Прокурора попросили домой

Дата: 
9 Апр 2021
Номер газеты: 

На минувшей неделе в Северо-Кавказском окружном военном суде в Ростове-на-Дону продолжилось рассмотрение по существу уголовного дела об убийстве учредителя «Черновика» Хаджимурада Камалова, совершённом в декабре 2011 года. Трое подсудимых, бывший зампредседателя правительства Дагестана Шамиль Исаев, его односельчане Магомед Хазамов и Мурад Шуайбов, вместе со своими защитниками продолжают отвергать все обвинения в причастности к убийству, а четвёртый – Магомед Абигасанов, часто удивляющий обе стороны крайне меняющимися показаниями, не смог не удивить суд и в этот раз…

Шамиль Исаев заявил, что очень надеется на справедливость и объективность судьи

Если предельно кратко описать содержание последнего заседания, то ровно его половину говорил государственный обвинитель, а вторую – восемь адвокатов просили суд признать его ходатайство никчёмным. Дело в том, что сегодня, 9 апреля, истекал срок содержания под стражей подсудимых и предстояло решить их дальнейший статус, хотя это всем сидящим в зале было и так очевидно.

Но перед тем как раскрыть детали этого заседания, вернёмся к повестке предыдущего, когда мы подробно рассказывали о противоречивых показаниях Магомеда Абигасанова, на которых пока строится всё обвинение Шамиля Исаева, Магомеда Хазамова и Мурада Шуайбова. В частности, к содержанию очной ставки Абигасанова и Исаева в 2019 году.

Во время неё Абигасанов подтвердил, что хорошо знаком с Исаевым, приходится ему троюродным братом и каких-либо неприязненных отношений между ними нет.

Адвокат огласил вопросы следователя Абигасанову и его ответы на них.

– Поясните, обращался ли к вам когда-либо Исаев Шамиль с просьбой лично совершить убийство Камалова Хаджимурада или подыскать людей, которые согласятся это сделать за денежное вознаграждение?

– Нет, никогда не обращался. По поводу убийства Камалова мы с Исаевым не разговаривали.

– Ранее в своих показаниях от 18 февраля и 25 марта 2019 года вы неоднократно поясняли, что в мае 2011 года во время вашей встречи с Исаевым в ресторане, расположенном на территории нефтебазы, последний рассказал вам о том, что Камалов Хаджимурад пишет недостоверную статью о Немецкой деревне, которая принадлежит его старшему брату Исаеву Ризвану.

Исаев Шамиль сказал вам, что Камалова надо наказать, и попросил вас найти человека, который за деньги от 500 тысяч до 1 млн рублей согласится совершить убийство Камалова. Вы согласились найти нужного Исаеву человека, хотя фактически делать этого не собирались. Далее на протяжении двух или трёх месяцев в конце каждой недели вы встречались с Исаевым, и он постоянно интересовался, подыскали ли вы человека, который сможет совершить убийство. В ответ на данные вопросы вы отвечали отрицательно. В сентябре 2011 года вы встретились с Исаевым в его офисе на улице Танкаева в Махачкале. В ходе данного разговора вы сказали, что не будете участвовать в совершении убийства Камалова, а также не станете искать лиц, которые согласятся его совершить за денежное вознаграждение, предложив Исаеву Шамилю встретиться с Камаловым для беседы с последующим примирением. На что Исаев согласился, однако организовать встречу Исаева и Камалова у вас не получилось в связи с убийством последнего 15 декабря 2011 года. Однако же в настоящее время вы отказываетесь от ранее вами данных показаний. Как вы можете это объяснить?

– В 2012 году, когда задержали Шуайбова Мурада, мне говорили, что к нему применяют пытки. В связи с этим я уехал в город Краснодар. Так как я занимался бизнесом, у меня были свои денежные средства, я попросил своего брата Абакара, чтобы он забрал из оборота мои денежные средства. Далее Абакар забрал у ряда клиентов – Джамбулата из Тляраты, Миши из Касумкента, Сапарбека из Маджалиса и других – деньги в размере 7 млн рублей. Отдавать эти деньги мне он отказался, так как он потратил их на личные нужды. А мне сказал, что эти денежные средства полностью отдал Исаеву Шамилю, который считал меня виновным в ограблении его нефтебазы. Я был зол на Исаева и поэтому его оговорил.

