Суды и дети

За секунду до того, как из припаркованной «приоры» выйдет Мухлисат Меджидова
Дата: 
2 Апр 2021
Номер газеты: 

В «Черновик» обратились жительницы Дагестана, которые после развода с мужьями не могут добиться полноценного общения со своими детьми. Это несмотря на имеющиеся у них решения судов об определении места жительства детей с матерью.

Первый случай получил широкое распространение в декабре прошлого года. Тогда в соцсетях было распространено видео, на нём – идущий со своим ребёнком Шамиль Меджидов. Позади него идут ещё три человека, среди которых и его мать. В какой-то момент возле них останавливается машина, из которой выходит его бывшая супруга Мухлиса Меджидова и её брат. Женщина вырывает дочь из рук её отца, а брат в это время пытается оградить её. Меджидов хватает его и толкает к месту, которое перестаёт попадать в обозрение камер, а мать Меджидова в это время пытается вырвать ребёнка из рук Мухлисат. Этого сделать не удаётся, и в итоге Меджидова вместе дочерью, братом и водителем машины уезжают с места происшествия, а бабушка, пытавшаяся удержать машину, падает на асфальт. Это происходило в Дербенте.

В новости, опубликованной после распространения видео на сайте «360 ТВ», эти события описывались так: «Жители Дербента решили развестись, а их дочь захотела остаться с отцом на время развода. Мать с желанием ребёнка считаться не стала, подговорила своих братьев и похитила девочку из рук папы прямо на улице». Там же указывалось, что женщина «собрала своих братьев и поехала похищать дочь, отца девочки избили, ребёнка забрали».

Мухлисат Меджидова озвучила иную версию событий. У них с Шамилём девочка и мальчик 8 и 6 лет. В августе прошлого года супруги решили развестись, и Меджидова с иском о расторжении брака обратилась в Красносельский районный суд Санкт-Петербурга (по месту прописки супругов). Она просила суд определить место жительства детей с матерью, так как бракоразводный процесс с разделом имущества и окончательным судебным решением может затянуться на неопределённое время.

Меджидова утверждает, что 17 августа её экс-супруг похитил детей и с этого времени они проживали в Дербенте у его родителей. По данному факту она подала заявление в полицию, уже после этого обратилась в суд. На процессе Шамиль Меджидов ходатайствовал о передаче дела по подсудности в Дербентский городской суд, для чего сделал там временную регистрацию, однако ему было отказано. Он одновременно обратился в суд Дербента с аналогичным иском, но там принять дело к производству отказались, так как оно уже рассматривается в Санкт-Петербурге.

В результате 11 ноября суд Санкт-Петербурга место жительства детей определил с матерью, одновременно указав порядок их общения с отцом. Кроме того, суд запретил вывозить детей за пределы Ленинградской области. В тот же день был выдан и исполнительный лист о передаче детей матери, подлежащий немедленному исполнению.

«Через два дня в Дербенте судебные приставы передали мне сына, так как он сам изъявил желание уйти и подбежал ко мне. Дочь испугалась и идти отказалась, я уверена, что её таким образом настроили против меня, потому что, когда приходила к ней в школу, она также пугалась и боялась выйти со мной», – рассказывает Меджидова. С Шамилём Меджидовым «ЧК» связаться не удалось, на звонки он не ответил.

Судебный пристав Гасан Гасретов сообщил, что девочку передать не удалось, так как она не изъявила такого желания. В итоге детей разделили. 16 ноября приставы снова не исполнили решение суда, сославшись на то, что семья Меджидовых находится в Махачкале. Напомним, согласно решению суда за пределы Ленинградской области их вывозить нельзя.

«17 ноября мы в доме Меджидовых в присутствии органов опеки, инспектора ПДН, судебных приставов и психолога Нурият Нагиевой совершали процедуру передачи моей дочери, где решающую роль почему-то сыграла именно этот психолог. На основании её рекомендаций судебный пристав отказался выполнять решение суда», – рассказывает Мухлисат. В заключении Нагиевой (имеется в распоряжении редакции) говорилось, что у девочки наблюдается тревожность, отсутствие базового доверия к матери, страхи по поводу развода, а к отцу выявлено положительное отношение. При этом целью Нагиевой, согласно письму, полученному в ответ на жалобу на неё из прокуратуры Дербента, являлась работа по адаптации и налаживанию контакта с матерью.

Отметим, согласно представленным редакции документам, приставами запрос на предоставление психолога был направлен 17 ноября, в тот же день, когда Нагиева и пришла. Однако направление психолога ГУО Дербента в ответ на его запрос было выдано только 19 ноября, через сутки после дачи ею рекомендаций. А согласно определению суда, психологическая экспертиза и вовсе должна проводиться в Санкт-Петербурге. Несмотря на это, прокуратура Дербента нарушений в действиях психолога не усмотрела…

В результате, взяв за основу рекомендательное письмо психолога, а не решение суда, дербентские приставы перестали предпринимать действия для передачи детей матери. Поэтому спустя полтора месяца Меджидова решила сама забрать дочь, тогда и происходят события, зафиксированные на видео.

