Борьба продолжается!

В редакции «Черновка» витал  не дух революции, а  вихрь «маскарада», организованный следователями...
Дата: 
4 Окт 2019
Номер газеты: 
Фото: 
Руслан Алибеков, из архива «ЧК»

Газета «Черновик» планировала, что первую полосу посвятит подведению итогов очередного года правления Республикой Дагестан Владимиром Васильевым. Привести озвученные на прошедшем в редакции круглом столе основные тезисы и выступления политиков, чиновников, общественных деятелей и экспертов. Не случилось. Мы вынуждены посвятить первую полосу «маскараду», который устроило в редакции Следственное управление СКР по Республике Дагестан.

...В среду, 2 октября, примерно в 10:15, в редакцию «Черновика» ворвались вооружённые люди в масках (бойцы Росгвардии). В это время в редакции находились корреспондент Инна Хатукаева и ответственный секретарь Эльнара Агатова.

Следом за вооружёнными людьми в редакцию зашли следователи Следственного управления СКР по Дагестану Надир Телевов, Шамиль Валимагомедов и Рустам Мамаев. Они в агрессивной форме стали задавать вопросы: «Кто здесь?», «Кто на работе?», «Кого нет?». Им объяснили, что главный редактор Маирбек Агаев и учредитель издания Магди Камалов находятся в Перми на VI Всероссийском форуме региональных СМИ, а обязанности главного редактора исполняет замглавреда Магомед Магомедов.

На вопрос, что происходит, последовал ответ: «Обыск». Как выяснилось, обыск проходил в рамках уголовного дела, возбуждённого в отношении редактора отдела «Религия» газеты «Черновик» Абдулмумина Гаджиева. (Позицию редакции по этому вопросу читайте на стр. 6 «ЧК».)

Отметим, что ещё до начала обыска следователи стали требовать ключи, угрожая, что если их не дадут, то выломают двери. Получив ключи, они открыли двери от всех кабинетов, и в них расположились бойцы Росгвардии по несколько человек.

Телевов потребовал позвонить Магомедову и позвать в редакцию, но не говорить, что происходит. После того как получил отказ, он забрал телефон у Хатукаевой, не разрешив ей звонить или отвечать на звонки и сообщения. Она просила разрешения позвонить адвокату, предупредив, что без его присутствия не будет подписывать никаких документов и участвовать в обыске.

«Черновик» поддержали журналисты различных изданий, а также обычные читатели.

 

Внутри…

 

Спустя примерно сорок минут после визита следователь Телевов наконец зачитал постановление суда от 2 октября о проведении обыска. Согласно ему, в редакции «могут храниться публикации Гаджиева, а также иные предметы и документы: персональный компьютер, цифровые носители, огнестрельное оружие, боеприпасы, взрывное устройство, взрывчатые вещества, имеющие доказательственное значение по уголовному делу».

«Таким образом, с целью обнаружения и изъятия публикаций Гаджиева, а также иных предметов, документов и предметов, запрещённых в гражданском обороте, необходимо произвести обыск в редакции “Черновика”», – зачитал Телевов.

Сотрудники редакции объясняли им, что на сайте «Черновика» есть специальная поисковая система, через которую можно найти все статьи любого автора, который публиковался в издании. Следователи интересовались, где рабочее место Абдулмумина Гаджиева, но не нашли его. Это было неудивительно, так как им ранее неоднократно говорили, что Гаджиев работает дистанционно, из дома (а сейчас – см. 6 стр. – из СИЗО №1 Махачкалы).

Они прошлись по всем кабинетам, просматривая все бумаги, которые находили. Изучали и записи, сделанные от руки. Следователи нашли запись с их именами и изъяли бумаги, назвали их компроматом, содержащим персональные данные.

Силовики в масках (в помещении их было примерно двадцать человек) всё это время расхаживали по открытым кабинетам. На возмущения сотрудников о том, что они не имеют права до начала обыска заходить в кабинеты, успокаивали их словами: «Не переживайте, никто вам ничего не подкинет».

Примерно через 40 минут после начала обыска и. о. главного редактора Магомед Магомедов прибыл в редакцию, однако некоторое время силовики его запускать отказывались. Телевов после неоднократных требований запустить Магомедова, которого он сам же требовал вызвать, всё-таки разрешил это. И. о. редактора потребовал допустить к обыскам его, объяснив, что Хатукаева является рядовым журналистом, а также пропустить в здание адвокатов. (К этому времени к редакции подошли адвокаты Арсен Шабанов и Шамиль Магомедов.)

Телевов согласился допустить только одного адвоката, но потребовал от Магомедова уйти, после чего люди в масках силой удалили его из кабинета. Следователь разрешил присутствовать только Хатукаевой и адвокату Абдулмумина Гаджиева – Арсену Шабанову.

