Суд по Камалову: тут помню – тут не помню

Спустя почти 10 лет после убийства Хаджимурада Камалова вопросов всё ещё больше, чем ответов
Дата: 
2 апр 2021
Номер газеты: 

В Северо-Кавказском окружном военном суде в Ростове-на-Дону продолжается процесс по делу об убийстве учредителя «Черновика» Хаджимурада Камалова, совершённом в декабре 2011 года. На минувшей неделе предполагалось заслушать показания свидетелей обвинения, однако их неявка и технические сбои аппаратуры превратили заседание в более чем трёхчасовой спектакль одного актёра – обвиняемого Магомеда Абигасанова. Именно на его показаниях выстроено обвинение в отношении троих других подсудимых: бывшего вице-премьера Дагестана Шамиля Исаева и его односельчан – Магомеда Хазамова и Мурада Шуайбова. 

В начале заседания после предложения судьи заявить имеющиеся у сторон ходатайства первым вызвался гособвинитель. Он просил суд вызвать свидетелей обвинения для их допроса путём видео-конференц-связи и озвучил имена Егоровой Ольги Владимировны, Магомедова Магомеда, Магомедтагирова Руслана Гамзатовича, Магомедтагирова Гамзата Нурмагомедовича, Магомедова Биякая Амиралиевича (на момент убийства Хаджимурада Камалова – главный редактор «Черновика») и Заирбекова Ибрагима Магомедовича.

Однако эта процедура оказалась непростой. Судья пояснил, что для организации видео-конференц-связи нужно заблаговременно наладить технику, и сейчас он оперативно обеспечить это не может.

Но тут же выяснилось другое. Адвокат Магомеда Абигасанова Александр Ярошенко озвучил ходатайство своего подзащитного о желании дать показания. Пока остальные участники опомнились, судья напомнил подсудимому о его правах и приступил к допросу.

В зале, пожалуй, практически ни у кого не было сомнений, что Абигасанов намерен говорить долго и детально. Долго получилось, но детально… Судите сами.

Первым вопросы Абигасанову задавал его адвокат. Он попросил его рассказать, как он был задержан, за что, и как события развивались дальше.

–  Меня задержали по обвинению в убийстве Камалова Хаджимурада. Я был в розыске 6 лет и 18 февраля 2019 года сам пришёл в Следственный комитет и сдался правоохранительным органам.

– Откуда узнали, что находились в розыске?

– От своих родственников.

– От кого конкретно?

– Ну, это был не секрет. Об этом было написано в газетах, и от своих близких родственников.

– Вы явились к следователю. Какие он вопросы задавал и в чём вас обвинял?

В этот момент в процесс включилась адвокат обвиняемого Шамиля Исаева Анна Бюрчиева. Она сказала, что считает допрос Абигасанова сейчас невозможным, поскольку в зале отсутствует потерпевший. Отметим, что потерпевшим по делу выступает младший брат Хаджимурада Камалова Магди Камалов, и в этот день он по не зависящим от него причинам не смог вылететь в Ростов-на-Дону. «Суд должен выяснить, по каким причинам не явился потерпевший, может, у него денег нет на поездку, в таком случае суд должен обеспечить ему явку путём выдачи денег и оплаты расходов на командировочные. Для потерпевшего очень важны показания Абигасанова, и его отсутствие  просто обязывает меня обратиться в суд, чтобы вы обеспечили его явку. Я думаю, что если потерпевший узнает, что Абигасанова без него допросили, то это будет неуважение к нему, да и к самому Камалову», – мотивировала свою позицию Бюрчиева.

Однако судья не усмотрел никаких препятствий для допроса Абигасанова, и тот продолжил:

– Следователь предъявил мне обвинение в убийстве главного редактора газеты «Черновик» Камалова Хаджимурада. Какие именно он мне вопросы задавал, в связи с давностью я не помню.

– Какое отношение вы имеете к убийству Камалова? Вы знали самого Камалова? В каких отношениях с ним находились?

 – Да, знал. Он мой односельчанин. Ни в каких отношениях не находился. Просто знал как сельчанина.

– Как вы относитесь к данному обвинению? Признаёте или не признаёте?

– Я уже в показаниях говорил об этом, в связи с давностью многое уже не помню. Если можно, пусть их огласит прокурор.

Но у прокурора сначала возникли к нему вопросы:

– Можете пояснить, кто конкретно совершал убийство Камалова, кто был организатором или заказчиком этого преступления?

– В моих показаниях всё описано. Если можно это озвучить. Просто конкретно я не могу сейчас вспомнить то, что изложил в показаниях. И заказчики, и исполнители, в том числе моя роль, всё там описано.

– Поясните, когда это убийство было совершено, место, время…

– 2009 год… Или 2011-й что ли… да, 2011 год. Точную дату, когда это произошло, я не помню. Произошло на улице Гаджиева.

– А каким образом было совершено убийство вам известно? Помните об этом?

– Ну, сейчас я конкретно не помню детали. Я в показаниях об этом говорил ранее.

«Вы на мои вопросы практически не отвечаете. Вы отказываетесь отвечать или вы просто не помните?», – со скрытым раздражением спросил гособвинитель.

 «Нет, я просто не помню конкретно в связи с давностью событий», – сослался на плохую память Абигасанов.

– Каким образом убийство совершено было?

– Было нападение поздней ночью на Камалова Хаджимурада с применением оружия.

– Какого оружия, известно?

– Нет, неизвестно.

– А какое у вас оружие было?

– У меня непосредственно не было никакого оружия, я не могут сказать.

– А кто нападение совершил?

– Там написано, я давал показания. Всё, как и что было.

– Скажите, убийство было совершено по вашей инициативе?

– Нет, не по моей.

– А кто инициатором был?

– Заказчиком?

– Да.

– Исаев.

– У Исаева имя и отчество есть?

– Шамиль Абдуллаевич.

– А исполнители кто были?

– Исполнители – это все, кто тут сидит, имеется в виду обвиняемые.

– Скажите, убийство было совершено с какой целью? С какой целью поступил заказчик убийства? Для чего ему было нужно убийство Камалова?

–  Из-за неприязненных отношений.

– В связи с чем неприязненные отношения возникли, вам известно?

