«Убедите меня, что я не прав»

Дата: 
1 окт 2021
Номер газеты: 

В Северо-Кавказском окружном военном суде в Ростове-на-Дону продолжается процесс по делу об убийстве учредителя «Черновика» Хаджимурада Камалова, совершённом в декабре 2011 года. На скамье подсудимых: бывший вице-премьер Дагестана Шамиль Исаев и его односельчане: Магомед Хазамов, Мурад Шуайбов и Магомед Абигасанов. На очередном заседании суд заслушал потерпевшего по делу, младшего брата убитого – нынешнего издателя общественно-политического еженедельника Магди Камалова.

Магди Камалов рассказал суду  о выводах собственного расследования убийства брата

Следует сказать сразу: расследованием убийства Хаджимурада Камалова занимались не только следственные органы. С самого первого дня после трагической гибели нашего коллеги Магди Камалов стал собирать, аккумулировать и обрабатывать множество версий, изучать наличие или отсутствие мотивов. За годы после убийства брата он провёл десятки и сотни встреч как с компетентными официальными лицами, так и обычными. И с теми, кто отличался идейной близостью с Хаджимурадом, и с его оппонентами.

Результатом этих стараний Магди Камалова стало то, что к исходу предварительного следствия его позиция оказалась диаметрально противоположной материалам уголовного дела. И, самое главное, он стал убеждённым в том, что на скамью подсудимых посадили не причастных к убийству его брата. Почему он в этом уверен, стало понятно после его судебного допроса.

Вначале Магди Камалов рассказал, что во время убийства брата он с семьёй жил и находился в Сургуте и работал в «Газпроме». О трагедии он узнал после ночного телефонного звонка водителя Хаджимурада Каримуллы.

Государственный обвинитель поинтересовался, рассказывал ли потерпевший своё мнение о том, кто мог совершить данное убийство во время последующих допросов.

«Дело шесть месяцев лежало в Следственном управлении Дагестана, и никто им не занимался. За это время поменялось пять следователей, но никакого действия не было. Поэтому я, как в марте 2012 года вернулся в Дагестан, сразу начал рассматривать разные версии, изучать материалы, статьи, слушать людей. Да, конечно, версий было много, но только когда примерно через десять месяцев дело передали в ГСУ по СКФО, можно сказать, что был мой первый допрос», – обрисовал вялотекущее следствие первых месяцев Камалов.

– До убийства брата вы с ним общались? Он рассказывал вам о своих расследованиях и чем он занимался?

– Каждый день мы с ним созванивались, подолгу разговаривали о том, чем он занимался, чем я занимался. Мы были с ним очень близки и общались часто.

– Какие фонды ваш брат возглавлял как политическая фигура?

– В фондах как политическая фигура мой брат не участвовал. Участвовал он, как я позже узнал, в общественном фонде «Согратль», в нём и я нахожусь в качестве обычного члена. Все согратлинцы в нём состоят. Также Хаджимурад был одним из десяти журналистов – учредителей благотворительного фонда «Чистое сердце».

Гособвинителя традиционно интересовало и то, выдвигался ли Хаджимурад Камалов какой-либо фигурой при Правительстве Республики Дагестан?

«Нет, он никогда не работал в правительстве, какой-либо фигурой там быть не мог. Он был учредителем газеты «Черновик» и директором ОАО «Свобода слова». А при президенте Дагестана Магомедсаламе Магомедове он неполный год был членом Экономического совета при президенте республики», – ответил потерпевший.

– Можете пояснить, кто ещё был учредителем фонда «Чистое сердце»?

– Все главные редактора ведущих республиканских газет. Их было много.

– Скажите, когда в последний раз виделись с братом?

– Я с ним виделся летом 2011 года.

– Можете пояснить, что вы обсуждали на этой встрече, что запомнилось из того, что связано с его журналистской работой?