В результате восьмичасового обыска следователи забрали с собой три системных блока, подшивки газеты за 2009 и 2013 годы, редакционный телефон, на который поступали сообщения от читателей, бумаги с рабочими записями сотрудников, подарочный нож с гравировкой управления Федеральной налоговой службы по Дагестану, флеш-карты, жёсткий диск и прибор ночного видения, который впоследствии изымать передумали. Изъяли даже стикер размером 5х7 см с надписью «сад». Следователи, уверенные, что на бумажке написано САР (Сирийская Арабская Республика), с особой осторожностью упаковали «важную улику» в бумажный конверт, а сверху, на всякий случай, ещё и обклеили его скотчем. В другом кабинете журналиста «ЧК» изъяли клочок бумаги, на котором были записаны номер телефона, а также слова: Донченко, Сайпулаев и ЦПЭ.

Адвокат Арсен Шабанов во время проведения обыска одновременно составлял замечание к протоколу. Замечаний было много, и они заняли две страницы, исписанные мелким почерком. Шабанов указал, что были изъяты предметы, не имеющие отношения к целям обыска: носитель цифровой подписи, рукописные тексты с данными о структуре органов власти, записи, касающиеся деятельности редакции об оказании юридической и общественной помощи Абдулмумину Гаджиеву, публикации газет, выпущенные после возбуждения уголовного дела в отношении него.

«Считаю, что следователь, изымая документы и записи, не имеющие значения для дела, преследовал цель выяснить планы редакции по оказанию законной помощи Гаджиеву и по сбору доказательств, подтверждающих его невиновность», – написал адвокат в замечаниях к протоколу.

Участвующий в мероприятиях следователь Шамиль Валимагомедов в ходе обыска явно скучал. То он, указывая на Хатукаеву, просил Телевова пригласить её на допрос, то настаивал изъять её личный телефон для досмотра. Телевов ответил, что это личная вещь и смысла её изымать нет, однако Валимагомедов продолжал (к счастью, безуспешно) убеждать в обратном.

После возмущения Хатукаевой и вопросов о том, что в её телефоне может относиться к делу, он ответил: «Мне не нужно ничего в её телефоне, я о ней и так знаю всё и даже больше, даже то, что она сама не знает», – сказал Валимагомедов, добавив, что знает даже, что сотрудница «Черновика» ест на завтрак, но при этом не знал, где находится рабочее место Абдулмумина Гаджиева.

Эти заявления Валимагомедова редакция расценивает как психологическое давление, а также недостойное следователя.

Валимагомедов в день обыска проявлял неуместный креатив. В частности, ему не понравился внешний вид кабинета редакции: «Вы себе не можете нормальный кабинет сделать? Что это такое вообще?» Когда ему ответили, что у редакции нет денежных средств на поиск дизайнерских  решений, удовлетворяющих его вкусовые предпочтения, он снова соригинальничал, забыв про УПК и такое понятие как презумпция невиновности: «На финансирование терроризма у вас деньги есть».

 

Снаружи...

 

Пока шёл обыск, снаружи редакции находилось около десяти силовиков в масках. К редакции с утра начали подтягиваться коллеги-журналисты, которые ждали окончания обысков почти восемь часов, до вечера. Силовики агрессивно реагировали, когда их пытались снимать журналисты, грозились отобрать и сломать телефоны, и говорили с журналистами с позиции силы.

Журналисты и общественность ждали окончания обыска почти восемь часов

Учредитель «Черновика» Магди Камалов назвал ситуацию абсурдной. «Что мешало следственной группе за три с половиной месяца, в течение которых ведётся следствие, направить нам предписание? Мы бы его исполнили, предоставили бы необходимые документы и информацию. Для чего нужно было устраивать силовое проникновение в редакцию? Или они думают, что в редакции будут хранить наркотики, оружие, какую-то литературу в ситуации, когда всю редакцию, а не только Абдулмумина Гаджиева, хотят обвинить в финансировании терроризма?»  – процитировал его «Коммерсантъ».

Произошедшее в редакции прокомментировал и известный журналист Максим Шевченко. Он считает, что власть решила уничтожить газету «Черновик».

«Мало того, что силовики саботируют расследование убийства основателя «Черновика» Хаджимурада Камалова, мало того, что держат бессмысленно с выдуманными и разваливающимися в суде обвинениями в тюрьме журналиста Абдулмумина Гаджиева – решили уничтожить редакцию «Черновика». Позорная власть, позорные методы! Интересно, какова будет реакция прогрессивного журналистского сообщества России?» – заявил Шевченко.