– На почве изданий, на почве их внутренних отношений. Ну, точно я не могу сказать. Но были у них разногласия между собой.

– На почве изданий… Что вы имеете в виду?

– Ну, писал он в газетах часто, упоминал фамилию не раз. Были неприязненные отношения.

– Фамилию чью?

– Исаева.

– Шамиля Абдуллаевича имеете в виду?

– Да.

– А упоминания в каком свете были: в хорошем или плохом? Положительно характеризовал или отрицательно, вам известно?

– Я не могу сказать, но Хаджимурад всегда о нём негативно говорил.

– Известно вам о каком либо вознаграждении за совершение этого убийства? Предполагалось оно?

– Я не присутствовал при разговоре по поводу денежных средств. Я не знаю, были денежные средства переданы или не переданы.

– Какие-либо услуги материального характера или обязательства материального характера были использованы?

– Как понять «материального»?

– Какие-либо услуги материальные или прошение долга какого-то. Было что-нибудь такое?

– Это я не знаю.

– Известно вам, кто непосредственно совершал выстрелы в Камалова?

– Только, по-моему… Ну, как я видел, все были в масках, шарфами обмотанные, могу сказать чисто по телосложению.

– Вы с кем-либо договаривались о том, что будет совершено убийство Камалова?

– Где и как договаривались, я уже не помню, но в материалах дела я это указывал.

– Скажите, средства совершения этого преступления, оружие или какие-либо другие средства кто приискивал?

– Непосредственно у меня не было оружия, я и не искал оружие. Только из материалов дела ознакомился, что оружие приобретали у парня по имени Гаджи. Я не в курсе был этого.

 – Автомобиль и телефоны кто предоставлял?

– Автомобиль – Исаев Омаргаджи.

– Это кто?

– Это брат Исаева Шамиля.

– А Исаев Омаргаджи знал, для чего предоставляет автомобиль?

– Но не в целях убийства, а в целях избить как бы… То, что в целях убийства, не знал.

– Избить кого?

– Камалова.

– Кому автомобиль был передан для совершения, как вы говорите, избиения?

– Я точно не помню, как это происходило, если не ошибаюсь, на автостоянке, где работает непосредственно Исаев Омаргаджи. В связи с давностью я уже точно не помню.

– А кто автомобиль этот забирал?

– Тоже не помню, кто из ребят забирал.

– Известно вам, использовались ли при совершении убийства  телефоны, пользовались вы и другие участники телефонами?

– Да, телефоны-фонарики. «Нокиа», наверное, я точно не помню, как они называются.

– Кто приобретал эти телефоны?

– Флешки и телефоны я уже не помню, с какого магазина и кто их передал…

– А вам кто передал? Или вы приобретали телефоны? Кто их приобретал?

– Если можно в материалах дела посмотреть. У меня просто нет никаких записей…

– Скажите, каким-либо образом убийство Камалова подготавливалось?

– Только слежкой.

– Кто следил за ним?

– Ну, я тоже принимал участие. Как бы смотрел место работы Камалова.

– Каким образом осуществлялась слежка, можете пояснить?

– Точно мы не могли знать, как он выходит. Это было проездом мимо по Магомеда Гаджиева, верх-вниз, и в вечернее время гаснет ли свет, в какое время гаснет… Только так.

– Вы проезжали, не останавливались?

– Нет, на этой улице не останавливаются обычно, там нельзя останавливаться.

– Вам известно, когда было приобретено оружие, и какое оружие?

– Марку оружия я не знаю.

– Ну, тип оружия, автомат, пулемёт?..

– Только из материалов дела я узнал, у кого приобрели и какое. Если не ошибаюсь, Макарова пистолет. ПМ, по-моему.

– А с вами непосредственно исполнители не говорили, какое оружие приобретают?

– Нет.

– Когда было совершено убийство или когда планировалось совершить, не помните?

– Декабрь… Ну, зимний период времени был. Число я уже забыл.

– Один раз планировали или?..

– Два раза. Имеется в виду один раз в один четверг, потом на следующий четверг. Два раза получается.

– Ваша роль в чём заключалась?

– Я должен был следить, когда погаснет свет.

– Свет гаснет где?

– В кабинете Камалова.

– Кабинет в каком здании находился?

– Агрофирмы «Согратль».

– А в автомобиле кто передвигался? И какой автомобиль предоставил Омаргаджи Исаев, и кому он его предоставил?

– «Лада» ВАЗ-21… Марку не помню. «Приора», по-моему, называется. Серого цвета.

– Кто на ней ездил?

– Не помню…

– В день убийства вы на ней ездили?

– Нет, не ездил. За рулём Шуайбов Мурад, по-моему, был. Точно не помню.

– У него оружие было?

– Я не видел, какое оружие и что было у него.

– Вы видели? Он стрелял в Камалова?

– Не помню уже. Сразу после первых выстрелов я убежал оттуда.

– А Хазамов Магомед был там, где было совершено убийство?

– В материалах я писал…

– А вы находились возле здания агрофирмы «Согратль» в момент убийства?

– Напротив здания.

– Вы там для чего находились?

– Ну, я, когда выйдет Камалов, должен был посмотреть. И на номер телефона набрать и сказать, что вышел.

– Кому набрать?

– Ну, по второму номеру набрать, который был в машине.

– В машине у кого?

– Кто из ребят ответил, я не помню, но я сказал, что он вышел.

– Под ребятами вы кого подразумеваете?

– Обвиняемых, да…

– У обвиняемых фамилии есть? Исаев тоже обвиняемый.

– Шуайбов, Хазамов… Там был только условный вызов на номер. Сказал, вышел и всё.

– После этого что произошло?

– После этого подъехала машина и… Я уже точно не помню, как это быстро произошло, в течение там 10–15 секунд. Но как только пальба началась, я оттуда убежал, я находился на другой стороне дороги.

–  Скажите, после всех этих событий автомобиль, телефоны, оружие куда делись, известно вам?

– По поводу автомобиля и телефонов я не знаю, куда делись. Не планировалось такое завершение дела. Общение дальше прекратилось.

– После убийства вы общались с Шуайбовым, Хазамовым?

– Через некоторое время мы общение уже прекратили.

– Вы куда направились после совершения убийства?

– Не помню.

