[ Свободный? Сильный? ]

Дата: 
22 дек 2011
Номер газеты: 

Глава… Правитель… Властелин… Так ли ты свободен, как слишком лестно думаешь о себе? Оглянись... И что ты видишь? Свою свирепость, которой никто не боится, кроме окружающих тебя твоих служек? Так оно так и есть – кроме этих окружающих тебя лизоблюдов, тебя никто не боится. И даже когда рядовые люди, обыватели, приходят к тебе просить о чём-то, они не боятся тебя до самых твоих дверей. А за дверьми они просто принимают твои правила игры: они знают, что тебе важно слепое подчинение, что ты любишь видеть на их лицах страх, что тебе нравится их челопреклонность, и они это имитируют, чтобы решить с твоею помощью свои проблемы. Ну и где же твоя свобода? Где СИЛА?

Вот эту свою смешную силу, основанную на страхе служек, ты называешь СВОБОДОЮ? Не льсти себе... Нет у тебя той силы и той свободы, которые ты себе пририсовал в воображении. Хочешь, я с лёгкостью сумею разубедить тебя в твоей уверенности? Ну, слушай…

1. Ты боишься стареть. Следовательно, панически боишься смерти. И ещё боишься после ЕЁ наступления оставить своим детям земной ад. Кто, как не ты, знает, что твою «СИЛУ», твою «ВЛАСТЬ» и твою «СВОБОДУ» не простят твоим детям. А ты не привил им иммунитета. Ты оставил им в наследство всего лишь много имущества. Просто очень большое имущество в самом обычном смысле, с несметными деньгами и... Много-много врагов. А обыватели не столь великодушны, сколь ты сегодня можешь себе позволить быть.

Великодушие ведь привилегия сильных, и ты, усвоив этот нехитрый урок от наших предков, подарил себе право быть великодушным. Но обычные люди не обязаны это в тебе ценить как-то по-особенному. Они не обращают на твоё великодушие никакого внимания: это же ТВОЙ подарок самому СЕБЕ. Об этом мудрые предки вслух не говорили. Они полагали, что их умные потомки будут считать это само собой разумеющимся: сильный – значит, великодушный. Поэтому за твои успехи и свои поражения люди будут мстить твоим детям. Смилуйся, ТагIалаh, и не дай тебе стать свидетелем этого.

Сможешь ли ты сказать: «Он – мой наследник! Я воспитывал его ДЛЯ СЕБЯ»? Нет. Не обольщайся. Ты не ВОСПИТЫВАЛ его, а ВЫРАЩИВАЛ. Единственное, в чём ты прав, – действительно для себя. Поэтому наследник и гражданин из него едва ли получится.

2. Ты очень боишься тех, кто находится выше тебя на лестнице власти. «Федералы» – это ведь не только слово, которое придумали «журналисты и ваххабиты»; ты тоже федеральные органы называешь федералами, когда критически оцениваешь степень своей свободы от их посягательства. Боишься. Поэтому торопишься дружить с ними. То есть ты боишься власти и ты стремишься во власть. Она, власть, должна по твоему разумению сделать тебя недосягаемым и сильным. Стоп! А разве ты слаб? Ты же считаешь, что ты силён!

3. Каждую секунду ты отдаёшь себе отчёт, что боишься боевиков. Тут можно было бы не продолжать. Разъяснений не требуется, ты лучше всякого знаешь это. Что тебе объяснять... Любые мои доводы, любое искрящееся слово меркнет перед твоей собственной осведомлённостью в этом вопросе. Даже своих кровников ты боишься меньше.

А почему? Разве у тебя меньше вооружённой охраны, чем у этих? Нет. Так в чём же дело? А дело в том, что, в отличие от окружающих тебя служек, боевики не боятся ни их, ни тебя самого. Говоря по совести, просто не бояться тебя, конечно, мало. Надо не бояться и иметь в кармане маузер. У многих не боящихся тебя нет в кармане маузера. А у ЭТИХ есть...

Так где же твоя сила? Ты боишься смерти. Ты боишься федералов. Ты боишься боевиков. А кого же ты тогда не боишься? Не боишься тех, кто слабее тебя? Велико мужество.

Образумься, пока не поздно… Оглянись... Разуй глаза... Раскрой сердце...