 

– Можете подробнее пояснить со слов Абакара, встречался ли Исаев Шамиль с ним лично и что при этом говорил, кому именно Абакар отдал ваши деньги?

– Я знаю, что они встречались, но что именно говорили, мне неизвестно. Что Абакар мне передал, то я и сказал. А сказал он, что отдал данные денежные средства Исаеву Шамилю.

 

– В настоящее время вы вините Исаева Шамиля в присвоении ваших денежных средств в размере 7 млн рублей?

–  Нет, пусть оставит себе.

 

– Известно ли вам на самом деле, что стало с принадлежащими вам денежными средствами в размере 7 млн рублей?

– Фактически мне это неизвестно. Со слов Абакара мне известно, что их отдали Исаеву Шамилю.

 

– Вы настаиваете на данных в очной ставке показаниях?

– Да, настаиваю.

 

– Не возникло ли у вас негативного неприязненного отношения к Исаеву Шамилю?

– Нет.

 

Далее адвокат огласил вопросы участников следственного действия друг другу и ответы на них.

Вопрос адвоката Толмачёва Абигасанову:

– В ходе предварительного следствия вы трижды давали показания. В первых показаниях, данных в 2012 году, вы не упоминали об Исаеве Шамиле. На каких своих показаниях вы настаиваете?

– Я в полном объёме настаиваю на своих показаниях, данных мной 5 июля 2012 года в Махачкале.

Затем были оглашены данные протокола допроса Магомеда Абигасанова от 10 октября 2019 года.

Вопрос следователя:

–  Ранее в ходе вашего допроса в качестве обвиняемого вы давали показания о том, что к вам обращался Исаев Шамиль с целью нахождения человека для устранения Камалова Хаджимурада, однако в ходе производства очной ставки между вами вы изменили свои показания. Поясните почему?

– Ранее данные мной добровольно показания в качестве обвиняемого о том, что Исаев обращался ко мне с целью нахождения человека для устранения Камалова Хаджимурада, были даны мной по следующим основаниям. Как я раньше пояснял, в связи с задержанием Шуайбова Мурада и получением информации, что он дал признательные показания под пытками, я решил скрыться в Краснодаре. В дальнейшем планировал скрываться в Москве, однако мой брат Абакар предложил жить с ним в Краснодаре. Я согласился. Хочу пояснить, что мой брат Абакар очень хорошо общается с семьёй Исаева, женат на одной из сестёр братьев Исаевых. Примерно в 2012 году я попросил Абакара вывести все мои деньги, заложенные в нефтяной бизнес, и передать их мне для дальнейшего распоряжения. Мой брат забрал эти деньги, но мне их не отдал, мотивируя это тем, что боится, что при задержании я под пытками оговорю Исаева, а у него карьера и большая должность, этого нельзя допустить. Мой брат выдавал примерно по 50 тысяч рублей в месяц, и мне этого хватало. Примерно в 2017 году я полностью перевёз свою семью, жену и детей в Краснодар. В этот промежуток времени я уже устал скрываться от органов предварительного следствия. Также мне стало известно о том, что расследование уголовного дела по факту убийства Камалова передано в главное Следственное управление, которое не допустит физического насилия. Я хотел сдаться сотрудникам правоохранительных органов. Однако мой брат Абакар стал всячески давить на меня, чтобы я не шёл к сотрудникам полиции. Абакар пояснял мне, что если сдамся, то его отношения с супругой и семьёй Исаевых пострадают, а также что он в этом случае будет говорить, что я причастен к убийству Камалова Хаджимурада. В связи с явной заинтересованностью моего брата Абакара судьбой семьи Исаевых я был уверен, что передаёт мне слова Исаева Шамиля. Мой брат всё время шантажировал меня данными фактами, так как не хотел, чтобы к убийству Камалова был причастен Исаев Шамиль. В 2018 году, когда Исаев Шамиль был арестован, я снова завёл разговор с братом, чтобы он вернул мне мои денежные средства. Однако Абакар снова сообщил мне, что если я сдамся сотрудникам правоохранительных органов, то моя семья не получит данных денег. Также брат пояснил, что отдаст мне всю сумму, когда правоохранительными органами будет пойман настоящий убийца Камалова. Ранее, в 2017 году, мой брат перестал выделять мне деньги, и моя семья голодала. Я очень сильно разозлился на брата, так как думал, что говорит от имени Исаева Шамиля. И я решил сдаться следствию и оговорить его, чтобы Исаев Шамиль понимал, какие мне создал проблемы. Примерно 10 февраля 2019 года, ранним утром, я на такси выехал из Краснодара в Махачкалу. Там увиделся со своими родителями и решил пойти к одному из уважаемых жителей нашего села, Амирову Сатмару Ахмедовичу, так как он очень хорошо общался с семьёй Камаловых. Я встретился с Амировым в его доме. В ходе беседы я предложил, чтобы он провёл в отношении меня психофизиологическое исследование с использованием полиграфа, чтобы я доказал свою непричастность к убийству Камалова. Амиров Сатмар предложил пригласить на беседу Камалова Магди, для того чтобы я рассказал версию произошедших событий. Когда приехал Камалов Магди, я рассказал ему и Амирову Сатмару свою версию событий о том, что к убийству Камалова Хаджимурада причастен Исаев Шамиль, что в начале 2011 года он встречался со мной и просил найти киллера из-за дискредитирующих Исаева статей Камалова Х. Однако в беседе с ними я рассказал, что в ходе моей очной ставки с Исаевым Ш. он мне сказал, что не имеет никакого отношения к шантажу, которое высказывал мне мой брат. Поэтому я решил сказать Камалову Магди и Амирову Сатмару всю правду, так как оговариваю невиновного человека. В настоящее время я желаю пояснить, что ни я, ни Исаев Шамиль, ни кто-либо из тех, кого я знаю, не причастны к убийству Камалова Хаджимурада. Претензий к своему брату Абакару по поводу удержания моих денежных средств я в настоящее время не имею. 