– Скажите, слежку, которую вы вели за Камаловым вместе с Шуайбовым и Хазамовым… Вы о чём договаривались с ними?

– Время установить, когда он выходит из кабинета.

– Исаеву вы каким образом сообщили, что совершили убийство?

– Ну, мы же односельчане, это сразу уже узнали, не секрет уже был. И по телевизору сразу об этом говорилось в бегущей строке.

– Вы встречались потом с Исаевым?

– Да. Я писал в своих показаниях, где и как.

– Какой разговор с Исаевым был, не помните?

– Суть дела не помню, но неприятный был разговор.

– В ходе следствия у вас была очная ставка с Исаевым?

– Да, была.

– Помните, что было во время неё?

– В общем помню.

– Вы говорили, что Исаев непричастен к совершению этого убийства?

– На очной – да.

– А сейчас по-другому говорите… В связи с чем? Когда правду говорили: сейчас или тогда?

– Не помню я, ну, близкие родственники просили, было давление со стороны родственников.

– А когда Камалов вышел из здания, вы видели, во что он был одет, в его руках было что-то?

– В чёрной одежде был и с портфелем в руке.

– А в каком месте в него начали выстрелы производить, можете описать?

– На проезжей части, рядом с автомашиной ВАЗ-21, по-моему.

– Помимо этой «Приоры», которая подъехала, другие машины находились там?

– Машина такси.

– А таксиста вы видели?

– В этой суматохе я уже ничего не видел. Беготня началась, не видел.

– У вас договорённость была с Шуайбовым и Хазамовым, что они должны подъехать после вашего звонка?

– Ну, я позвонил, они подъехали.

– Другие машины потом не подъезжали?

– Кроме такси я других машин не видел.

 

Адвокат Магди Камалова Олег Апухтин:

 

– Скажите, пожалуйста, вы просите огласить ваши показания. Вы их когда давали?

– Летом прошлого года. Месяц точно не помню.

– А вы добровольно давали эти показания?

– Да.

– Тогда поясните, пожалуйста, вас сейчас просят дать показания об обстоятельствах дела, а вы не можете конкретно ничего сказать, ссылаясь на свои показания. В 2020 году вы даёте добровольно, подробно показания. Почему год назад вы помнили, а сейчас не помните?

– Не могу сказать, почему, но не помню конкретно и досконально.

– Расскажите, пожалуйста, какая ваша роль была во всём этом преступном мероприятии?

– Я уже говорил, что моя роль была – наблюдать.

– А кто вас просил наблюдать?

– Я не желаю отвечать, пользуясь 51-й статьёй.

– Ваше право. Задача какая была у вас по Камалову Хаджимураду? Избить, как вы тут сказали?

– Но не убить первоначально.

– То есть убивать никто вас не просил?

– Я отказываюсь говорить, не желаю говорить.

– А зачем вы тогда дали желание давать показания, если не желаете отвечать на вопросы? Год назад вы помнили, сейчас – нет. Какие-то травмы головы у вас происходили в течение последнего года?

– Я в тюрьме нахожусь, это уже травма головы.

– А вы знакомы с другими обвиняемыми?

– Да, знаком.

– Какие у вас отношения с ними были?

– Товарищеские.

– Кто-то из них вас просил об убийстве или избиении Хаджимурада?

– Я не убивал Камалова, меня не просили об этом.

– А почему так произошло, вам известно?

– Нет.

– А кто просил убить Камалова, если вы говорите, что убийцами были Хазамов и Шуайбов? Кто их просил?

– Я не могу сказать, кто конкретно их просил...

На этом адвокат Исаева Анна Бюрчиева вновь просила суд прекратить допрос Абигасанова. Более того, она пожелала ходатайствовать об отводе судьи…

После перерыва гособвинитель сказал, что показания Абигасанова имеют существенные противоречия с тем, что он говорил в ходе предварительного следствия. В связи с этим он ходатайствовал об оглашении его показаний, данных в ходе предварительного следствия 18 февраля 2019 года.

Абигасанов и его адвокат не возражали против оглашения показаний, но защитник попросил огласить и иные его показания, данные ранее.

Гособвинитель приступил к оглашению ранних показаний Абигасанова:

– По поводу предъявленного мне обвинения хочу сказать, что к убийству Камалова никакого отношения не имею, я его не совершал. С Шуайбовым Мурадом я познакомился давно, в каком именно году, не помню, проживали с ним на одной улице, Акушинского, в Махачкале, наши родители были знакомы и общались между собой. У меня с Шуайбовым были товарищеские отношения, также я знаком с Хазамовым Магомедом с 2000 года. При каких обстоятельствах познакомились, уже точно не помню. Хазамов является другом Шуайбова Мурада. Раньше мы собирались в магазине по улице Акушинского в Махачкале. Там собирались и другие наши общие знакомые, и мы обсуждали разные темы. С Исаевым Шамилём мы знакомы с детства, он является моим троюродным братом. В середине 90-х годов я работал оператором автозаправочной станции, принадлежащей Исаеву Шамилю. Примерно в 2007 году встретился с Исаевым в кабине ресторана на территории его нефтебазы. В ходе нашей встречи Исаев рассказал мне, что Камалов Хаджимурад пишет недостоверную статью о «Немецкой деревне», которая принадлежит его старшему брату Исаеву Ризвану. Исаев сказал мне, что Камалова нужно наказать. Я ответил ему, что Камалов – очень авторитетный человек, и если я его трону, то у меня самого будут проблемы. Тогда Исаев сказал мне, что нужно найти человека, который за денежное вознаграждение в размере от 500 тысяч рублей до 1 млн рублей согласится на убийство Камалова. Я сказал, что у меня нет такого человека, но буду искать. Я так и ответил Исаеву, чтобы он отстал от меня. Примерно в течение двух-трёх месяцев в конце каждой недели я встречался с Исаевым, и он каждый раз спрашивал у меня, нашёл ли я человека для убийства Камалова. Я каждый раз находил отговорку, что якобы человека, согласного убить Камалова, сейчас нет в Махачкале. О том, что Исаев Шамиль хочет убить Камалова, я рассказывал Шуайбову Мураду. Примерно осенью 2010 года мы ещё раз встретились в одном из офисов Исаева на улице Танкаева в Махачкале.