– Если бы были какие-то критические ситуации, то мы бы их обсуждали. Единственное, я спросил, была ли у него встреча с Омаром Хиндахским, которую многие обсуждали. Да, действительно, в начале 2011 года, как он мне рассказывал, эта встреча была, и она проходила в несколько повышенных тонах. В принципе, разговор их не касался каких-либо угроз. Если бы у брата на тот период был с кем-либо конфликт, то я бы об этом знал. А обсуждали мы с ним общие темы: Гуниб, Согратль… Я приезжал в республику с детьми в отпуск.

– Рассказывал ли он вам о журналистском расследовании в отношении убийства журналиста Ахмедилова Малика?

– Он просто говорил, что будет искать тех, кто это сделал. Я точно так же говорил, что ищу, и я нашёл, кто это сделал.

– Во время этой встречи брат вам говорил, что к убийству Ахмедилова причастен Шамиль Исаев?

– Нет, он это не мог сказать. Там была версия, которую навязывали, в том числе и мне. У Хаджимурада с Исаевым не было конфликтных отношений. Они созванивались и спокойно общались.

– Вам что-либо известно о публикациях вашего брата о проекте «Немецкая деревня»?

– Эту публикацию мусолили все мои сельчане. Я изучал очень подробно то, что публиковалось в газете «Черновик». Публикация о «Немецкой деревне» была в 2008 году. Это обычная публикация о том, насколько этот проект будет эффективным или неэффективным для Дагестана. Больше никаких статей нет, и она не могла быть мотивом для убийства, о которой говорят многие. Я много раз просил следствие показать мне другие статьи в «Черновике» о «Немецкой деревне», но мне её не показали. Хаджимурад использовал творческий псевдоним Игорь Малков, и под этим авторством также не было больше публикаций о «Немецкой деревне».

– Вам брат говорил что-нибудь о его встрече с Омаром Хиндахским?

– Он мне говорил, что Омар Хиндахский приходил сказать о том, что на него когда-то планировалось покушение и он его предотвратил. И он его предупреждал, чтобы вёл себя аккуратно. Это покушение на брата планировалось в 2008 году, но не состоялось. Это покушение через посредника брал на себя Магомед Абигасанов. Они (указал на Исаева, Шуайбова и Хазамова) даже не знают об этом.

– Ваш брат знал о том, что между Шамилём Исаевым и Омаром Хиндахским была встреча?

– Откуда мой брат это мог знать?

– А у вас был разговор с Омаром Хиндахским?

– Нет, он был убит в начале декабря 2012 года.

– После убийства брата вы встречались с Магомедом Абигасановым?

– Я Абигасанова искал после убийства брата, он скрывался. И нам встречу организовал Сатмар Амиров (экс-министр сельского хозяйства Дагестана – «ЧК»). Когда Абигасанов появился в Махачкале, он почему-то пришёл к Сатмару Амирову сказать, что он невиновен. Амиров позвонил мне, и мы разговаривали с Магомедом у Сатмара дома.

– Кто-нибудь был свидетелем вашего разговора?

– Нет, я попросил Сатмара Амирова выйти.

– Вам Абигасанов сообщал что-нибудь?

– У меня был вопрос к нему, по какой причине он в сентябре приходил к Хаджимураду. Он объяснял, что приходил делать примирение между Хаджимурадом и Шамилём Исаевым, хотя никакого конфликта между ними не было. И обычно примирение делается по инициативе одной из сторон конфликта. Ни Исаев, ни Хаджимурад не уполномочивали его для такого действия. А по свидетельским показаниям, которые я читал, он спрашивал, есть ли у него оружие, охрана и нужно ли это ему. Насколько я понимаю, он узнавал, был ли у Хаджимурада бронированный автомобиль и оружие. Я сказал Абигасанову, что если он ничего не совершал и считает себя невиновным, то ему лучше сдаться и рассказать всё как есть.

Я хочу вас попросить очень внимательно и скрупулёзно отнестись к доказательствам, которые предоставило следствие. Их нет! Между Исаевым и Хаджимурадом, повторюсь, не было конфликтов и споров. Ни один из доводов следствия не мог служить мотивом для убийства. Я это всё узнавал. Сразу после моего возвращения в республику (в марте 2012 года – «ЧК») меня следствие и односельчане убеждали, что убил моего брата Шамиль.