Отметим, что прогрессивное журналистское сообщество живо отреагировало на ситуацию: множество авторитетных СМИ (как федеральных, так и региональных), а также влиятельных телеграм-каналов сообщили о том, что происходит с «Черновиком», большинство из которых негативно оценило действия силовых структур.

Ситуацией интересовался председатель Союза журналистов Дагестана Али Камалов, а Профсоюз журналистов и работников СМИ выступил с заявлением, в котором выразил протест «беспределом силовиков». Профсоюз заявил, что происходящее «нельзя расценить иначе как очередную попытку давления на говорящее правду издание». Профсоюз потребовал освободить Абдулмумина Гаджиева и «прекратить препятствовать работе старейшей независимой газеты Дагестана».

«Дело, основанное только на выбитых под пытками показаниях Кемала Тамбиева, с которым Гаджиев даже не был знаком, разваливается на глазах», – говорится в заявлении Профсоюза.

Была и международная реакция: официальный представитель ОБСЕ по вопросам свободы СМИ Арлем Дезир заявил в своём Twitter, что обеспокоен обыском, происходящим в «Черновике».

 

Снова внутри...

 

Когда следователи и бойцы Росгвардии удалились, унося с собой системные блоки и прочие, как они считают, доказательства, журналисты вошли в редакцию «Черновика». Внутри они увидели перевёрнутую верх дном редакцию: везде валялись документы, шкафчики были вскрыты.

СМИ услышали комментарий адвоката Шабанова, который заявил, что целью обыска может быть оказание давления на газету, которая освещает все незаконные следственные действия по делу её сотрудника. Он также отметил, что обыск проводили три сотрудника одновременно в разных кабинетах, так что понятые не могли наблюдать за всеми их действиями.

Инна Хатукаева рассказывает коллегам-журналистам о том, как проходил обыск

«Никто из участвовавших в обыске не может достоверно утверждать, что изъятые предметы были обнаружены в здании, а не были принесены кем-то из проводивших обыск или стоявших в оцеплении», – отметил адвокат.

Там же была проведена небольшая пресс-конференция, где на вопросы СМИ ответили Инна Хатукаева и Магомед Магомедов.

Хатукаева подробно рассказала, как проходил обыск, что было изъято и как вели себя представители следствия.

Магомедов заявил, что данный обыск, как и арест Абдулмумина Гаджиева, – это продолжение линии силовиков по преследованию газеты «Черновик», попытка закрыть её или же кардинально изменить редакционную политику.

Там же было выражено недоумение тому «маскараду», который был устроен в офисе «Черновика» Телевовым.

«Если бы на самом деле следователь хотел изъять статьи Гаджиева, то для этого не нужно приводить спецназ, редакция сама передала бы их ему. Поэтому то, что произошло – это форма давления на газету. Более бредового основания, чтобы прийти в редакцию с обысками, как изъять статьи Гаджиева, который публикуется с 2008 года и все материалы которого находятся на сайте «Черновика», в открытом доступе, не найти», – заявил Магомедов.

Он же сообщил, что если бы Телевов пришёл в редакцию с обыском сам или в сопровождении, к примеру, двух оперативников, то ему бы и так была бы представлена любая интересующая его информация.

«Если бы он хотел взять компьютер, ему бы никто не препятствовал. Но, как мы видим, видимо, ему или его руководству понадобилось здесь всё переворошить, показать, обозначиться, что вот мы здесь такие молодцы... Мы могли бы отреагировать на эти следственные действия равнодушно, понимая, что следователь проводит свою работу, понимая, что он, хотя бы ради формальности, должен вложить в дело пару страниц протокола о том, что провёл какие-то действия на рабочем месте Абдулмумина Гаджиева, и дальше пинать своё дело. Но мы видим, что вместо этого были устроены непонятные маски-шоу, были угрозы бойцов в адрес журналистов, требования не снимать их», – сказал Магомедов.

Он же предположил, что такое обострение у следствия связано с тем, что уголовное дело в отношении Гаджиева разваливается и единственная причина, по которой Абдулмумин находится в СИЗО, связана с тем, что судебная система закрывает глаза на законные доводы защиты журналиста и «берёт под козырёк», когда слышит ходатайства следователя...

P. S. Несмотря на то что следственные органы изъяли системные блоки и пытались этим остановить работу редакции, «Черновик» смог выйти в печать. Причём не в сокращённом варианте, как думали, а в полном объёме!