На этой встрече присутствовал ещё один парень, водитель Исаева. Затем Исаев попросил меня оставить сотовый телефон в кабинете, а самому выйти в подсобное помещение. В ходе беседы я сообщил ему, что совершать убийство Камалова не буду, также не буду искать человека для его убийства. Также я сказал, что приложу все усилия, чтобы примирить Исаева и Камалова. Исаеву вроде эта идея понравилась. Через некоторое время я вместе с парнем по имени Гаджи встретились с Камаловым в редакции газеты «Черновик».

В ходе нашей встречи мы попросили Камалова не писать статьи про Исаева. Он сказал, что про Исаева Ризвана писать не будет, а про Исаева Шамиля – будет. Также мы спросили, есть ли возможность примирения Камалова и Исаева Шамиля. Камалов сказал, что он встретится с Исаевым Шамилём наедине, и они поговорят по-мужски. Но эта встреча так и не состоялась, а в декабре 2011 года Камалов был убит. В настоящее время прошу прекратить мой допрос, так как для дачи более подробных показаний мне необходимо вспомнить все события.

Из протокола допроса Абигасанова от 6 июля 2020 года:

– Мне предъявлено обвинение в убийстве общественного деятеля Камалова Хаджимурада, которое было организовано Исаевым Шамилём. Я полностью также признаю себя виновным в склонении Шуайбова Мурада и Хазамова Магомеда к убийству Камалова. Мои показания связаны с желанием раскаяния. Давления на меня со стороны следственных органов никто не оказывал.

Исаев Шамиль является моим троюродным братом, но в настоящее время между нами нет никаких отношений. Я скрывался от органов следствия примерно 6 лет и с ним не встречался, кроме случая, когда в 2019 году между нами проводилась очная ставка. В ходе очной ставки я опроверг данные мной показания, что Исаев искал кого-либо, кто согласится убить главного редактора газеты «Черновик» Камалова за вознаграждение. Фактически в ходе очной ставки я дал ложные показания, что Исаев непричастен к убийству Камалова. На самом деле перед очной ставкой с Исаевым Ш. мне передали записку от одного из близких с Исаевым родственников, в которой меня просили не сообщать следствию сведения о причастности Исаева к убийству Камалова. Обосновывалась просьба тем, что между нашей семьёй и семьёй Исаевых родственные отношения, которые могут испортиться, если я стану давать показания против Исаева Ш. Как именно ко мне попала эта записка, я сообщать не желаю. На самом деле то, что Исаев Ш. искал человека для убийства Камалова, правда.

Далее гособвинитель зачитал показания Абигасанова, в которых объяснил мотивы для убийства Камалова тем, что в своих публикациях он выставлял в нехорошем свете весь род Исаевых, от чего Исаев нёс репутационные потери, поскольку является известным и успешным политиком в Дагестане:

– Исаев Шамиль также сказал мне, что для того, чтобы Камалов не писал о нём негативных статей, а также чтобы отомстить ему за уже написанные статьи, его нужно наказать. На это я ответил Исаеву, что если я это сделаю, то у меня могут быть проблемы. Тогда Исаев сказал, что нужно найти человека, который устранит Камалова, то есть убьёт. На это я ответил, что такой человек есть.

Я имел в виду Омара Хиндахского, который впоследствии примкнул к вооружённому подполью и был уничтожен.

Мы встретились с Омаром Хиндахским на проспекте Акушинского, и я ему сообщил о предложении Исаева Шамиля убить Камалова Хаджимурада за вознаграждение. Фактически я  предложил ему выполнить этот заказ Исаева и назвать свою цену. При этом Омар заявил, что Камалов является его другом и убивать его он не будет, а также не советует это кому-либо делать. После этого, примерно в июне 2011 года, я встретился с Исаевым Шамилём в его офисе на улице Танкаева в Махачкале. В ходе нашего разговора я сообщил ему, что пока не удаётся найти человека, который выполнит заказ по убийству Камалова. А также сказал ему, что не знаю, кого ещё можно предложить на эту роль. Тогда Исаев предложил мне братьев Шуайбовых: Мурада и Руслана. Он сказал, что эти парни – отморозки. Также Исаев сообщил мне, что готов за убийство Камалова заплатить 500 тысяч рублей, но если этой суммы будет недостаточно, то исполнитель может назвать свою цену. Кроме этого, Исаев сказал, что братья Шуайбовы могут оставлять как дополнительное вознаграждение деньги, полученные от автозаправочной станции «Согрнефть». Я ему ответил, что поинтересуюсь об этом у братьев Шуайбовых, после чего мы расстались. В течение июля-августа 2011 года Исаев периодически вызывал меня по телефону к себе в офис и интересовался, договорился ли я с братьями Шуайбовыми или ещё с кем-либо относительно убийства Камалова. Я отвечал ему, что ещё ни с кем не договорился.

Исаев Шамиль был знаком с братьями Шуайбовыми, но с этими лицами у него не было каких-либо отношений, как со мной. Исаев боялся контактировать с кем-либо по поводу убийства Камалова из-за опасений, что информация может просочиться. Именно поэтому Исаев действовал через меня, так как между нами были доверительные отношения.

Далее прокурор огласил вопрос следователя: «По какой причине в течение августа, сентября и октября 2011 года вы не занимались исполнением поручений Исаева?»

– Это было связано с тем, что мне не хотелось заниматься поисками того, кто совершит убийство Камалова. Я рассчитывал также на то, что Исаев отойдёт от злости на Камалова и передумает его убивать. Примерно в сентябре 2011 года я в Махачкале даже встретился с братом Исаева Омаргаджи в его столярном цеху в Троллейбусном парке. Я сообщил ему о том, что его брат Исаев Шамиль намерен организовать убийство Камалова. При этом я надеялся, что Омаргаджи отговорит своего брата от убийства. Однако Омаргаджи заявил, что Камалов опозорил их род своими статьями и высказываниями, что его нужно наказать за это, хотя убивать его, конечно, чрезмерно. Омаргаджи сказал, что Камалова достаточно избить, и пообещал отблагодарить того, кто это сделает, то есть побьёт. Разговаривал ли Омаргаджи со своим братом Исаевым Шамилём по поводу убийства Камалова, я не знаю, однако от своих планов убить Камалова Исаев не отказывался.