Вначале – да, я допускал версии разные, я изучал, в том числе и жизнь подсудимых. Но когда понял, что у Хазамова и Шуайбова был конфликт с Абигасановым, то вначале предположил, что, будучи родственниками, Исаев с Абигасановым связаны в этом деле. Параллельно я изучал его (Исаева) причастность к убийству Ахмедилова Малика. Я предполагал, что эти убийства связаны. Связаны, но только по одному Абигасанову. Между Исаевым и Абигасановым также был финансовый конфликт. Но я больше скажу: разбой или грабёж, который был устроен на базе у Исаева – это тоже дело рук Абигасанова. Этот разбой был устроен вскоре после убийства Ахмедилова, чтобы ни у кого не было сомнений в том, что убийство журналиста заказал Исаев.

У меня ещё есть основания считать, что Камалова Наида, ей дали срок 8,5 лет за убийство и мошенничество… но она не сидит (в тюрьме), и сразу после её показаний на Хазамова Магомеда она вышла на свободу. У них были семейные проблемы, вот она и решила дать показания на него.

Где-то за месяц до кассации по Камаловой Наиде Али Камалов (председатель Союза Журналистов РД «ЧК») встречался с братом потерпевшей Абсолитдином Мурзаевым.

Он ему говорил, дескать, сейчас Наиду выпустят, а Хазамова посадят. Ты, пожалуйста, «не газуй» против. Все деньги, которые она должна, Хазамов вернёт.

Откуда Али Камалов знал, что после кассации в Кировском суде Махачкалы ей изменят меру пресечения?

Хочу заметить, что Наида Камалова говорила, что я говорил и убеждал её какие-то показания давать следователю. Она готова это подтвердить на полиграфе? Она ведь всё врёт!

 Ваша честь, понимаете, я-то найду убийц. Но просто потом будет неудобно, если они (Исаев, Хазамов, Шуайбов) сядут. Я очень вас прошу разобраться. Следователю Чернову были неинтересны моя позиция и версии. Более того, когда к делу подключилась группа Гуры (Лев Гура, заместитель председателя Следственного комитета России – «ЧК»), я обратился в Генпрокуратуру, чтобы меня допросили. Меня не допрашивали, игнорировали.

Анна Бюрчиева, адвокат Шамиля Исаева:

– Вам известно об оказании вашим братом медицинской помощи семье Исаевых?

– У них мама болела. Я помню, как Хаджимурад при общении со мной говорил, что ходил сдавать кровь для неё.

– Скажите, вам известно, была ли какая-нибудь конкуренция или конфликт между Исаевым и Хаджимурадом?

– Какая может быть конкуренция? В чём? Исаев – политический деятель, Хаджимурад – общественный. У них не было точек соприкосновения.

– Вам известно, у вашего брата в какое-то время была охрана? Если известно, то кого он опасался?

– У брата было много конфликтов. Это, могу вспомнить, конфликт с министром внутренних дел Дагестана Адильгереем Магомедтагировым, мэром Махачкалы Саидом Амировым. И был период, когда был бронированный джип, от которого он, впрочем, отказывался. И это связано с предполагаемым покушением на Хаджимурада в 2008 году.

– Говорил ли вам ваш брат, что он опасается Шамиля Исаева?

– Нет, не говорил. При этом мы с ним общались каждый день, и если бы была угроза от Исаева либо от других лиц, я бы об этом знал.

– Вы общались с Газиевым Гаджи в редакции газеты «Черновик»?

– Да. Мне поздно ночью позвонил друг моего брата, его зовут Махач. Я сидел с друзьями в кафе в Махачкале. Он сказал, что к нему обратился тесть Газиева и просил, чтобы я встретился с Гаджи для обсуждения его проблем. Я приехал в редакцию, Газиев пришёл где-то через час. Я уже со слов Махача знал, что во время обысков в доме Гаджи нашли оружие. Я попросил его (Гаджи) рассказать подробнее, сколько и чего нашли, чтобы я мог объяснить ему возможные юридические и процессуальные последствия. Но он начал говорить на совершенно другие темы. На этом разговор, в принципе, и оборвался. 

