[ Кто ж его посадит?! ]

Одна моя знакомая – учительница – на замечания своего директора по поводу частого отсутствия на работе любила повторять: «Вот когда вы покажете мне памятник сдохшему на работе учителю, вот тогда я подумаю, выходить мне на больничный или повременить». Она давно не работает в школе, иначе директор с чистой совестью показал бы ей фотографию нашей «Марьиванны». И отчасти был бы прав.

Только вот не думаю, что подвиг учителя, который по замыслу должен быть отмечен «Памятником русской учительнице», тем, что в Редукторном, покажется кому-то после такой фотографии заманчивым. Скромная, несовременная аля-крестьянка+работница, стоит Русская Учительница (далее РУ) под сводом огромной недоделанной пирамиды. Не пирамиды фактически, а досок для неё. И то ли эти доски каменные должны обозначать одиночество, неповторимость, если хотите, недостижимость подвига РУ, то ли я слишком намудрила и виной всему – расположившаяся рядом малопосещаемая «Пирамида». Концепцию соблюдали! А может, и рекламный проект. Сайгидову, который значится в авторах, – виднее.
И сколько бы со мной ни спорили искусствоведы, доказывая, что никакой концепции в сооружении этих за последнее время установленных, наспех сделанных и неискренних скульптурах нет, я вам скажу: есть, и ещё какая! Наиконцептуальнейшая концепция.

Быстрее, выше, больше!

Во времена СССР в подобных соревнованиях побеждал город, в котором больше памятников Ильичу, рабочим, колхозницам и пионерам в галстучках, которых теперь так трудно найти с уцелевшими руками. Нынче модно увековечивать символы российской государственности, тем самым показывая свою искреннюю и неподдельную лояльность Кремлю, а то, кто будет исполнять заказ, – как и в СССР, не имеет особого значения. Памятник «Защитнику Отечества», бюст Петра I, памятник Русской Учительнице и Монумент славы погибшим при исполнении служебного долга сотрудникам МВД. И всё это за какие-то 2–3 года. Монументально? Почти как в СССР – гигантомания, культ личности, гонка… памятникосооружений. Один, нет, два памятника на душу населения!
В ход идёт всё и все, кто способен лепить. Монумент «Шарвили» превращается в «Защитика Отечества» – как оказалось, у них много общего, да и портретное сходство просто удивительное. Бюст Петра тупо копируется с памятника Фальконе в Петербурге, а бронзовому десантнику с Орденом мужества на груди, совсем таким, как у моего отца, для устрашения выдаётся меч. Или калашниковы просто все проданы? Кстати, мемориальный комплекс уже окрестили «аллеей славы ваххабитов». Ну, а про Учительницу в пирамиде и не говорю. Привет, Кремль!

Частная инициатива

Время моды на звезду в подарок безвозвратно ушло. А может, просто закончились звёзды. В Дагестане модно дарить улицы и памятники. Вот, например, Насрутдинов, тот, что на кольце и в колосьях. Читатели «ЧК» долго обзывали памятник Чучелом, знатоки уверяли, что это не чучело, а памятник сельскому хозяйству, кто-то предлагал прибавить к травке Тотошку, пёсика девочки Элли, и переименовать в Волшебника Страны Оз, но всё так и осталось по-прежнему. И лишь потом кто-то дотошный подобрался поближе и рассмотрел – а памятник-то... Насрутдинову. Говорят, частная инициатива, а спонсор – богатый сын. В исполнителях значится известный скульптор Гимбат Гимбатов. И, казалось бы, вот он – тот, с кого надо спрашивать о ваянии по полной, ан нет, выяснилось, и сам страдает от прибавленных доброжелателями колосьев-мутантов. Лепил-то только бюст!
И сколько бы ни спорили о художественных достоинствах композиции, очевидна её непреходящая ценность: она, как и её собрат по несчастью, бюст Петра, разбивает слишком длинную для Махачкалы улицу на части. Потому что так заведено: до Насрутдинова идёт улица Насрутдинова, от него до Петра – улица Петра, после Петра ещё недолго тянется проспект Расула Гамзатова, ну и закачивается всё Лениным, от которого как ни старались, а всё никак.
И только одно непонятно: почему всё-таки на Тотошке сэкономили?

Девочка за тысячу

Впрочем, была в Махачкале одна совершенно аполитизированная и добрая скульптура. «Декоративная», как называет её сам автор. Бронзовую девочку, которая наравне с газировочными автоматами и значками так прочно вошла в детские воспоминания махачкалинцев, спилили ещё в 2000-м. На виду у ГУВД и случайных прохожих. «Это была единственная в своём роде скульптура – вне политики, вне идеологии. Символ детства для меня и многих моих ровесников», – вспоминает Джамиля Дагирова, директор Первой галереи. Организованная музеем кампания по сбору денег на восстановление бронзовой девочки (скульптор Анатолий Ягудаев готов был сделать свою работу бесплатно) с треском провалилась. Тысячи рублей, которую принёс один альтруист в музей, не хватило бы даже на юбочку. А спонсировать столь неимиджевый для себя проект городские власти не стали.

Номер газеты

Добавить комментарий

CAPTCHA на основе изображений
Введите символы, которые показаны на картинке.
Отправить на Яндекс (ТОЛЬКО для "Лента новостей", ЕСЛИ событие УЖЕ произошло)
Выкл