Примерно в конце октября 2011 года я созвонился с одним из братьев Шуайбовых – Мурадом. Я договорился с ним о встрече на автозаправочной станции «Согрнефть» на проспекте Акушинского в Махачкале. Тогда же я встретился с Хазамовым Магомедом. Я знал, что Хазамов и Шуайбов дружат между собой и с ними можно говорить о предложении Исаева Шамиля. Я слово в слово передал Хазамову и Шуайбову предложение Исаева относительно совершения убийства Камалова за вознаграждение в размере 500 тысяч рублей, а также за дополнительное вознаграждение от арендуемого Шуайбовым помещения на АЗС. Шуайбов и Хазамов выказали заинтересованность предложением Исаева, фактически они согласились выполнить то, что нужно было Исаеву, то есть убить Камалова за вознаграждение.

Подробности того, как убивать Камалова, мы не обсуждали, договорились с Шуайбовым и Хазамовым встретиться на следующий день. Мы встретились с ними в ресторане в Махачкале и обсудили предложение Исаева. И Хазамов, и Шуайбов подтвердили свою готовность участвовать в этом деле. После этого мы стали обсуждать детали убийства Камалова. Мы решили, что нам нужен автомобиль, на котором будем передвигаться во время слежки за Камаловым. Кроме этого, обсудили, что необходимы будут два пистолета с патронами для убийства Камалова и левые мобильные телефоны с сим-картами, оформленными на незнакомых людей. В ходе этих переговоров я сообщил Хазамову и Шуайбову, что не смогу достать оружие, но смогу найти автомобиль. На этом мы расстались. Далее примерно в сентябре – ноябре 2011 года я решил обратиться по поводу предоставления автомобиля для убийства Камалова брату Исаева Шамиля – Омаргаджи, который к тому времени поддерживал желание брата отомстить Камалову за его статьи, но не путём убийства, а путём избиения.

Я позвонил Омаргаджи, мы встретились в его цеху в Махачкале. Я сказал ему, что для того, чтобы наказать Камалова, мне нужен автомобиль. Омаргаджи согласился предоставить автомобиль, сказав, что ему на это нужно дней десять. Примерно через неделю, ближе к концу ноября, он мне поздно вечером позвонил и сообщил, что нашёл для меня автомобиль, что сам он находится возле моего дома. Я спустился во двор, и там Омаргаджи передал мне ключи от автомобиля, пояснив, что машина «Лада-Приора» серого цвета находится возле его столярного цеха в Махачкале. Сразу после получения ключей я позвонил Хазамову и сообщил, что автомобиль я нашёл, попросил его приехать и забрать ключи. Он приехал, я ему сказал, что автомобиль без документов. Хазамов на это сказал, что не проблема. Тогда же он вытащил из бардачка своего автомобиля мобильный телефон фирмы «Нокиа» с уже установленной сим-картой. Хазамов сказал, что на этом телефоне установлена левая сим-карта, а второй телефон будет находиться у них с Шуайбовым. Он также сказал, что в дальнейшем нам нужно связываться только с помощью этих телефонов.

После этого Хазамов и Шуайбов пользовались автомобилем «Приора» для слежки за Камаловым. При этом я также по договорённости с ними должен был следить за передвижениями Камалова у места его работы, чтобы определить время, когда он приходит и уходит. Мне, Хазамову и Шуайбову было известно, что редакция газеты «Черновик» располагается в здании агрофирмы «Согратль» на улице Магомеда Гаджиева, 94. Примерно 6 декабря 2011 года, в вечернее время, я встретился с Шуайбовым и Хазамовым в ресторане «Мой Дагестан» в Махачкале. Там мы обсудили детали слежки за Камаловым. Мы решили, что убивать будем поздно вечером в четверг, так как в пятницу выходит тираж газеты и в связи с этим Камалов задерживается в редакции допоздна. Я им сообщил, что по своим наблюдениям определил окно рабочего кабинета Камалова и что там перед его выходом гаснет свет. Таким образом можно определить, когда выходит Камалов из здания, чтобы подойти к нему и застрелить. Хазамов и Шуайбов также сообщили, что у них уже имеются два пистолета с боеприпасами. Поскольку всё было готово для убийства Камалова, мы решили совершить его вечером 7 декабря 2011 года в среду, не дождавшись четверга. 7 декабря, примерно в 22 часа 30 минут, по нашей договорённости я прибыл к редакции «Черновика» и припарковал свой автомобиль BMW-7 недалеко от неё в начале парковой зоны. К самому зданию редакции я подходил пешком. Хазамов и Шуайбов, в свою очередь, прибыли на автомобиле «Приора» на Университетскую площадь Махачкалы. Далее я наблюдал за окнами кабинета Камалова, когда свет погаснет, я должен был позвонить на телефон, который был у Хазамова и Шуайбова, и сообщить им об этом. Они после этого в течение двух-трёх минут должны были подъехать к зданию редакции и расстрелять Камалова, когда он будет выходить из здания. Стрелять должен был Хазамов, так как Шуайбов был за рулём. В то же время Шуайбов тоже был вооружён и должен был тоже стрелять, если потребуется.

Однако в тот вечер свет в кабинете Камалова долго не гас. Мы прождали примерно два часа, то есть до 00:30. Я позвонил Хазамову и предложил разъезжаться, так как мне уже было холодно находиться на улице. Хазамов согласился и сказал дословно, что на следующей неделе работаем по той же схеме.

Через неделю, в среду, 14 декабря, я по своей инициативе встретился с Хазамовым и Шуайбовым на АЗС «Согрнефть». В ходе этой встречи я стал убеждать их, что Камалова нужно не убивать, а сильно избить. Шуайбов и Хазамов согласились. При этом они сказали мне, что в таком случае нужно возместить расходы на приобретение оружия и это не входит в сумму обещанного Исаевым вознаграждения. Я сказал им, что сведу их с человеком, который решит вопрос с возмещением расходов на покупку пистолетов, подразумевая брата Исаева Шамиля – Омаргаджи. После этого мы расстались, но в тот же день вечером я организовал встречу Исаева Омаргаджи с Шуайбовым и Хазамовым возле дома последнего.