– Наида Камалова является вашей родственницей?

– Она моя двоюродная племянница.

– Вы давно с ней общались?

– Это было очень давно. По-моему, когда она была ещё маленькой девочкой.

– Наида Камалова сказала, что виделась с вами, когда вы приходили с Ахмедом Чилиловым (учредитель газеты «Новое Дело» «ЧК»).

– Это ложь, я готов это подтвердить на полиграфе. В тот период я вообще не поддерживал никаких контактов и не общался с Чилиловым.

– У вас есть какие-то неприязненные отношения с Наидой Камаловой?

– Нет.

– Почему тогда она дала показания, что вы присутствовали при её допросе?

– Думаю, что это её желание меня оговорить. Я никак не мог быть там.

– Она на допросе дала показания, что к убийству вашего брата причастен Исаев Шамиль. Вам известно, почему она так заявила?

– Нет.

– Вам кто-нибудь говорил о версии причастности Шамиля Исаева к убийству вашего брата? Если да, то кто?

– Многие говорили, к примеру, Али Камалов, Сатмар Амиров, следователи Следственного управления по Дагестану. Все в один голос говорили, что это Исаев. У всех я просил факты. Все на меня злились, но фактов не предоставляли. Я просил их всех: убедите меня, что я неправ. Но не было фактов!

– Вас не удивило, почему именно эта версия была основной для следователей и ваших сельчан? Почему Исаев?

– Желание посадить Шамиля Исаева у его многочисленных компаньонов и конкурентов было очень большое.

– Вы проводили журналистское расследование. Что-то вас убедило в причастности или непричастности Шамиля Исаева к убийству вашего брата?

– Там было очень много нестыковок в показаниях подсудимых. К примеру, Абигасанов говорил, что свет в кабинете Камалова погас, и он понял, что тот выходит. А свет в кабинете брата горел до утра. А почему следователи не захотели это увидеть? Автомобиль «Приора» белого цвета стоял напротив офиса редакции (из допросов свидетелей – «ЧК»), почему его никто из следствия не увидел? Оружие убийства где? То оружие, о котором Газиев говорит, за год до убийства Хаджимурада было ему возвращено. Вознаграждения за убийство не было. Я это всё выяснял.

– Скажите, то, что вы не хотите верить в причастность Шамиля Исаева, делаете это по чьей-то просьбе или вам навязывают?

– Я хочу посадить тех, кто это убийство действительно совершил. Я знаю, через кого был заказ на убийство брата. Я знаю, что Абигасанов приходил на встречу с братом именно для того, чтобы узнать, чем «дышит» брат. Я знаю, кто это сделал, но у меня нет иных ресурсов, кроме журналистского расследования.

– В ходе своего расследования у вас были встречи с представителями правоохранительных органов?

– Официально или неофициально?

– Пока неофициально…

– Были, конечно.

– Можете назвать их фамилии?

– Нет, они же неофициально.

– А официально?

– Я встречался с разными следователями, в том числе ГСУ СКФО, оперативными работниками.

– Когда вы с Исаевым впервые познакомились?

– Я вам не смогу дату сейчас сказать. Он мой односельчанин. Встречались по разным поводам при стечении обстоятельств.

– После убийства вашего брата вы лично встречались с Шамилём Исаевым?

– Нет. Так как я его подозревал, я старался не допускать таких встреч.

– Вас кто-нибудь просил рассказать то, что вы сегодня здесь рассказываете?

– Меня (смеётся) об этом никто не просил.

– Во время официальных встреч со следователями вы говорили, что подсудимые непричастны к убийству вашего брата, что Шамиль Исаев к этому непричастен?

– Я говорил следователю Чернову об этом, более того, я говорил ему, кто причастен, но он это не проверял.

– Исаев на одном из заседаний суда сказал, что именно он посоветовал включить вашего брата в Экономический совет при президенте Дагестана. Вам известно об этом?

– Я не знаю подробностей этого.

