[ «Лекианоба» – 2 ]

Дата: 
26 Авг 2005
Номер газеты: 

В прошлом номере «ЧК» вышла статья, посвящённая проблемам «Лекианобы». Напомним, что это грузинское название набегов дагестанских горцев на Грузию. На наш взгляд в данной статье были допущены некоторые неточности и перегибы в оценке этого явления в нашей истории.

Прежде всего, хотелось бы подчеркнуть неоправданность «перевода стрелок» на Россию, как главного виновника необъективной оценки лекианобы в исторических и художественных трудах. Дело в том, что если приход на Северный Кавказ был обусловлен исключительно внутренними посылами самого Российского государства, то в Закавказье русских «приманили» в первую очередь грузины, армяне и азербайджанцы. В самые трудные моменты истории закавказских народов свои взоры они обращали на север. Но позднее, при более благоприятных для себя условиях, они же обнаруживали «редкое беспамятство и неблагодарность». Ещё двести лет назад разделённая внутренними противоречиями и опустошаемая набегами воинственных «лекIов», Грузия умоляла Россию о заступничестве. В современную эпоху бывшие спасатели, в глазах официальной историографии Грузии, превратились в поработителей «её свободного духа». Аналогичное отношение к России наблюдается и со стороны других закавказских стран. А северокавказские народы, которые больше всего пострадали от России в тот период, и от набегов которых была спасена Грузия, стали её наиболее рьяными защитниками. Дабы не вдаваться в дальнейшие измышления, назовём лишь одну дату – 1999 год.

Хотелось бы коснуться самой лекианобы и оценки участия в ней различных дагестанских народов. Не вдаваясь в глубокие подробности конфликтных отношений между северными и южными кавказцами, мы решили остановиться на периоде, который сами грузины назвали «Диди ЛекIианоба» (Большое Лекство или Большое засилье леков). Именно этот период (с середины ХVII по середину ХIХ века) характеризовался наибольшим числом взаимных набегов и количеством людей, втянутых в эти конфликты. Справедливости ради отметим, что действительно в набегах на Грузию джарским (закатальским) аварцам принадлежала пальма первенства, и без их участия редко когда обходился мало-мальски важный и успешный поход. Их территория служила перевалочной базой, где можно было укрыться от преследования, сбыть добычу, набрать проводников и воинов. Плюс к этому, здесь, до 1830 года, располагался крупнейший на Кавказе невольничий рынок, где реализовывали «живой товар» большинство организаторов набегов. Но сводить всю лекианобу к войне джарцев за независимость было бы неправомерным. К слову, вместо Джар (ЧIар), было бы правильнее употреблять термин ЦIор, поскольку Джар всего лишь название столицы, а никак ни всего аварского округа. Так вот, кроме самого Цора в Дагестане существовало ещё несколько центров, откуда в сторону Закавказья уходили вооружённые отряды горцев.

Центры лекианобы

ХУНЗАХ. В столице Аварского ханства нуцалы или ханы, как их стали называть позднее, были главными организаторами набегов. Вот что писали об одном из них русские военные: «Никогда лезгины не были так страшны, вообще для всего Закавказья, как во второй половине ХVIII столетия, а в особенности когда имели предводителем Омар-Хана (Умахана – прим. ред.) Аварского. Дополняя недостаток материальных средств, дерзкою предприимчивостью и необыкновенною неустрашимостью, он обратил на себя внимание всех лезгинов. Первоначально горцы принимали охотно участие в его набегах, в надежде на верный успех, а потом Омар, приобретя сильное влияние и вес в горах, подчинил себе некоторым образом многие вольные общества. Располагая тогда огромными средствами, он вполне воспользовался своим положением и заставил платить себе дань Грузинскаго Царя Ираклия II, Ханов Дербентскаго, Кубинскаго, Бакинскаго, Ширванскаго, Шекинскаго и Пашу Ахалцыхскаго, с тем только условием, чтобы не причинять более вреда их владениям. Дань, вносимая означенными владетелями, простиралась на наши деньги до 85 тысяч рублей серебром. После этого можно сказать без преувеличения, что ни одно владетельное лицо в Дагестане не достигало до той степени могущества, как Омар-Хан Аварский. И если Казикумыки гордятся своим Сурхай-Ханом, то Аварцы, всегда самое сильное племя в горах, ещё более имеют права вспоминать с гордостью об Омар-Хане, бывшем действительно грозою всего Закавказья». (Подполковник Неверовский. Краткий исторический взгляд на северный и средний Дагестан до уничтожения влияния лезгинов на Закавказье. С-П. 1848 год. стр. 34-35). Напомним, что автор этих строк – подполковник русской армии, который не имел никаких причин для особой симпатии к горцам, а тем более к Умахану Великому.

Но кроме самих ханов походы, конечно, часто организовывали и возглавляли и другие хунзахцы. Так, в 1784 году, 14 апреля последовало два письма – Ширин-аги Самухского и Автандила Меликова царю Грузии Ираклию II, о разорении Карабаха отрядами Алисканди Гоцатлинского, визиря Умахана Великого. Ширин-ага пишет, что «Али-Скандар со своею партиею возвратясь в Карабаг его вовсе разорил, с лишком 2000 душ в полон взял, а рогатого скота и овец неизчислимое множество и расположился на сей стороне реки у брода Мингачеур».