Также там находился Абдурахманов Иса – водитель Исаева Шамиля. Я сообщил Хазамову и Шуайбову, что их вопрос по возмещению расходов на приобретение оружия необходимо обсуждать с Омаргаджи. После этого они стали обсуждать эти вопросы, я и Абдурахманов отошли в сторону. При этом Абдурахманов оказался там случайно и не знал о планах Исаева Шамиля убить Камалова. Мы с ним разговаривали на различные отвлечённые темы. Тогда же я слышал, что Хазамов, Шуайбов и Исаев обсуждали деньги, называя их шкурками. Я так понял, что они договорились, но какие конкретно суммы назывались – не слышал.

Лично мне Хазамов и Шуайбов после разговора с Омаргаджи никаких вопросов о деньгах не задавали.

Забегая вперёд, скажу, что сам никаких денег от Исаева за физическое воздействие или убийство Камалова не получал. Получали ли их Хазамов и Шуайбов, мне неизвестно, я не интересовался. Я же действовал только исходя из того, что Камалов позорит род моих родственников Исаевых. То есть я был возмущён действиями Камалова.

15 декабря 2011 года, примерно в 18:00, я как ранее и договаривался с Хазамовым и Шуайбовым, прибыл к зданию редакции «Черновика», позвонил и сообщил им об этом. Они, в свою очередь, приехали на Университетскую площадь, о чём также мне сообщили по телефону.

Далее я стал ожидать, когда в кабинете Камалова погаснет свет.

При этом я находился напротив здания редакции, в парковой зоне. Хочу подчеркнуть, что за день до этого мы договорились с Хазамовым и Шуайбовым, что не должны стрелять в Камалова, а избить его. Примерно в 23:30 в кабинете Камалова погас свет, о чём я сообщил Хазамову и Шуайбову. Через две-три минуты они приехали к зданию редакции. Перед зданием также был припаркован автомобиль ВАЗ-21115. «Приора» остановилась, не доезжая до этого автомобиля. Затем, примерно через 3-5 минут, из здания вышел Камалов, одетый в тёмный плащ, тёмные брюки и с портфелем в руках. Он направился в сторону автомобиля ВАЗ-21115. С ним рядом шёл мужчина, как я наблюдал, водитель этого автомобиля. В это время из «Приоры» вышел Хазамов, одетый в чёрную одежду. Я его узнал по телосложению. Он направился быстрым шагом в сторону Камалова и, не доходя до него примерно три метра, стал производить в него выстрелы из пистолета. Камалов пытался закрыться портфелем во время выстрелов. Мужчина-водитель ВАЗ-21115 в это время убежал. Шуайбов в этот момент также вышел из машины, подошёл к Камалову и стал тоже производить выстрелы. Всего Хазамов произвёл примерно 8 выстрелов в Камалова, а Шуайбов – примерно 6 раз выстрелил. Увидев эти события, которые очень быстро разворачивались, я испугался, я не ожидал, что они станут стрелять в Камалова, так как мы договаривались, что они его только изобьют. Я побежал к своему автомобилю, припаркованному в парковой зоне. Мы заранее договаривались с Хазамовым и Шуайбовым, что после нападения на Камалова встретимся у дома Шуайбова на улице Мира в Махачкале. Туда я и направился. Там ко мне в автомобиль сел Шуайбов, который к тому времени уже успел приехать. Я протёр свой мобильный телефон от своих отпечатков и передал Шуайбову. Также я спросил у него, почему они вопреки договорённости стали убивать Камалова. Шуайбов ответил, что так получилось и иначе было нельзя. После этого я поехал к себе домой.

16 декабря 2011 года я поехал на похороны Камалова. После похорон я без звонка направился в офис Исаева Шамиля. Его секретарша доложила о моём прибытии, Исаев меня принял, но был очень взволнован. Я ему сказал, что не должно было всё так закончиться, имея в виду смерть Камалова. В свою очередь, Исаев сказал, чтобы я не переживал и что при необходимости он подключит свои связи из числа сотрудников правоохранительных органов. Сказал, что в связи с убийством Камалова проблем не будет. Также он просил передать ребятам (Шуайбову и Хазамову), чтобы они не болтали, и тогда всё будет хорошо. После этого я с Исаевым Шамилём встречался многократно, он мне высказывал слова поддержки, говорил, что окажет мне помощь в случае возникновения проблем.

В 2012 году, когда меня стали вызывать в Следственный комитет в связи расследованием убийства Камалова и допроса на полиграфе, Исаев давал мне указания, как себя вести и что говорить следователям.

Гособвинитель огласил ещё ряд вопросов следователя и ответы на них Абигасанова.

– Знал ли Исаев о том, что Шуайбов и Хазамов непосредственно будут попадать в Камалова?

– Да, Исаев всё знал, я о каждом шаге докладывал ему, без его ведома ничего не происходило.

– Знал ли Исаев о том, что вы просили Хазамова и Шуайбова только избить Камалова, а не убивать?

– Нет, Исаев не знал о том, что я просил Шуайбова и Хазамова только избить Камалова, а не убивать. Высказывая им такую просьбу, я рассчитывал прикрыться мнением брата Исаева – Омаргаджи, который также считал, что Камалов заслуживает не смерти, а избиения.

– Знал ли Омаргаджи Исаев о том, что вами, Шуайбовым и Хазамовым планируется нападение на Камалова для причинения ему смерти? Знал ли Исаев О. об этом тогда, когда предоставлял вам автомобиль «Лада-Приора»?

– Исаев Омаргаджи знал о том, что его брат Исаев Шамиль планирует организовать убийство Камалова, я с ним разговаривал об этом. В ходе того же разговора Омаргаджи попросил меня не убивать Камалова, а только избить и покалечить за его очерняющие род Исаевых статьи. Я согласился с его доводами и заверил его в том, что Камалов не будет убит. Когда Исаев О. предоставлял мне автомобиль, он считал, что он будет использован для избиения Камалова, но не для его убийства.

Магомед Абигасанов подтвердил свои показания, оглашённые гособвинителем, коротким «да» и тут же поделился с судом своими страхами: «Я считаю, что, даже находясь под стражей, мне угрожает опасность, поскольку я дал показания на влиятельного и богатого человека Исаева Шамиля. Также я имею основания опасаться за свою жизнь в связи с тем, что изобличённый мной Шуайбов Мурад является хладнокровным убийцей. Считаю, что Шуайбов может убить меня, в случае если мы окажемся в одном помещении во время конвоирования на заседании суда. Поэтому прошу рассмотреть вопрос о применении в отношении меня мер государственной защиты».