Эти события стали причиной возбуждения уголовного дела на Мухлисат Меджидову и её брата Камиля Камалиева следователем СО ОМВД России по Дербенту Мовсумовым по ч. 2 статьи 330 УК РФ (самоуправство, совершённое с применением насилия или с угрозой его применения). При этом Камалиев является военнослужащим по контракту, поэтому СО ОМВД России по Дербенту, которое возглавляет Алирза Шахбазов (о методах его работы «ЧК» писал в статье «Дербент на мази», №7 от 26.02.2021 «ЧК»), не полномочно возбуждать на него дело. На жалобу адвоката Меджидовой по этому факту в ОМВД ответили, что не знали о военном статусе Камалиева. Но это утверждение опровергается тем, что то же СО ОМВД по Дербенту 22 декабря в военную часть, где служит Камалиев, направило письмо о возбуждении на него административного дела. Отметим, что два раза заявления Меджидова и его матери попадали к другому дознавателю, который за отсутствием состава преступления оба раза отказывал в возбуждении уголовного дела.

Сейчас Меджидова обивает пороги прокуратуры, соцопеки, полиции и других полномочных органов и ожидает рассмотрения дела в суде.

 

3 пристава, 1 ответ

 

С аналогичной ситуацией столкнулась и другая жительница Дагестана – Мариям Гасанова. В отличие от Меджидовой, своих детей 8 и 9 лет она не видела уже год. В 2017 году муж Гасановой Мурад Нужуев взял вторую жену, что стало причиной их фактического развода.

«Дети жили по несколько дней у него и по несколько у меня. Через какое-то время он стал меня наказывать тем, что переставал давать видеть детей, если вдруг я, например, по его мнению, поздно вышла из дома. Когда очередное расставание с детьми продлилось на 3 месяца, я решила подать на развод с последующим определением места жительства детей со мной», – рассказывает «ЧК» Гасанова.

В определении суда указано, что Нужуев нигде официально не работает и стабильного дохода не имеет, а уровень материального положения Гасановой и график её работы позволяют обеспечить детям необходимые условия. Отдел опеки и попечительства Советского района Махачкалы заключил, что целесообразнее проживание детей с матерью. В результате Советский районный суд с этим согласился и назначил сумму алиментов от Нужуева – по 5 тыс. рублей в месяц.

Он это решение обжаловал в апелляционном порядке и просил определить место жительства детей по 2 недели с ним и по 2 недели с матерью. Нужуев утверждает, что имеет доход и оплачивает садик, спортивные секции, одежду и игрушки детям, а также медицинские услуги в клиниках. Он официально трудоустроен с октября 2019 года, получает 13 тыс. и потому просит суд  алименты определить по 2 тысячи на ребёнка. Суд считает, что доказательств о его фактическом доходе или несостоятельности представлено не было. С учётом того, что Гасанова обязалась не чинить препятствий для общения детей, если это не мешает их образовательному процессу, Верховный суд РД в июне 2020 года оставил решение суда первой инстанции в силе, меняя только дни общения детей с отцом. С этого времени Гасанова детей увидеть не может.

«За это время ответственные приставы из-за моих жалоб в прокуратуру менялись 3 раза, но ни один решение суда не исполнил. Они каждый раз говорят, что бывшего мужа нет дома, что он не поднимает трубку и так далее. Я даже обращалась в полицию, чтобы те установили местонахождение моих детей. Его один раз вызвали в отдел, поговорили и отпустили», – рассказывает женщина. На все её обращения в надзорные органы она получила отписки, на электронное обращение на имя Уполномоченной по правам ребёнка в Дагестане ответа не получила вовсе.

Объединяет эти две истории главным образом то, что единственная служба, обладающая полномочиями по обеспечению выполнения решения суда, бездействует и под различными предлогами выполнять требования, чётко указанные в исполнительном производстве, отказывается.

«ЧК» направил запрос в республиканское Управление федеральной службы судебных приставов. На момент вёрстки номера ответ не поступил.

P. S. Надежда на то, что возможность полноценного общения с детьми будет обеспечена, у женщин появилась после выступления неделю назад врио главы РД Сергея Меликова на сессии Народного собрания. Он, напомним, обратился к главе МВД Абдурашиду Магомедову с поручением подключиться к ситуации Нины Церетиловой, у которой муж забрал троих детей. Советский райсуд Махачкалы место жительства детей определил с ним, но Верховный суд РД это решение отменил и определил место жительства детей с матерью. Детей ей ещё не вернули. ]§[