КАЗИ-КУМУХ. Здесь, как и в Хунзахе, организаторы набегов – ханы. Самым знаменитыми из них были однорукий Сурхай-хан и его внук, названный в честь деда также Сурхай-ханом, которого лакцы уважительно называли Хъун Бутта или Большой Дед. Самый знаменитый поход кази-кумухских ханов, который укладывается в рамки лекианобы, это взятие Шемахи. Как пишет Семён Броневский, в 1720 году происходили в Персии следующие обстоятельства: «Лезгинский бунтовщик Дауд бег, соединившись с Сурхай-ханом Казикумухским, напали на ширванскую область, взяли город Кубу и потом Шемаху, убили хана Шемахинского, разорили богатый и торговлею процветавший сей город, перебили купцов или захватили в плен. В том числе погибло до трехсот человек российского купечества, находившегося в Шемахе, и убыток, при сем случае причинённый российской торговле, восходил до четырёх миллионов рублей». К этому описанию можно добавить слова Есаи Хасан-Джалаляна: «Восемьсот мужей из начальников города и знати, были зарезаны как животные».

Как и в Хунзахе, часто вместо самого хана походы возглавляли его родственники или окружение. В 1743 году Мухаммад-хан, сын правившего тогда Сурхай-хана, присоединив к своему отряду табасаранцев, отправился в Ширван. Он взял Шемаху и овладел почти всем ханством. Но в конце того года, близ города Ахсу, был разбит свежим войском из Персии. Потеряв около 1000 человек, тяжело раненный Мухаммад-хан бежал в Кази-Кумух.

АКУША. Начиная от становления, как центра вольных обществ-республик, Акуша, вместе с Цудахаром стала одним из главных организаторов походов на современный Азербайджан. Слабая сторона акушинцев заключалась в том, что они реже организовывали самостоятельные походы, большей частью вливаясь в дружины нуцалов, шамхалов, уцмиев и других местных феодалов. В частности, шамхалы могли рассчитывать на осуществление каких-либо серьезных военных мероприятий лишь заручившись поддержкой Акуши, как центра северных даргинцев. К примеру, в 1798 году дербентский и кубинский хан Шихали, собрав среди даргинцев до трёх тысяч человек, отнял Сальянское ханство у Магомед-хана Рудбадского. В том же году между Шихали и Сурхай-ханом в кубинском уезде произошло сражение. Собрав из своих людей и даргинцев 10 тысяч человек, Шихали-хан разбил отряды Сурхай-хана. Но позже у него возникла проблема – как расплатиться с даргинцами. Её он решил обычным для азиатского феодала способом – отдал им для разграбления кубинскую зону. В 1811 году, изгнанный из своего владения русскими, Шихали-хан бежал в Акушу. На деньги, присланные из Персии, и при помощи кадия Абубакара, он собрал 8-тысячное войско. Несмотря на успехи, в течение двух месяцев акушинцы были разбиты отрядом генерал-майора Хатунцева. Акушинский кади Абубакр был убит, и вскоре его место занял сын Баганд. Антирусская, на взгляд Ермолова, активность акушинцев в 1819 году уже серьёзно беспокоила его. В суровую декабрьскую стужу Ермолов разорил многие акушинские селения и разгромил их войско, а в саму Акушу вошёл 21 декабря. После такого разгрома Акуша так и не оправилась. Её роль в кавказских войнах свелась почти к нулю.

ЗАКАТАЛА. О роли этого центра уже сказано в предыдущей статье в «ЧК», так что не станем, за отсутствием места, ещё раз затрагивать эту тему. Отметим только, что первое крупное сражение цорских аварцев, в котором грузины потеряли около 400 человек, произошло в 1695 году. В последующем, цорским аварцам удавалось ещё три раза разбить грузин в решающих битвах. Только после этого они перешли к лекианобе. (ЦIоралъул аваразул рагъазул тарих. Хроника войн закавказских аварцев. Пер. и ком. Тимура Айтберова. Махачкала 1996 г.).

ХИНДАЛАЛ. (В основном, современный Унцукульский район). Селения, расположенные в глубоких скалистых ущельях реки Авар-ор (Аварское Койсу), являлись поставщиками самых отчаянных предводителей набегов. Тут набеги организовывались людьми из народа, и сами набеги превратились, в своего рода, коммерческие предприятия. В некоторых селениях (Балахани) сложились целые династии этих предводителей. В Грузии их называли беладами, (искажённое аварское «бол-ад»), то есть (стоящий) над войском, в русском языке – воевода. Аварцы же, забыв более старый термин болад или белад, использовали термин цевехъан – «впередиидущий».

Наряду с вышеуказанными центрами и основными действующими лицами, необходимо упомянуть и кубинских лезгин с двумя наиболее известными беладами из их числа. Это Давуд-хаджи из Дидала и Мулла-Нур из Чечи. ]§[