Обнять жену, чёрт возьми!

Обнять жену, чёрт возьми!

Продолжая цикл своих мыслеизложений на тему аналогий туманно припоминаемого внешнего мира с нашим внутриизоляторным микромиром, хочу описать наблюдения за отношениями власть имущих (тюремщиков) к простому народу (арестантам) в различных политических строях (режимах).

Люди – просто цифры

Люди – просто цифры

– Здравия желаю. Права и документы на машину, пожалуйста, – почти вежливо обращается ко мне сотрудник полиции, остановивший мою машину на съезде с Ленинского проспекта.

– Здравствуйте, здравствуйте. А на каком основании меня останавливаете? – наигранно интересуюсь я, будто бы остановить посреди ночной Москвы чёрный шумный «Субару» с бородатым кавказцем за рулём и соответствующей цифрой региона на номерном знаке – это нечто из ряда вон выходящее.

Заколебали

Заколебали

В один день, пока сидел я в следственном кабинете СИЗО и ознакомлялся с очередным томом нашего сфабрикованного уголовного дела, до моих ушей дошёл разговор одного из его авторов с режимником (сотрудником, следящим за исполнением режима – в насколько это возможно полном значении этого слова) СИЗО по имени Фарух.

Реализм или оптимизм?

Реализм или оптимизм?

В нашей троице (Абдулмумин, Кемал, Абубакар) есть два заядлых  оптимиста и один реалист. Месяца 2–3 назад я бы написал «реалист» в кавычках, но наш парень – не тот случай.

Они лишь делают свою работу

Они лишь делают свою работу

Почти пять месяцев не видел и не слышал свою жену1. Больше года не видел детей. Истосковался по родным. С надеждой на то, что из-за преждевременного послабления «карантина» на сегодняшнее заседание сможет вырваться хоть кто-то из родных мне лиц, я основательно готовился к выходу в свет.

Стрижка. Бритьё. Окантовка. Брюки. Футболка «Я/Мы Абдулмумин Гаджиев». Папка с документами. «Новая газета». Книга. Хм… Сегодня возьму Платона. А! Очки. Чуть не забыл… Всё, готов. Поехали.

Голодовка. Последствия

Голодовка. Последствия

Объявленная 20 марта Кемалом Тамбиевым голодовка была сразу же прекращена: часть проблем администрация СИЗО­1 Махачкалы обещала решить, часть вроде бы как решила. Но… В этой публикации Тамбиев рассказывает, что происходило после того, как информация о голодовке вышла в СМИ, а также насколько прочным является слово сотрудника СИЗО… Окончание рассказа Тамбиева.

 

Рамадан начался

 

Голодовка. Последствия

Голодовка. Последствия

Объявленная 20 марта Кемалом Тамбиевым голодовка была сразу же прекращена: часть проблем администрация СИЗО-1 Махачкалы обещала решить, часть вроде бы как решила. Но… в этой публикации Тамбиев рассказывает, что происходило после того, как информация о голодовке вышла в СМИ, а также насколько прочным является слово сотрудника СИЗО…

Абдулмумин

Абдулмумин

За всю свою жизнь с Абдулмумином Гаджиевым мы виделись семь раз: два раза на «продлёнках» (рассмотрение в суде ходатайств следствия о продлении меры пресечения обвиняемым – «ЧК») в июле прошлого года; в августе, сентябре, ноябре, декабре и на совместной «апелляционке» в октябре. В общем, получается около 10 часов, плюс поездки из СИЗО в суд и обратно, получасовые пребывания в боксе и один раз переговаривались на прогулочной.

Свобода

Свобода

Сегодня мне приснился замечательный сон. Меня освободили, и я уже в Кисловодске, на кухне бабушки собираю в пакет подаренные мне шоколадные конфеты, в том числе большую пластиковую упаковку Ferrero Rocher.

Слишком добрый, но не слабый

Слишком добрый, но не слабый

Когда я учился в 11­м классе, одна моя одноклассница сказала мне откровенно: «Ты слишком добрый. И ты много страдать будешь из-за этого».

Не хочу сказать, что тень этих слов по сей день меня преследует или что я не мог тогда представить, насколько эта девушка зрила в корень, но в то же время не считаю, что я слишком добрый или хотя бы достаточно добрый, чтобы такое заявлять.

Страницы