 

– Знаком ли вам Омаргаджи Ибрагимов?

– Да, такой мужчина мне знаком. Как я предполагаю, он является одним из членов незаконного вооружённого формирования, бандитом. Я состою в крайне негативных отношениях с Омаргаджи Ибрагимовым. Примерно в 2009 году он пытался заступиться за моего должника, подробностей я не помню. В 2010 году, насколько я помню, семье Исаевых от Омаргаджи Ибрагимова была передана флешка с требованием передачи большой суммы от Исаева Шамиля. Насколько я помню, я встретился с Омаргаджи Ибрагимовым случайно, и у меня зашёл разговор по данному вопросу. Я сообщил ему, что деньги, которые требуют от Исаева Шамиля, он получит только через мой труп.

 

– Знаком ли вам мужчина по имени Газиев Гаджи?

– Да, насколько мне известно, в настоящее время он владеет фермерским хозяйством, расположенным в сторону трассы от Махачкалы до Хасавюрта. Газиев Гаджи в 2010 году тоже работал в офисе Исаева Шамиля. В начале осени Исаев Шамиль и Камалов Хаджимурад сильно поссорились. Хочу пояснить, что Исаев Шамиль является довольно вспыльчивым человеком, но отходчивым. Насколько мне известно, Исаев встречался с Камаловым в кафе возле нефтебазы, где они обсуждали факт написания Камаловым статьи. Исаев Шамиль ругался и говорил о том, что, когда было нужно, он поддерживал Камалова, а теперь он пишет про него плохие статьи. На что Камалов тоже стал злиться и сказал: «Что, ты теперь всю жизнь будешь попрекать меня этими деньгами?» Данная информация мне стала известна от самого Камалова Хаджимурада. После этого, насколько мне известно, Исаев и Камалов были в ссоре, фактически наши родственники, семья Абигасановых и семья Исаевых стали просить меня, чтобы я переговорил с Камаловым и попытался примирить его с Исаевым Шамилём. Я решил взять с собой Газиева Гаджи, и мы вместе пошли осенью 2011 года к Камалову в редакцию газеты «Черновик». Когда нас встретил, Камалов Хаджимурад очень радушно поприветствовал и предложил выпить чаю. В ходе беседы мы с Газиевым предложили Камалову примириться с Исаевым, так как мы все одна семья. На это Камалов перебил меня и рассказал о вышеуказанной ссоре. Также Камалов сказал, что тоже не хочет быть в ссоре с Исаевым, и попросил меня переговорить с ним о встрече для урегулирования данного вопроса. Также Камалов дал мне свой личный номер телефона и сказал, что если что, я могу звонить. Вечером этого же дня я встретился с Исаевым Шамилём, сообщил о случившемся и попросил примириться с Камаловым. На что Исаев согласился и сказал, что сам созвонится с Камаловым и договорится о встрече. Состоялась ли эта встреча, мне неизвестно.