– Ваш брат говорил вам, что у него есть подозрения о причастности Шамиля Исаева к убийству Малика Ахмедилова?

– Нет, не говорил. Он, помню, сказал мне: «Когда я назову того, кто это сделал, то ты удивишься».

Следующего адвоката подсудимых интересовало, были ли у Хаджимурада Камалова ещё статьи, как-то изобличающие семью Исаевых. Потерпевший ответил, что не было.

Подсудимый Магомед Абигасанов: «Вы сказали, что в 2008 году я был в роли заказчика…» Магди Камалов прервал его словами: «Нет, я говорил в роли исполнителя».

«Между нами, вы сказали, был посредник. Вы можете озвучить имя этого посредника?» – хотел что-то для себя выяснить Абигасанов.

Камалов ответил: «Вы сами забыли его? Гаджи его зовут». Подсудимый попытался апеллировать тем, что у него 2008 году не могло вообще быть какого-либо мотива.

На это Магди Камалов уточнил: «У вас не может быть мотива, вы просто один из исполнителей. А у заказчика есть мотив, и я хочу следователю об этом рассказать».

Абигасанов: «По поводу нашей с вами встречи у Сатмара Амирова. Вы тогда настаивали, что я убил Ахмедилова…»

– Вы были инициатором этого конфликта, несколько раз сами выезжали на место его (Ахмедилова) работы и следили за ним. Само убийство, да, было нечаянным, вас не было в тот день только потому, что Исе Абдурахманову было лень за вами заезжать.

Адвокат Асад Джабиров поинтересовался у Камалова, что ему известно о конфликте между Шуайбовым и Хазамовым с одной стороны и Абигасановым – с другой в августе 2011 года?

– Тогда произошёл конфликт Хазамова и Шуайбова с группой молодёжи на АЗС. В той ситуации Магомед Абигасанов выступил в качестве примирителя и привёл для этого одного парня, но Шуайбов избил последнего. Соответственно, Абигасанов оказался в нехорошей ситуации. И из-за этого у них произошёл конфликт.

– Наида Камалова поддерживала отношения с Хаджимурадом Камаловым?

– Мне это неизвестно. Сомневаюсь.

Подсудимый Магомед Абигасанов:

– Скажите, а кто ещё был примирителем, кроме меня, в ситуации с Шуайбовым? Можете назвать фамилию? Или боитесь?

– Нет. Это был ваш друг Мутиев Гаджимурад.

Другой адвокат захотел выяснить, почему следователь называл бредом результаты журналистского расследования Магди Камалова.

– Потому что к тому времени несколько политических деятелей сели в СИЗО, и, видимо, им надо было добавить дополнительно срок.

– В прокуратуру обращались вы?

– Обращался.

Адвокат Скарабевский (в защиту Магомеда Хазамова):

– Известно ли вам, после убийства вашего брата Магомед Хазамов общался с кем-нибудь близко об этом убийстве, звонил ли по этому поводу кому-нибудь?

– Мне сложно на этот вопрос ответить.

– Вы говорили, что у вашего брата состоялась встреча с Магомедом Хазамовым. Где эта встреча была?

– Брат мой выходил с работы, а Магомед Хазамов заходил к нему поздороваться. Помимо этого, мои коллеги рассказывали, что Хазамов и до этого несколько раз приходил в гости к брату.

– Известно ли вам, были ли у вашего брата конфликты с Магомедом Хазамовым?

– Нет, они нормально общались между собой.

– Оказывал ли ваш брат либо газета или рекламный отдел поддержку Магомеду Хазамову в его карьере и работе?

– Не знаю.

Затем гособвинитель кратко выступил с оглашением противоречий, после чего Магомед Абигасанов вновь попытался сформулировать несколько вопросов потерпевшему, однако не сумел, поскольку судья снял его вопросы как не относящиеся к делу.

После небольшой спонтанной полемики, устроенной подсудимым, Магди Камалов вновь ему (Абигасанову) напомнил: «Заметь, ты сам вынудил меня назвать имена Гаджи и Мутиева Гаджимурада». ]§[