Мы смогли это сделать, потому что НАШИ читатели, друзья редакции предоставили нам свои системные блоки и ноутбуки, а отдельные журналисты пришли в редакцию и предложили помощь в подготовке публикаций. Огромное вам спасибо! Пока у «Черновика» есть умный, сопереживающий и умеющий вникать в суть читатель, нам есть для кого писать статьи. ]§[

Комментарии:

Ибрагим Гаджиев пишет:
Schamil пишет:

Ибрагим Гаджиев пишет:

Schamil пишет:

Ибрагим Гаджиев пишет:

Schamil пишет:

Ибрагим Гаджиев пишет:

Schamil пишет:

Ибрагим Гаджиев пишет:
Ну что тут можно сказать, В Дагестан пришла Россия. Жаль конечно, что скоро закроют газету. Но уважаемая редакция вы же можете собрать на этих следователей компромат какой нибудь, на какой машине ездит, кому принадлежит машина, чья квартира. Уверен на зарплату они вышеуказанные ценности не заработали.

Ассаламу Алейкум.
https://youtu.be/rP0Z4UXthVk
Ни в коем случае не оправдываю Хамзаева, он был излишне эмоционален, это бич наших земляков и этим пользуются, но вот что интересно - русские не хотят чтоб в их городе, стране и республике(!) им навязывали свои традиционные устои.
Зато России можно навязываться Дагестану.

Ваалейкум Ассалам Шамиль, так народы которые сейчас населяют Республику Дагестан вошли в состав России. Относительно газеты Черновик, я думаю, что эти события инициатива не прикомандированных Петрова, Иванова и Сидорова, а инициатива наших же дагестанцев. Так, что винить кого-то, что у нас самые коррумпированные чиновники как-то ни так. Ведь местные фальсифицируют дела, подбрасывают улики, бьют, а судьи безропотно это принимают, не смотря на всевозможные нарушения.
Да и личность Хамзаева как борца движения Трезвая Россия очень сомнительна. Слышали наверное итоги суда про инцидент на Герзельском посту?

Про суд не слышал. Насчёт газеты думаю инициатива как раз Васильева, Иванова и скорее всего даже Путина.
Вопрос в том считать ли всяких "наших дагестанцев", обслуживающих режим нашими?
Во время второй мировой в СССР были полицаи, также сформированные из местных.
Существует даже термин - коллаборационизм.
Ты же видишь как осадили Хамзаева, который говорил "это и моя страна, и мой город". Получилось, что те кого он защищал от алкоголя чуть ли не обзывают его чуркой. Пипл посмотрит и схавает, скажет дикий абрек.

Наглядный пример, уже доказано, что по чьей наводке убили братьев пастухов, и что?

Так этот козёл и по ныне работает в органах, может быть понизили в должности, но уж точно не осужден.

И я о том же. Так что дело не только в "наших" местных. У них есть свои кураторы.

Кураторы тоже из наших.

У Гамидова с Юсуфовым тоже "наши" кураторы?

Я не скучаю по горам,

Не придаю значенья снам,

Меня выводят в коридор,

На окна падает мой взор.

Я вижу моря синеву -

Тюрьма не сон: всё наяву -

Друг детства, Каспий, тихо спит,

Меня совсем он не манит...

Я слышу город по ночам,

Когда все спят, предавшись снам,

И за решёткой неба край

Зовёт меня: "Не засыпай..."

Вот-вот забрезжет вновь рассвет,

Азан протянет минарет,

Что от тюрьмы недалеко,

Простится ночь со мной легко...

О ком скучаю я в тюрьме?

Кто мне является во сне?

Скучаю по родным, друзьям,

По добрым маминым глазам.

По тишине в мечети днём,

По книгам на столе своём,

По смеху звонкому детей

И по объятьям сыновей...

Абдулмумин Гаджиев

эфиоп. пишет:
ВИКТОР. НАДЫРОВ пишет:

эфиоп. пишет:

Schamil пишет:

Елена Киреева пишет:
***

Всю ленту засрали.
Модератор, ау.
... А начиналось то всё с пивных животов...

Как я понял, критика власти у нас преследуется, а вот порнография и реклама алкоголизма - то, что надо!?

------------------. О власти надо говорить как о покойнике только хорошо и ничего больше. Разве до сих пор этого не понял. Видишь тебя как пристыдили, что перестал плохое говорить о ней.

Ты не переживай за меня. Я и там сказал, все, что думаю про воровскую власть и от своих слов не отказываюсь. Если есть сомнения - сходи в контору и вынюхай там все, что тебе нужно. Только перестал считать нужным впрягаться за таких, как ты и тебе подобных далалайщиков.

-----------. Во первых за тебя переживаю. Во вторых верю тебе, что ты сказал что думал о воровской власти. В третьих за меня впрягаться не надо, сам даю отпор этим жуликам и оборотням в погонах. В четвертых критика должна быть деловой, эффективной,чувствительной и без оскорблений когобы-то небыло. Будь здоров, не переживай, правда за нами.

Страницы