Протокол очной ставки между Газиевым и Абигасановым в части показаний последнего. Он тут сказал, что Шамиль Исаев при Газиеве осенью 2011 года подтверждал свои намерения избить Хаджимурада Камалова.

Вопрос следователя Абигасанову и его ответ:

– Предлагал ли вам Исаев Шамиль убить или найти человека, готового убить Камалова?

– В настоящий момент я отказываюсь отвечать на данный вопрос на основании статьи 51-й Конституции.

В дальнейшем Абигасанов совсем потерял желание отвечать на вопросы адвокатов других подсудимых. Адвокаты усмотрели в этом и вину председательствующего судьи, который, на их взгляд, вмешался в ход допроса, из-за чего обвиняемый передумал отвечать на вопросы. Это возражение адвоката судья занёс в протокол, но решающего значения ему не придал и завершил заседание.

Отметим, что в день судебного допроса Магомеда Абигасанова на заседании не смог присутствовать потерпевший – младший брат Хаджимурада Камалова Магди Камалов.           

«Показания Абигасанова запутаны, скомканы, противоречат показаниям свидетелей и очевидцев убийства моего брата.

Кроме того, они противоречат его же письменным показаниям, на которые он ссылается, отказываясь отвечать на вопросы адвокатов обвиняемых.

В половине протоколов допроса и на очной ставке с Исаевым Абигасанов прямо говорит, что Шамиль Исаев не заказывал убийство Хаджимурада Камалова, а в другой половине указывает, что заказывал, при этом не указывая точных фактов, когда, где и при каких обстоятельствах это происходило. Так на какие же теперь из письменных показаний Абигасанова Магомеда необходимо ссылаться судьям?

Судья Ризван Зубаиров как мог ограждал Магомеда Абигасанова от вопросов адвокатов других подсудимых

Удивительная позиция у председательствующего судьи Ризвана Зубаирова. Вопросы адвокатов были направлены именно на восстановление прозрачности в изложении фактов именно для того, чтобы Зубаиров в первую очередь увидел объективную картину, нелепость и фабрикацию всего уголовного дела, придуманного следствием.

Тем не менее судья Ризван Абдулаевич после оглашения Абигасановым своих противоречивых показаний отказал адвокатам обвиняемых и моему представителю задать уточняющие вопросы обвиняемому Абигасанову», – прокомментировал этот этап суда Магди Камалов.

 

 

Адвокаты против прокурора

 

Заседание суда на минувшей неделе началось и долго продолжалось с зачитывания государственным обвинителем ходатайства о необходимости продления срока содержания под стражей подсудимого. Некую абсурдность данному ходатайству придавало и то, что в случае, если суд даже принял бы в итоге решение не продлевать им арест, то ни о какой свободе для них не могло быть и речи. По крайней мере и Исаев, и Хазамов, и Шуайбов уже отбывают сроки в исправительных колониях, последние, причём, в строгом режиме.

После выступления гособвинителя суд предоставил слово адвокатам и подсудимым.

Ни один из защитников не был доволен ходатайством прокурора, они заявили, что, во-первых, он читал очень невнятно, во-вторых, практически слово в слово повторил свои прежние аналогичные ходатайства.

Один из адвокатов Шамиля Исаева напомнил, что Абигасанов находится под государственной защитой в связи с поступлением угроз от подсудимых, и у него возник к нему вопрос: «Какие угрозы поступали, когда? И обозначьте, пожалуйста, обстоятельства».

– Мне сейчас не поступали угрозы никакие, – сухо ответил обвиняемый.

– Сейчас – это когда?

– А о каком времени идёт речь?

– Когда поступали угрозы, скажите?

– Не было такого.

– Не было, он говорит, ваша честь.

Далее по существу ходатайства прокурора по очереди выступила вся линия защиты подсудимых. И все как один просили суд отказать в его удовлетворении.