 

Разворот на 360

 

Затем к оглашению показаний Абигасанова, данных им во время допроса в феврале 2019 года, приступил его адвокат. Он заострил внимание на том, что подсудимый ранее отрицал свою причастность к убийству Камалова: «Я с моим задержанием не согласен, так как никаких преступлений не совершал. Вину не признаю, давать показания не желаю».  

Далее адвокат зачитал вопросы следователя и ответы на них подзащитного.

– Подтверждаете ли вы ваши показания, данные вами 18 февраля 2019 года?

– Да, подтверждаю в полном объёме.

– С какой целью в 2013 году вы скрылись от правоохранительных органов?

– В октябре 2012 года меня, Шуайбова Мурада и Хазамова Магомеда вызвали в Следственный комитет на допрос, а также для проведения исследования на полиграфе по данному делу. В процессе вышеуказанных действий в помещении от сотрудников правоохранительных органов я услышал обрывки разговоров, из которых следовало, что у них есть достаточно оснований подозревать в совершении убийства Ахмедилова Малика. При этом на тот момент я предполагал, что Шуайбов Мурад может быть причастен к его убийству. Через два дня Шуайбов был задержан и помещён в СИЗО. После этого примерно два месяца я преимущественно находился в городе Махачкале, где периодически виделся в магазине автозапчастей с Хазамовым Магомедом и Шуайбовым Русланом. В ходе разговоров мне стало известно, что сотрудники правоохранительных органов постоянно пытают Шуайбова Мурада, надевают электрические провода, пакет на голову, вырвали зубы и так далее, чтобы вынудить его дать показания в совершении убийства Ахмедилова Малика или Камалова Хаджимурада. Далее сотрудниками правоохранительных органов был проведён ряд обысков, в том числе в доме в Махачкале, где я был зарегистрирован. Так как фактически я проживал в квартире по проспекту Акушинского в Махачкале, об этом мне стало известно от квартирантов, проживающих в том доме. Из-за этого я, опасаясь за свою жизнь и здоровье, боясь возможных пыток и иных насильственных действий со стороны сотрудников правоохранительных органов, попросил Абдурахманова Ису вывезти меня из республики в Краснодар. Там постоянно проживал мой брат Абигасанов А. А.

– Поясните максимально подробно, где вы находились с момента сокрытия от правоохранительных органов до момента задержания в феврале 2019 года?

– В Краснодаре я проживал около 6 лет. Из них около 4,5 лет я проживал один, снимая различное жильё. Спустя примерно год после моего отъезда из Махачкалы моя супруга с детьми переехали в Краснодар и стали проживать в квартире по улице Гамбургской в посёлке Немецкая Деревня. Данная квартира принадлежит моему брату. Через 4,5 года после одиночного проживания я решил переехать к жене и детям. Около года мы проживали вместе, после чего я отправил жену и детей обратно в Махачкалу, а сам остался проживать один. За это время ко мне в квартиру, расположенную в посёлке Немецкая Деревня, приходили с обыском сотрудники правоохранительных органов. В этот день я рано утром пошёл позаниматься на спортивную площадку, возвращаясь обратно, заметил много машин возле моего дома, из-за чего решил домой не возвращаться и подождать. А после сменил квартиру в том же посёлке. За это время моя супруга несколько раз прилетала ко мне в гости на самолёте. В Махачкалу я приехал примерно в конце января 2019 года. Пообщался с родственниками, родителями и супругой. К этому моменту я перестал скрываться от правоохранительных органов и решил добровольно прийти к следователю, для того чтобы доказать свою непричастность к совершению убийства Камалова.

– Кому ещё было известно о том, где вы находились в период розыска?

– Моей супруге, брату, родителям и другим близким мне людям.

– Знакомы ли вы с Чилиловым А., Чилиловым Ш., Гамидовым М.? Если да, то в каких отношениях с ними состоите?

– С Чилиловым А. я практически не знаком, лишь знаю, как выглядит. С Чилиловым Ш. я знаком поверхностно, мы иногда виделись на общих мероприятиях, здоровались как односельчане, но близких отношений с ним я никогда не поддерживал. Гораздо чаще с ними общался Хазамов М., который ранее работал водителем Чилилова Ахмеда. Единственный человек по фамилии Гамидов, с которым я знаком, – это Гамидов Магомед, следователь Советского РОВД города Махачкалы. Ещё я знаю Гамидова Дауда, который работал водителем супруги Исаева Шамиля.

– Общались ли вы в период розыска с Хазамовым Магомедом, Шуайбовым Мурадом, Шуайбовым Магомедом, Шуайбовым Русланом? И если да, то о чём?

– Нет, ни с кем из них за всё это время я ни разу не контактировал.

– Общались ли вы в период розыска с Исаевым Шамилём, Исаевым Р. А., Исаевым Р. О., если да, то о чём?

– С Исаевым Шамилём и Исаевым Р. О. я всё это время ни разу не общался. С Исаевым О. А. я несколько раз виделся в посёлке Немецкая Деревня, при этом мы близко не общались, я рассказывал ему о показаниях, данных мной следователю, говорил о своей непричастности к совершению преступления. Единожды я был в столярном цеху Исаева О. А. в городе Краснодаре, куда он меня приглашал посмотреть процесс производства. При этом ход расследования убийства Камалова мы с ним не обсуждали, однако я говорил ему, что Исаев Шамиль обращался ко мне с просьбой найти людей для убийства Камалова. В 2019 году я с Исаевым О. А. не общался.

– Есть ли у вас знакомый по имени Муслим, который ранее работал у Исаева Шамиля?

– Да, я помню этого человека, ранее он работал водителем у Исаева Ш., далее являлся управляющим в одной из его АЗС.       

  – Когда вы в последний раз встречались с Хазамовым Магомедом, Шуайбовым Мурадом, Шуайбовым Магомедом, Шуайбовым Русланом и Абдурахмановым Исой?

