едва ли не рассматривали как его личный борцовский ковёр. А желающих забежать на этот ковёр и, тем более, там же победить, практически не было.

Отработав спокойно при Рамазане Абдулатипове, при Владимире Васильеве, позиции Магомедов даже упрочил. Во многом благодаря проведённому в 2018 году в Дагестане чемпионату Европы по борьбе. Тогда, напомним, в республике вовсю шли аресты высокопоставленных чиновников, находился уже за решёткой и премьер-министр РД Абдусамад Гамидов, который также возглавлял Федерацию спортивной борьбы республики.

Буквально накануне чемпионата разразился в большей степени кулуарный скандал по поводу освоения финансирования для организации турнира. Однако Магомед Магомедов, по разным данным, сумел вырулить ситуацию со скандального в чисто спортивное русло, за что получил большую благодарность и от руководства региона, и от Федерации спортивной борьбы России в лице Михаила Мамиашвили.

 

Кизилюртовская зона

 

С приходом Меликова вопрос смены руководителя (судя по тому, что Магомедов указан как врио министра) прямо коснётся и Минспорта. Отметим, что Большой Махач не держится за кресло. Он и ранее заявлял, что готов «в связи с состоянием здоровья» покинуть эту должность. Теперь же есть данные, что он сумел заручиться поддержкой о своём переходе на должность главы Кизилюрта.

По ожиданиям «ЧК», может смениться власть и в Кизилюртовском районе. Этот район долгое время возглавлял влиятельный Магомед Шабанов, скончавшийся в ноябре 2020 года от коронавируса. После смерти Магомеда район в качестве и. о. возглавил его брат Алиасхаб Шабанов. Однако сейчас упорно идут слухи, что кресло главы района займёт начальник районного управления образования Рустам Татарханов.

В пользу Татарханова, как уверяют источники, может сыграть то, что он приходится родственником заместителю командующего Северо-Кавказским округом войск Нацгвардии Абдулхакиму Гаджиеву (Гаджиев известен не только своей дружбой с Меликовым, но и курированием такого туристического проекта, как «Главрыба»).

Не исключено, что, как и в случае с Каспийском, где мэром города внезапно (и не без помощи конкурсной комиссии по отбору кандидатур) стал Борис Гонцов, местных депутатов убедят, что главами на ключевых должностях должны быть те, кто дружит с Меликовым… ]§[