Адвокат Шамиля Исаева Сергей Сычёв:

– Уважаемый суд, я считаю ходатайство прокурора о продлении срока содержания под стражей Исаева, Шуайбова, Хазамова и Абигасанова необоснованным, оно не основано на доказательствах. Первое, на что я прошу обратить внимание суд, как разъяснено в постановлении пленума Верховного суда РФ, при заявлении таких ходатайств, необходимо представлять сведения о состоянии здоровья. Ссылка прокурора на то, что год или больше назад были получены справки, к настоящему моменту отношения не имеет. Она не свидетельствует о состоянии здоровья в настоящий момент.

Второе. Прокурор, как всегда, ссылается на 97-ю, 99-ю, 108-ю статьи и указывает, что имеются основания… как опять же разъясняет пленум Верховного суда, данные основания должны быть фактическими. То есть прокурор указывает юридические основания, при этом не указывает никаких фактических оснований, что подсудимые могут каким-то образом воздействовать на ход судебного следствия, что они каким-то образом могут скрыться. Должны быть фактические данные, которые прокурор на сегодняшний день суду не представил.

Я хотел бы обратить внимание суда, что каждый раз при рассмотрении вопроса о продлении меры пресечения суд должен исследовать фактические основания, имеющиеся на дату рассмотрения ходатайства. Соответственно, данных оснований прокурор не привёл. Он говорит, что по мере рассмотрения уголовного дела были выявлены новые риски, что обвиняемые, находясь на свободе, могут скрыться от суда и оказать воздействие на свидетелей, в том числе на подсудимого Абигасанова.

Во-первых, как мы сейчас услышали от Абигасанова, в его адрес никаких угроз не поступало, он это сам лично подтвердил. О каких новых рисках утверждает государственный обвинитель, не приводя ни одного фактического данного? Понимаете, вся система построения ходатайства основана на предположениях каких-то страхов государственного обвинителя.

Ещё один очень важный вопрос, на который я хотел бы обратить внимание суда. На сегодняшний день меня, как защитника, лишают права равенства сторон, это нарушение права на защиту, это недопустимо в демократическом обществе. Я прошу отказать в удовлетворении данного ходатайства, прошу рассмотреть вопрос об изменении меры пресечения на более мягкую, а для этого необходимо дать защите время на подготовку, на составление мотивированного ходатайства. Второй адвокат Исаева, Анна Бюрчиева, полностью согласилась со своим коллегой.

Подсудимый Шамиль Исаев сказал, что ему также нужно время, чтобы разобраться:

– Конечно, есть претензии к стороне обвинения. У меня просьба и обращение к вам – председательствующему и суду. Когда в начале процесса у меня спросили, доверяю ли я суду, я ответил, что доверяю. Я действительно вам доверяю и верю, что вы разберётесь и убедитесь в моей непричастности к убийству Хаджимурада Камалова. Очень надеюсь, что вы рассмотрите это уголовное дело справедливо и беспристрастно. Полагаюсь на ваш профессионализм и компетентность. Мне нужна справедливость, мне нужна правда, моя совесть чиста перед семьёй Камалова Хаджимурада, я чист перед законом, я чист перед Всевышним. Я это повторял и буду повторять. Я хочу, чтобы суд разобрался в этом и вынес справедливое решение относительно того, что происходит вокруг этого уголовного дела. Да, устали все. Устал даже брат погибшего Хаджимурада. Столько времени, десять лет, он ищет убийц своего брата…

Судья остановил Исаева и попросил высказаться относительно рассматриваемого в данном случае вопроса. И подсудимый на этом завершил выступление.

Далее выступил адвокат Мурада Шуайбова Асад Джабиров. Он сказал, что полностью поддерживает своих коллег, выступивших в интересах Исаева.

– Все огрехи ходатайства государственного обвинителя влияют и на моего подзащитного также. Со своей стороны хочу обратить внимание суда на следующее: гособвинителю, как лидеру стороны обвинения, прекрасно известно, что в случае отказа в ходатайстве, в случае, если не будет продлена мера пресечения в отношении Шуайбова, он оказаться на свободе не может по определению, поскольку отбывает наказание в исправительной колонии строгого режима. Поэтому формулировка и всё остальное обоснование, исходя из той позиции, что, находясь на свободе, Шуайбов может совершить те или иные действия, не имеют под собой никакого фактического или, если хотите, законного основания.

Что касается угроз Абигасанову, то он сам подтвердил, что никаких угроз ни сейчас, ни ранее ему вообще не поступало. В этой связи хочу напомнить суду, что во время предварительного рассмотрения дела Абигасанов также заявил, что готов даже находиться в зале суда в одной клетке с остальными обвиняемыми.