– С Хазамовым я виделся незадолго до моего отъезда в январе 2013 года, с Шуайбовым Мурадом – после проведения проверки на полиграфе, Шуайбова Магомеда я видел примерно в 2008–2010 годы, Шуайбова Руслана в последний раз видел незадолго до моего отъезда в Краснодар, а с Абдурахмановым Исой – когда он по моей просьбе вывез меня из Дагестана в Краснодар.

– Когда вы в последний раз общались с Чилиловым А. и Чилиловым Ш.? Поясните обстоятельства этих встреч, о чём вы беседовали?

– С Чилиловым Ш. я в последний раз общался примерно 10 лет назад, обстоятельств не помню. С Чилиловым А. я лично не общался.

– Где вы находились в ночь с 15 декабря 2011 года на 16 декабря 2011 года, когда было совершено убийство Камалова? И кто может это подтвердить?

– Я находился дома. В квартире дома номер 30д по проспекту Акушинского. В данной квартире я проживал вместе с супругой и тремя несовершеннолетними детьми. Примерно с 17:00 15 декабря до утра 16 декабря 2011 года я находился дома. В гости ко мне в этот момент приходил Джамбулат со своей супругой Патимат и двумя детьми. Точные их данные мне неизвестны, возможно, может помочь в установлении их данных. Джамбулат принёс с собой коньяк, мы общались на общие темы и дегустировали спиртное. Примерно в 23:00 до полуночи Джамбулат с женой и детьми ушли домой, и примерно через 5 минут он позвонил мне на мобильный телефон и сообщил, что только что по телевизору увидел новость об убийстве Камалова. Далее я включил телевизор, чтобы удостовериться в данной информации, после чего лёг спать.

– Где вы находились 16 декабря?

– Утром 16 декабря я позвонил своему односельчанину Амирову Омару, чтобы узнать, где будут омывать и хоронить Камалова. Далее на своём автомобиле, насколько помню, марки «Гелендваген», я поехал в мечеть на улице Малыгина, где уже собирались родственники и знакомые Камалова, около тысячи человек. После чего я в составе колонны последовал на кладбище в районе Сепараторного посёлка. После погребения – я точно не помню, скорее всего, домой.

 – Видели ли вы 16 декабря Хазамова Магомеда, Шуайбова Мурада, Шуайбова Магомеда, Шуайбова Руслана и Абдурахманова Ису?

– Я видел только Шуайбова Руслана, так как похоронная процессия проходила мимо магазина автозапчастей, где в последнее время он работал.

– Знакомы ли вы с Камаловой Наидой, женой Хазамова Магомеда, и если да, то в каких отношениях с ней состоите?

– С Камаловой Наидой ни разу лично не встречался, ни в каких отношениях не состоял.

– Знакомы ли вы с Камаловым Абдуллой, братом Камаловой Наиды, если да, то в каких отношениях с ним состоите?

– Нет, данный человек мне не знаком.

– Знакомы ли вы с Хазамовым Абакаром, если да, то в каких отношениях с ним состоите?

– Нет, данный человек мне не знаком.

– Знакомы ли вы с Камаловым Магди, если да, то в каких отношениях с ним состоите?

– С данным человеком я близко не знаком, мне было известно, что Магди искал встречи со мной, когда я ещё проживал в Краснодаре. Прибыв в Махачкалу в феврале 2019 года, за несколько дней до того, как пришёл к следователям, я решил увидеться и поговорить с Магди. При личной встрече я рассказал ему о своей непричастности к убийству Камалова Хаджимурада. Больше я с ним не виделся.

– Что вам известно об обстоятельствах убийства Камалова?

– Мне известно лишь то, что Камалов был застрелен поздно ночью у здания редакции «Черновика». При этом обстоятельства убийства, сколько было убийц, из чего они стреляли, на чём передвигались, мне неизвестны.

– Были ли у Хазамова Магомеда, Шуайбова Мурада, Шуайбова Магомеда, Шуайбова Руслана и Абдурахманова Исы какие-либо конфликты с Камаловым Хаджимурадом?

– Мне ничего об этом не известно.

– Кто, на ваш взгляд, мог совершить убийство Камалова?

– Камалов часто резко высказывался в своих статьях, конкретных предположений на этот счёт у меня нет.

– Известно ли вам о какой-либо причастности к убийству Камалова Хазамова Магомеда, Шуайбова Мурада, Шуайбова Магомеда, Шуайбова Руслана и Абдурахманова Исы, Чилилова А. А., Чилилова Ш. А. и Гамидова М. Ш.?

 – Нет, об этом мне ничего не известно.

– Готовы ли вы подтвердить свои показания в части подыскания для Исаева Шамиля лиц, готовых совершить убийство Камалова, в ходе очной ставки с ним?

– Да, я готов подтвердить свои показания, данные в ходе очной ставки с Исаевым Ш. Также я готов подтвердить все свои показания, данные мной в ходе следствия и в ходе проведения мне психофизиологического исследования с применением полиграфа.

– Ранее при допросе 18 февраля 2019 года вы просили его прекратить, так как для дачи более полных и подробных показаний вам необходимо время. В настоящее время желаете что-либо рассказать следствию в форме свободного рассказа?

– В целях проверки информации, что в момент совершения убийства Камалова, с 17:00 15 декабря по утро 16 декабря 2011 года я находился по месту своего жительства, прошу допросить Джамбулата и его супругу, а также истребовать сведения о моих телефонных переговорах с ним в указанный период. Также я прошу допросить моего знакомого Газиева Гаджи, с которым мы встречались с Камаловым Хаджимурадом и обсуждали возможность его примирения с Исаевым Шамилём.

Затем адвокат огласил протокол очной ставки 2019 года между Абигасановым и свидетелем Камаловой Наидой. В нём отражено, как обвиняемый категорически отрицает все показания свидетеля, касающиеся его.

На вопрос следователя, оговаривает ли Камалова Наида его, Абигасанов ответил утвердительно: «Считаю, что она меня оговаривает. Я всего один раз был дома у них, проезжая мимо, увидел Хазамова Магомеда и остановился, чтобы поговорить. А когда именно это было, затрудняюсь ответить. Могу предположить, что Камалова Наида даёт такие показания с целью избежать уголовной ответственности за совершённое преступление, именно за то, что она получила условный срок по приговору суда».

Продолжение следует… ]§[