Обращаю внимание суда на то, что нет ни одного свидетеля, который бы указывал на Шуайбова как на лицо, совершившее преступление, и оказывать на них давление нет никакой объективной необходимости. Нет ни одного прямого доказательства, которое бы свидетельствовало о том, что Шуайбов совершил посягательство, убийство Хаджимурада Камалова, либо что он был участником банды. 

Шуайбов поддержал позицию своего защитника, при этом попросил суд разрешить ему задать один вопрос Магомеду Абигасанову.      

«Пусть задаёт», – равнодушно отреагировал последний.

Шуайбов напомнил слова Абигасанова о том, что «Мурад Шуайбов – это хладнокровный убийца» и спросил, его ли это слова или «больная фантазия следователя». 

«В плане угроз я только что сказал своё мнение. Что касается этих слов, то я хотел бы воспользоваться 51-й статьёй», – ответил Абигасанов.

Адвокат Магомеда Хазамова Кирилл Скарабевский также начал с того, что в ходатайстве гособвинителю надо отказать:

– По поводу рисков, на которые указал гособвинитель. Им было сказано об этих угрозах, которые не подтверждаются материалами дела и показаниями подсудимого Абигасанова. Также хотел напомнить, что данное уголовное дело было возбуждено 16 декабря 2011 года, полные 9 лет и более оно расследуется. И со дня возбуждения уголовного дела, исходя из всех материалов письменных, которые огласил государственный обвинитель, не следует, что были факты уничтожения доказательств, оказания на кого-либо давления. Позиция гособвинителя о том, что есть такие риски, голословна абсолютно и ничем не подтверждается.

Возвращаясь уже к старым рискам, которые существовали ранее, то им тоже давалась оценка.

Скарабевский напомнил также, что в отношении Хазамова в январе 2015 года была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде, и он спокойно жил и работал, не нарушая эту санкцию, пока уголовное дело не поступило в производство центрального аппарата Следственного комитета России.

«Мы смело можем вычёркивать доводы из ходатайства гособвинителя об угрозах, оказании давления и возможности скрыться как необоснованные, – продолжил защитник. – Кроме того, нет ни одного документа, указывающего, что Хазамов склонен к совершению преступления или может скрыться.

Я считаю, что действующую меру пресечения можно изменить. И тут я полностью согласен с моим коллегой Асадом Джабировым, то есть как наши подзащитные могут оказаться на свободе, если они отбывают наказание в исправительных учреждениях? Поэтому прошу суд учесть порочность необоснованного ходатайства государственного обвинителя и оставить его без удовлетворения».

Магомед Хазамов полностью поддержал позицию своего адвоката и добавил:

– Я уже задерживался по этому обвинению и был освобождён из-за отсутствия у следствия достаточной доказательной базы. В моём уголовном деле имеется много доказательств, подтверждающих мою непричастность и невиновность. Наверное, гособвинитель изучал и эти материалы. С его стороны, кроме голословных заявлений, что мы можем что-то совершить или уничтожить, ничего нет. С 2011 года было достаточно времени, чтобы что-то уничтожить и так далее. И что касается угроз, о которых говорит гособвинитель, то они от меня никогда и не исходили. В этом вопросе тоже прокурор не разобрался и распространяет на всех участников, всех обвиняет.

Адвокат Магомеда Абигасанова Александр Ярошенко:

– Уважаемый суд, при вынесении решения по ходатайству государственного обвинителя я прошу учитывать ряд положительных характеристик моего подзащитного. Ранее он не привлекался к уголовной ответственности, не судим, также он женат, имеет на иждивении трёх несовершеннолетних детей и скрыться от суда не имеет никакого умысла. Поэтому я бы просил изменить ему меру пресечения на не связанную с лишением свободы.

Второй адвокат Абигасанова и вовсе назвал ходатайство государственного обвинителя незаконным, поскольку основания для продления ареста относятся ко всем подсудимым. Он добавил, что прокурору следовало бы ходатайствовать по каждому подсудимому отдельно, чтобы у суда и защиты появилась возможность оспаривать либо соглашаться с позицией обвинителя. У всех подсудимых разные условия жизни, кто-то женат, кто-то разведён, у кого-то детей много, у кого-то мало, кто-то содержится под стражей, кто-то лишён свободы и отбывает наказание. «Кроме того, ваша честь, прошу обратить внимание на то, что Верховный суд указывал, что для продления срока содержания под стражей необходимо представлять новые фактические обстоятельства, старых недостаточно», – напомнил он.

Абигасанов также полностью согласился со своими адвокатами.

Пожалуй, резче всех по оценке текущей ситуации выступила адвокат Исаева Анна Бюрчиева:

– Данное уголовное дело настолько сложное, что при принятии какого-то решения вы долго-долго думаете и обсуждаете. Меня это радует. Но практика, жизнь и наша судебная система показывают, что, несмотря на все сегодняшние выступления адвокатов, ваше решение предсказуемо. Ну кто изменит меру пресечения по такому обвинению? Мы вот так формально подходим, рассматриваем, поступает формальное ходатайство… почему формальное? Меня это пугает, когда такого звания и уровня люди, как прокурор, подходят к данному вопросу формально. Переписали предыдущее ходатайство и ничего больше не добавляют, зная, что суд всё равно удовлетворит его. Хватило бы одного предложения, где государственный обвинитель просит продлить арест подсудимым, и этого было бы достаточно. Все доводы прокурора для всех нас знакомы, и говорить о том, что вдруг сегодня что-то произойдёт, и вы примете другое решение… да у нас даже маленькой надежды на это нет. Но я хочу вас убедить, что у людей, находящихся сегодня под стражей, есть эта надежда. Каждый из них считает… Не только считает, да они не совершали данного преступления. У нас четыре подсудимых, и должно быть четыре ходатайства. Я уже даже не хочу критиковать ходатайство гособвинителя, потому что он однозначно подошёл к нему формально, но меня пугает, что данное уголовное дело и расследовалось формально. Но я не хочу, чтобы оно и рассматривалось формально. Тем более что мой подзащитный просит вас тщательно разобраться в данном уголовном деле.

Прокурор совсем забыл, что трое из подсудимых вообще находятся в колонии, даже употребление слов, что, находясь на свободе, они могут на что-то повлиять, говорит о том, что он настолько не вникает в дело, он настолько формально к этому делу относится… Ему всё равно, он знает, что примете то решение, которое удовлетворит данное ходатайство. У меня всегда такое обращение к судам: ну научите их работать, как на Западе, как в нормальных цивилизованных странах это происходит. Доказывайте своё ходатайство, аргументируйте. Если вы этого не сделали, то на суде эта обязанность не лежит. Это порочная практика, я прошу вас, не делайте этого. В связи с тем, что прокурор не представил даже одного довода, ему следует просто отказать. Ваша честь, я хочу, чтобы все фантазии прокурора и его аргументы, не подтверждённые доводами, являлись основанием для отказа.

Я, конечно, сомневаюсь в таком решении, но у меня какая-то надежда есть, потому что вы совершенно другие судьи, вы военные судьи, у вас всегда всё должно быть как по уставу. Есть требование УПК о представлении доводов, да, нет их, извините.

У нас имеется 8 протоколов, где Абигасанов не признаёт себя виновным. Может, завтра он ещё что-то скажет и изменит свою позицию, как говорится, на другие лыжи встанет. Этот процесс непредсказуемый, поэтому дальнейшее содержание Исаева в таких условиях, считаю, противоречит всяким европейским конвенциям.

Прошу вас отказать в удовлетворении ходатайства прокурора, потому что это его ничем не подтверждённые фантазии. Вот мы все 8 адвокатов пытаемся вас убедить, хотим, чтобы нас услышали, потому что прокурор на сегодня своё ходатайство написал на двой... нет, на единицу. Поэтому, я считаю, иди домой, дорабатывай и приходи…

За последние слова гособвинитель просил судью объявить замечание Бюрчиевой, но председательствующий позволил ей продолжить. Но она уже сказала всё, что хотела.

На этом суд удалился в совещательную комнату, а спустя 40 минут судья Ризван Зубаиров удовлетворил ходатайство гособвинителя.

Следующее заседание назначено на 14 апреля. ]§[

 

Комментарии:

Дело обвинения приводит свои доказательства вины подсудимых, дело защиты приводить свои доказательства невиновности подсудимых. Хаджимурад Камалов был мудрым и смелым человеком, проклятие тем кто убил его. Изворачиваются как змеи в горящем огне.